Новости

29.08.2011 00:30
Рубрика: В мире

Стрельба вслепую

Корреспондент "РГ" оказался на линии фронта в центре Триполи

То, что происходит сейчас в Ливии и в некоторых других арабских странах, еще предстоит серьезному осмыслению и анализу. Ясно, что мы являемся свидетелями не просто формальной смены существовавших режимов, а глубинных процессов в стратегически важном регионе, последствия которых наверняка скажутся и на нашей с вами жизни.

Но мне показалось правильным отложить обстоятельный разговор на потом. Пусть сначала улягутся страсти. А пока - несколько репортажных наблюдений, что называется, прямо с места событий.

Напомню, что буза в Ливии началась в середине февраля, как часть цепной реакции протестных событий в Тунисе и Египте. Однако если в этих странах бунт стал их чисто внутренним делом, то на расстрел демонстрантов в Бенгази сразу жестко отреагировал Запад.

Совет Безопасности ООН принял известную резолюцию за номером 1973 о так называемой бесполетной зоне, и вскоре на стороне противников полковника Каддафи практически в открытую выступили силы коалиции НАТО. Повстанцы пошли на Триполи по земле, а с небес их ежедневно и еженощно поддерживали ракетно-бомбовым огнем самолеты США, Франции, Германии, Италии и многих других стран. У повстанцев появились бельгийские винтовки, японские радиостанции, немецкие автомобили.

После чего многие серьезные люди поспешили заявить, что дни диктатора сочтены. А как иначе, если против него ополчились как собственные оппозиционеры, так и вооруженные силы самых сильных государств планеты.

Кто бы в такой ситуации устоял? Мы же помним судьбу Слободана Милошевича и Саддама Хусейна. Но полковник оказался крепким орешком. Целых шесть месяцев его сторонники держали оборону на дальних подступах к ливийской столице, хотя натовцы все эти дни и ночи методично и без всякого риска для себя уничтожали с воздуха штабы, военные базы, танковые колонны, центры управления, силовые министерства и даже незначительные объекты, вызывавшие у них подозрение. И, конечно, они ни на секунду не упускали из внимания главную цель, то есть самого Каддафи, хотя это никак и не соответствовало мандату ООН.

Для меня до сегодняшнего дня остается загадкой: как он до сих пор уцелел, этот человек, за голову которого пообещали больше полутора миллиона долларов, охоту за которым устроили ЦРУ, а также разведки еще трех десятков стран, и все резиденции которого подвергались ежедневным бомбардировкам? Как? Вот уж действительно неуловимый Джо.

Иногда даже казалось, что Каддафи еще и выпутается из этой безнадежной истории. Перелом наступил 20 августа. Неделей раньше повстанцы при активной поддержке сил НАТО подтянули к Триполи свои основные силы. Все дороги, ведущие к столице, были перекрыты. Боевые самолеты коалиции круглосуточно висели над городом, молниеносно нанося удары по целям, данные о которых пилоты получали от специально засланных авианаводчиков.

Наступление поддержала и "пятая колонна" оппозиционеров внутри столицы. И уже 22 августа значительная часть города оказалась в их руках.

Но такого ожесточенного сопротивления от фактически обреченных каддафистов никто не ожидал. Я сейчас не могу припомнить ни одной локальной войны последних десятилетий, когда бы уходящий режим с таким остервенением цеплялся за жизнь.

Теперь ясно, что все разговоры о том, что Каддафи остался только с кучкой своих гвардейцев и каких-то мифических наемников не стоят выеденного яйца.

Стрельба, что шум дождя и ветра

Все время стреляют. К трескотне автоматов присоединяется солидное баханье крупнокалиберных пулеметов, затем эта дивная звуковая палитра расцвечивается разрывами авиабомб и ракет. Спустя день на выстрелы уже не обращаешь внимания - так же, как на шум ветра или дождя.

В центре города стреляют, как правило, молодые ребята, празднуя победу над еще вчера "всенародно любимым" лидером. Не жалеют боеприпасов также боевики, которые в своих джипах-тачанках едут на фронт, а по пути с целью поднятия духа останавливаются на площадях и устраивают шумные фейерверки на потеху иностранной прессе. Они палят в воздух, не переставая, и только диву даешься, как это большинство мирных граждан еще не поубивали падающие с небес тысячи и тысячи кусочков свинца.

На несколько минут заскочил в российское посольство - узнать, будет ли давно обещанный паром на Мальту для эвакуации немногих оставшихся здесь иностранных граждан. Дипломаты и сейчас живут в полной уверенности, что кругом идут жесточайшие уличные бои, ведь за их забором идет такая пальба. Но это неверно. Бои продолжаются по окраинам ливийской столицы, в основном в районе Абу Салим. Там стреляют по-другому, сразу видно (слышно), что противники избирательно и цинично "мочат" друг друга. В субботу я там был. Мои молодые коллеги из популярной газеты с радостью некрофилов бросились снимать десятки трупов, которые лежат у входа в госпиталь скорой помощи. Врачи из госпиталя ушли, потому что нет медикаментов, нет воды, нет электричества, а есть только невыносимый смрад от разлагающихся под солнцем тел.

В километре отсюда происходило боестолкновение, и наш водитель ни за какие коврижки не захотел ехать дальше.

Пленных в этой войне не бывает

Судя по всему, примерно пятая часть Триполи находится под контролем правительственных сил. И за пять дней, что я здесь живу, еще никто не сообщил о фактах их массовой сдачи в плен. Видимо, пленных в этой войне не бывает.

Это, конечно, не Бенгази, не восток страны, где в апреле я тщетно пытался отыскать хотя бы одного сторонника лидера Джамахирии. Там было такое ощущение, что поголовно все приняли сторону восставших. Здесь - нет. Да, молодняк радуется тому, что пришло другое время и можно вволю пострелять из щедро розданных "калашей". Но люди среднего возраста очень осторожны в оценках случившегося. А некоторые даже и не скрывают своих симпатий к диктатору.

Полковник дорожной полиции Халиф Омар был одним первых стражей порядка, который в субботу в форме вышел на улицу для несения службы. Другие полицейские пока отсиживаются по домам, ожидая исхода битвы. Он категорически отказывается говорить о политике и давать оценку, как новым, так и старым революционерам: "Наше дело маленькое - следить за порядком на дорогах".

Брадобрей Али Ашур спозаранку открыл свою парикмахерскую, расположенную рядом со знаменитой Зеленой площадью. Клиентов нет, сидят по своим норам, но старик говорит: "Пусть люди видят, что жизнь возвращается. Надо, чтобы все работали, хватит воевать". На мой вопрос о том, что ждет Ливию завтра, он осторожно, взвешивая каждое слово, отвечает так: "Хорошо, чтобы мы жили, как живут люди в самых счастливых странах". И опять - никаких тебе оценок или восторгов по поводу свержения диктатора.

Такое впечатление, что большинство жителей Триполи выжидают, чем все закончится. И не особенно верят тем холеным господам из Переходного совета, которые обещают им манну небесную.

Весной в Бенгази на площади Тахрир ежевечерне собирались тысячные толпы, которые до утра бурно праздновали победу. В Триполи на Зеленую площадь тоже приходят повеселиться, но числом значительно поменьше.

То есть правы были те, кто говорил, что Киренаика (восток страны) и Триполитания (запад) - две большие разницы. Сейчас это особенно заметно.

Полковника все ищут

Где скрывается полковник, этого никто не знает. Каждый день появляются новые слухи: то его видели в районе международного аэропорта, то в городе Сирт. Вчера, например, он заявил, что его отступление из резиденции Баб аль-Азизия - это всего лишь тактический маневр и уже в ближайшие дни лидер Джамахирии опять вернется домой. Увы, тут он, конечно, погорячился. Некуда будет возвращаться - в этом теперь может легко убедиться всяк желающий.

Расположенный в центре Триполи квартал Баб аль-Азизия хорошо известен каждому ливийцу. Здесь за каскадом высоких бетонных заборов с пулеметными дотами находилась одна из самых главных резиденций диктатора. Часть засаженной финиковыми пальмами территории размером с парк имени Горького превратили в спецмузей, где были выставлены экспонаты, рассказывающие об американских бомбардировках 1986 года. Сюда прежде пускали только самых почетных гостей. Понятно, что с началом операции против Каддафи натовская авиация проявила самое пристальное внимание к этой зеленой зоне, разбомбив все сколько-нибудь заметные объекты. Ворвавшиеся в город повстанцы 22 августа довершили дело, и теперь добро пожаловать в еще вчера совершенно закрытую зону. Глядите, как жил ливийский чудаковатый царь, хотя, честно сказать, после военных действий и смотреть особенно не на что. Ну, шатер с гигантскими кондиционерами и гроздьями хрустальных люстр. Ну, музей с останками американских ракет. Ну, подземный бункер со стальными дверями... Обрушенные стены официальной резиденции с огромным орлом на куполе. Пальмы, опоясанные деревянными подмостками для того, чтобы полковнику ловчее было собирать финики во время прогулок.

А перед зданием музея - скульптура, символизирующая победу над американским империализмом: рука, сминающая проклятый истребитель-бомбардировщик "Фантом". Мы как раз подъехали, когда местные ребята с помощью кувалды и долота пытались сковырнуть с пьедестала этот, прямо скажем, не представляющий большой художественной ценности знак прежней жизни. Под дружные крики зевак "Аллах Акбар!" и бешеную пальбу из всех видов оружия, включая спаренные зенитные установки, новые революционеры наконец отодрали скульптуру и загрузили ее в кузов грузовика. На пути к выезду зенитные установки открыли ураганный огонь по орлу на куполе, но тот почему-то уцелел.

Я же при виде этой картины вспомнил о том, как у нас вот так же с ликованием сносили памятник "железному" Феликсу. Все ходят по одному и тому же кругу. Сначала кого-нибудь свергают, потом крушат памятники и митингуют, а спустя годы думают: какими же наивными дураками мы были.

Если бы со сменой памятников жизнь менялась к лучшему...

Когда поймают?

Скоро ли отловят полковника и случится ли это вообще? Многие и сейчас в ответ на такой вопрос только пожимают плечами. Говорят про городок Бен Валид на юге страны, где будто бы тамошнее племя - одно из самых многочисленных и могущественных в Ливии - грудью встанет на защиту своего вождя. Говорят про другой южный город Сабха, где Каддафи якобы спрятал свои несметные богатства, в том числе золотой запас. И про Сирт вспоминают, который умрет, но не сдастся. Словом, если верить всем этим разговорам, со взятием Триполи ливийская эпопея не закончится, а наступит затяжная фаза гражданской войны с возможным распадом страны.

Между тем двухмиллионному городу явно грозит гуманитарная катастрофа. То и дело отключается электричество. Вот уже несколько дней не функционирует водопровод. Не работает ни одно учреждение. В поисках чего-нибудь съестного я объехал на машине весь город. Магазины или закрыты или в них - шаром покати. Воды нет. Еды нет, если не считать печенья, соков и разной бакалеи. На рынке в районе Дахра народ быстро расхватывал то, что давали. А давали в этот день лук и картошку. С великим трудом в какой-то лавке я купил две коробочки фиников, упаковку орехов и три помидора, отдав за эти скудные харчи пятьдесят долларов.

Боюсь, это полуголодное существование может не самым лучшим образом сказаться на революционном сознании.

Если уж западные страны так своеобразно выполняли резолюцию ООН, то пора бы им вслед за "А" сказать и "Б", то есть озаботиться судьбой мирного населения Ливии. Где конвои с гуманитарной помощью? Где паромы для вывоза оказавшихся в западне иностранцев? Кто, наконец, возьмет на себя ответственность за налаживание нормальной жизни? Боюсь, что это бремя теперь придется нести тем, кто подписался под приговором полковнику. А кому же еще?

Пять дней назад все отели Триполи были абсолютно пустыми. Исключая элитный и непомерно дорогой "Риксос", где под неусыпным оком спецслужб тщетно пытались прорвать информационную блокаду официально аккредитованные при Каддафи и невесть каким путем получившие ливийскую визу иностранные журналисты. Вообще-то нормальному корреспонденту получить разрешение на поездку сюда в последние месяцы было практически нереально - это я ощутил на себе, многие недели бесплодно осаждая ливийское посольство в Москве.

Любой супостат не любит чужого глаза: что иракский, что сирийский, и полковник в этом смысле просто следовал принятым в их диктаторских кругах правилам.

Уже в ходе боев за Триполи по приказу одного из сыновей Каддафи "Риксос" был заблокирован сотрудниками спецслужб, а все его обитатели оказались на положении пленников. Потом их освободили, но теперь журналисты предпочитают иные места расселения, расположенные в основном вдоль набережной. И сейчас в двух работающих отелях аншлаг. Представителям мировой прессы, даже самым элитным, приходится жить по пять человек в комнате с одной кроватью, спать в холлах и коридорах, круглые сутки штурмовать стойки регистрации, предлагая за ночлег любые деньги.

Сколько их здесь, никто не знает. Но наверняка - больше тысячи. В Триполи разными путями прорвались телевизионщики из всех крупных компаний, газетные и журнальные репортеры, новостники из информагентств, фотографы, фрилансеры, блогеры.

В холле отеля "Рэдиссон блю", где после долгих мытарств мы нашли приют, я встретил старого знакомого Джона Симпсона из Би-би-си, который ровно 20 лет назад сильно выручил меня в Ираке в ходе операции "Буря в пустыне" и которому год спустя я адекватно помог в Кабуле, когда афганскую столицу штурмовали орды моджахедов. Этот немолодой уже человек поразил всех в 2003-м, когда вел прямой репортаж из иракской пустыни, попав там под "дружественный огонь" американской авиации. Оператор был убит, а сам Джон ранен и залитый кровью довел свой репортаж до конца. Черт, такое не забывается! Мы обнялись. Я понимаю, почему он здесь.

Приехали чехи из газеты "Млада фронта", аналога нашей старой "Комсомолки". Еще на пути в Триполи к нам пристал 79-летний француз из популярного еженедельника. Команды самых известных мировых каналов направили десанты по 80-100 человек.

Поскольку никакого пресс-центра здесь нет, то все работают в соответствии со своим форматом и своими возможностями. Фотографы, как обычно, лезут в самое пекло. Корреспонденты солидных телекомпаний, облачившись с бронежилеты и каски, ведут репортажи с крыши отеля, а "жареные" кадры со стрельбой и трупами покупают у фрилансеров. Не могу утверждать точно, есть ли среди нашего брата потери, но раненые есть точно, и среди них, увы, один российский журналист.

Сказать по правде, обе непримиримые стороны активно используют прессу в своих информационных войнах, поэтому не все, что вы слышите и видите из Триполи, надо принимать за чистую монету. Например, заявления полковника о том, что столица находится под его контролем и вот-вот в битве произойдет перелом. Если что-то и произойдет, то это, скорее всего, будет означать окончательный конец Джамахирии. Или, например, утверждение лидеров повстанцев о том, что воды в городе нет, потому что Каддафи отравил все подземные резервуары, питающие водопроводную сеть. Нет, причина, видимо, состоит в том, что разбежались все коммунальные службы и теперь никто не знает, как включить кран.

Мне самому это стало интересно: как? Не поленился объехать на машине несколько городских районов в поисках хоть каких-нибудь властей. Тщетно. Никого нет. Трудно даже представить, что будет, если и дальше так пойдет.

Наш 20-этажный пятизвездный отель за три дня без воды стал напоминать отхожее место. Почти весь персонал давно разбежался. В том ресторане, где когда-то предлагали завтраки и ужины по европейским стандартам, теперь по утрам дают по куску хлеба с ломтиком огурца, а по вечерам наливают из котла фасолевую похлебку. Кто успел, тот и съел.

Хорошая новость: повстанцы овладели пограничным пунктом Рас Аждир, а это значит, что открыта кратчайшая дорога на Тунис. Может быть, теперь и продовольствие пойдет этим путем, и другая помощь... И нам, журналистам, не придется делать крюк в 800 километров, чтобы выбраться из Ливии.

Да, вот что еще напоследок. Триполи был красивым и достаточно ухоженным городом. Жаль, если революционная стихия превратит его в отхожее место.

В мире Африка Ливия Ситуация в Ливии Спецкомандировка с Владимиром Снегиревым