Новости

08.12.2011 00:33
Рубрика: В мире

Русоволосые стиляги

Японское племя Харадзюку - рекордсмены эпатажа

Я приехал на постоянную работу в Японию накануне токийской Олимпиады 1964 года.

Столица тогда была сплошной строительной площадкой. Волей-неволей пришлось искать новую квартиру. И тут мне повезло. Я поселился в тихом переулке рядом с "Елисейскими Полями" Токио.

Дорога к храму

Название этого токийского бульвара - Омотэ сандо - можно перевести как "дорога к храму". Он ведет к любимому горожанами парку Мэйдзи. Там расположен храм памяти высокочтимого императора, которого соотечественники называют "японским Петром I".

Сотни тысяч людей приходят туда в новогоднюю полночь, чтобы услышать 108 ударов храмового колокола. Их звон возвещает, что каждый японец с этой ночи становится на год старше. Ведь для жителей Страны восходящего солнца Новый год не просто праздник из праздников. Это как бы общий для всей нации день рождения. Даже младенец, появившийся на свет накануне утром, считается годовалым.

В храме Мэйдзи токийцы не только встречают Новый год, но и празднуют свадьбы. Каждого родившегося ребенка потом тоже приносят в эту синтоистскую святыню.

В парк Мэйдзи удобнее всего приезжать на городской электричке. Станция Харадзюку расположена как раз у его главного входа. Но многие семьи предпочитают перед посещением храма совершить прогулку по бульвару Омотэ сандо.

Будучи тамошним жителем, я особенно любил праздник "7-5-3", когда в храм Мэйдзи принято приводить детей, достигших данного возраста. Колоритно выглядит дорога к храму также 3 марта в "день девочек" и 5 мая в "день мальчиков".

Футуризм олимпийских объектов

Олимпиада 1964 года сделала ту часть Токио, где я поселился, не только воплощением приверженности национальным традициям. Рядом со станцией Харадзюку началось строительство главного олимпийского комплекса. А при возведении этих футуристических сооружений в полной мере проявился авангардизм архитектора Кэндзо Тангэ, который отказался как от вертикальных, так и от горизонтальных плоскостей.

К тому же по соседству когда-то находились "Вашингтонские холмы" - поселок американских военных, расквартированных в Японии в годы ее оккупации. Так что окрестным торговцам приходилось приспосабливаться к запросам иностранцев. Потому на боковых улочках там с давних пор обосновались такие известные мировые бренды, как Шанель, Гуччи, Луи Виттон.

Может, именно соседство храма Мэйдзи, как воплощение японского традиционализма с футуристическим духом олимпийского комплекса Йойоги, нацеленным на создание чего-то невиданного, и породило феномен, получивший название "племя Харадзюку". Именно вокруг этой станции городской электрички стала тусоваться японская молодежь, сделавшая своим кредо "утверждение свободы личности через свободу внешности".

В царстве дресс-кода

Призыв к своеволию в том, что человеку вздумалось надеть, для японца все равно что ересь для европейца во времена инквизиции. Все знаменательные события в жизни требуют традиционного облика. И такой стандарт почти равносилен закону.

Японские школьники с давних пор обязаны носить форму, которая доныне копирует стиль 30-х годов. Проще говоря, современная детвора воспроизводит облик своих прадедушек и прабабушек еще в предвоенные годы.

Зато обряды и храмовые праздники принято отмечать в национальных костюмах, то есть в парадных кимоно с родовыми гербами. Во время торжественных церемоний, например, представление императору нового кабинета министров, считается хорошим тоном быть во фраке и при белой бабочке, то есть в наряде, который у нас сохранился разве что у дирижеров.

Поразителен сам факт, что культ эпатажа зародился именно в Стране восходящего солнца, которая доныне поражает иностранцев своей приверженностью к этикету. Не чудо ли, что даже на станции метро в час пик японец, увидевший в толпе знакомого, замирает, словно парализованный в глубоком поклоне. Но тот же самый токийский пассажир бесцеремонно расталкивает соседей при входе в вагон, ибо в безымянной толпе вежливость необязательна.

Ну и, наконец, дресс-код, с которого начинается контакт с сослуживцами на рабочем месте. Когда входишь в японский офис, бросается в глаза, что все как один работают то ли в пиджаках, то ли в жилетках, то ли в рубашках.

Может быть, "племя Харадзюку" появилось на свет как отражение мучительной дилеммы: можно ли соединить неотвратимость глобализации со стремлением сохранить национальную самобытность?

Главная тусовка страны

Итак, "племя Харадзюку" сделало своей идеологией эпатаж, то есть нарочитое отрицание общепринятых правил и требований моды. Еще во время токийской Олимпиады на бульваре Омотэ сандо, который по воскресеньям становится пешеходной зоной, появились юноши и девушки, воплотившие в своем облике приметы американских хиппи, западноевропейских панков, советских стиляг. Завсегдатаи этих тусовок подчеркивают, что Харадзюку - единственное место на земле, где поощряется стремление одеваться как можно необычнее.

Именно поэтому данный район стал достопримечательностью японской столицы, особенно популярной у туристов из стран Азии. Чаще всего туда приходят гости из Китая и Кореи, где лозунг "Модернизация без вестернизации", пожалуй, не менее популярен, чем в Японии.

Итак, "племя Харадзюку" появилось и прославилось еще в 60-х. Но, опять попав в Токио уже в новом тысячелетии, я убедился, что внуки и правнуки первых японских стиляг превзошли своих предков. Они вознамерились избавиться даже от своих расовых признаков. В частности, у них вошло в моду перекрашивать свои черные как смоль волосы в есенинский цвет спелой ржи. Мой репортаж в "РГ", опубликованный 10 лет назад, я назвал "Станет ли Япония русоволосой?".

Белокурым японским стилягам потребовался специальный подбор одежды, обуви, аксессуаров. Но и этим дело не ограничилось. Входят в моду пластические операции по изменению азиатского разреза глаз.

Единственная, пока еще неразрешимая задача: как сделать ноги местных девушек более длинными? У японок туловище длиннее, а ноги короче, чем у женщин из стран Запада. Отсюда привычка подпоясывать кимоно выше талии. Но тогда приходится как бы бинтовать грудь, что негативно сказывается на ее форме и размерах.

Полагаю, по дерзости эпатажа в попытках совместить ультрасовременную западную моду с восточными традициями "племя Харадзюку" далеко опередило своих зарубежных учителей.

В мире Восточная Азия Япония