Да, с мускулами у этой негритянки все было нормально: дотянув последнюю тонкую ноту в очень подошедшему к случаю "кавере" знаменитой From Russia With Love (все сразу вспомнили Джеймса Бонда), Скай согнула в локте руку с микрофоном, показала бицепс - клавишник дотянул акккорд, грянули барабаны и в зал ушла дружно подхваченная им заводная и легкая мелодия Rome Wasn't Build In a Day.
Безусловно, возвращение звонкоголосой Скай Эдвардс вернуло Mоrcheeba былой драйв, красоту, изящество и фирменный былой саунд с привкусом романтики и таинственности. А ведь чего только не говорили о Скай основатели группы братья Годфри в момент разрыва после выхода в начале 2000-х великолепного Charango, до последнего момента лучшего альбома группы - что и стерва, и текст забывает, и чуть ли не дерется в студии... Но судя по прошлогоднему альбому Blood Like Lemonade, воссоединившему группу с ее "голосом", и по отыгранному в московской "Арене" концерту, все забыто.
На первых номерах "живых" шоу большинство артистов врубают четвертую скорость, вбрасывая публике адреналин и потом уже на этой волне несутся по концерту дальше. На альбомах Mоrcheeba нет подобных номеров в принципе - и она начала московское шоу в своем традиционном, неспешном, но при этом заводящем зал ритме: лирически зашуршали тарелки, "заквакала" гитара Росса Годфри, под плавный проигрыш на сцену выплыла Скай в красном развевающемся платье и началась The Sea с альбома 98 года под красноречивым названием "Большая тишина". Но волны этого моря накатывали на зал с плотным, густым звуком, мелодия припева тянула слушателя на все большие глубины. Эта мощная, влекущая мелодическая сила всегда была главной у Mоrcheeba: песни и начавшие и продолжившие концерт все как одна тянулись не торопясь и не надоедая. Во втором номере концерта Friction зал закачался в ритме реггей, заданном мягкой бас-гитарой, Part of the Process начался совершенно блюзовым проигрышем соло-гитары, перешедшим в рефрен, всю песню шедший за голосом Скай, в Coming Into Los Angeles, версии старого хита Арло Гатри, все вдруг ушло в ритмы софт-рока с тонами ламбады, подчеркивающимся парящими над сценой руками Скай. Электронные сэмплы, рок, эстрада, реггей - казалось, английская группа все известные стили смешала в своем саунде.
Инструменты группы были настроены на какую-то плотную, спокойную волну, и бас, и соло-гитара, и барабаны не пытались атаковать зал, и даже временами прорывавшийся с диджейского стола Пола Годфри звуки скретчинга (диджейское терзание виниловой пластинки) не выламывались из общего звука, просто добавляя в ту же Slow Down (вот уж донельзя подходящее к стилю Mоrcheeba название песни!) яркости.
Скай царила на сцене, ее голос и в джаз-роковом рыке (Rome Wasn't Build In a Day), и в тихом плавании под "хаммонд" (Even Though) был ее голосом - прорывающимся сквозь литой звук группы - звонким, невесомым, задорным. Она весь концерт танцевала, шутила с публикой, разыгрывала моментальные пантомимы, снимала временами повисающий в зале пафос, изображая, например, смущение по поводу слишком высоко поднимавшемся от вентилятора подола легкого платья. Но больше всего нас покорил финал Trigger Hippie. В конце этой песни о любви хиппаря Скай встряхнула высоким черным коком направила в зал обе руки, с ладонями, сложенными в виде пистолета, "выстрелила" ("trigger” по английски - "спусковой крючок"), дунула в воображаемые стволы и изящно, по-дамски, вдвинула воображаемые револьверы в воображаемые кобуры! Мол, любовь победила - и точка!