Новости

22.02.2012 00:45
Рубрика: Власть

Не судите сгоряча

Материалы "Юридической недели" подготовлены совместно с Ассоциацией юристов России

Сегодня открывается очередной съезд Ассоциации юристов России.

Предметом обсуждения станут неотложные правовые проблемы, решения которых настоятельно требует жизнь. Накануне представительного юридического форума корреспондент "Российской газеты" встретился с сопредседателем АЮР, советником президента по правовым вопросам Вениамином Яковлевым.

Кресло председателя - по конкурсу

Российская газета: Вениамин Федорович, в пылу митинговых страстей звучат речи, что пора бы добраться и до Конституции, поменять там кое-что. Об этом говорят даже некоторые юристы. Неужели наш Основной Закон уже исчерпал себя?

Вениамин Яковлев: Конституция России - это плод всенародной инициативы. Она родилась в пору массового духовного подъема, в ее написании участвовали лучшие интеллектуальные силы страны и создали документ на десятилетия, а может быть, и столетия. Он получил признание в мировом сообществе. Кто говорит, что наш Основной Закон исчерпал себя - это недалекий юрист. Потенциал Конституции не реализован еще и на четверть, над ним предстоит работать и работать. В том числе над созданием правового государства и достойной судебной системы.

 
Видео: Сергей Куксин

РГ: В одном из недавних номеров "РГ" опубликована статья известного юриста, доктора наук Михаила Барщевского и академика Анатолия Торкунова. Они предложили своего рода правовой меморандум - пакет конкретных мер, как сделать судебную систему эффективной и вернуть к ней доверие народа. Обратили внимание на эту публикацию?

Яковлев: Я прочитал ее с интересом и во многом согласен с авторами. Кое-что у меня вызывает сомнения, об этом скажу. Но начинать надо с главного. Чтобы вернуть доверие народа, нужно допустить сам народ к правосудию, как того требует наша Конституция. В статье 32 прямо записано: граждане РФ имеют право участвовать в отправлении правосудия. Сейчас это право реализуется в судах присяжных, но они рассматривают лишь небольшую часть дел. Границы участия нужно расширять. В мире, да и в прежней России использовалось много форм. Прежде всего нужно восстановить институт народных заседателей. Грамотные юристы, профессионалы из различных сфер деятельности, просто люди с богатым жизненным опытом могут на равных с судьями участвовать в процессах, доверие к такому суду будет выше. Кстати, в Германии, например, суды присяжных крайне редки, а большинство дел рассматривается с участием так называемых шеффенов - это те же народные заседатели.

РГ: Что вас смутило в предложениях авторов статьи?

Яковлев: Идея выборности председателей судов. Конечно, зависимость главы суда от чиновников - большое зло, но выборы сделают председателя зависимым от коллег по работе. Давайте вспомним, как в былые годы выбирали общим голосованием директоров. Чем кончилось? Развалили экономику. Что сделали популисты? Взвинтили заработную плату, в то время как производство падало. Предприятия неминуемо терпели банкротство.

РГ: Как можно сделать председателя суда независимым от давления и "сверху", и "снизу"?

Яковлев: Есть способ. На мой взгляд, должен быть конкурс. Проводит его квалификационная коллегия, она решает, кого из претендентов рекомендовать, а кого нет. Причем не открытым, а тайным голосованием, чтобы не было давления. Коллегия может рекомендовать одного, а может и двух кандидатов. Это предложение поступает председателю Верховного или Высшего арбитражного суда. По их представлению президент своим указом назначает председателя суда. Главное здесь - отладить работу квалификационных коллегий, изменить их регламент, вернуть им самостоятельность.

Конфликты надо гасить

РГ: Доверие к правосудию сильно подрывает судебная суета. Человек идет в суд как в храм в надежде, что судья его выслушает, поймет и - рассудит. А там все куда-то бегут, им некогда, на посетителя смотрят как на досадную помеху.

Яковлев: Это большая проблема, ее корни в перегруженности судов. За год в стране рассмотрено 25 миллионов дел. Из них уголовных примерно 1 миллион, гражданских около 14 миллионов и административных 10 миллионов. Люди чаще всего сталкиваются с мировыми судами, где решается большинство дел. На мирового судью приходится в среднем 100 дел в месяц, значит, в день по 4 - 5. Конечно, судьи вечно спешат, даже уносят дела домой, там из-за этого скандалы, уходят в отставку. Но и наращивать число судов и судей тоже нельзя - дорого и все равно неэффективно.

РГ: Где же выход?

Яковлев: Идти по пути качества. Во-первых, вводить дифференцированные процедуры. Если дело сложное - рассматривать его во всей полноте. Если же простое, очевидное - по упрощенной схеме. Во-вторых, отлаживать досудебные процедуры по административным делам. Такие дела создает государство, значит, оно не должно действовать как обычная сторона, а стараться урегулировать конфликт до суда. Для этого во всех ведомствах нужны службы внутренней апелляции для рассмотрения споров и претензий. В Германии, например, в таких службах оседает 95 процентов апелляций граждан, только 5 доходят до суда. А во Франции и того меньше, лишь 2 - 3 процента.

По гражданским делам нужны третейский суд, переговорно-примирительные процедуры, медиация. Суд решает вопрос силой, но не разрешает сам конфликт. А медиация приводит к мировому соглашению. Кстати, до революции мировые суды именно примиряли, а не судили, там работали даже и не юристы.

Навести порядок в доме

РГ: Все эти новации могут осуществить лишь органы власти. А что может сделать Ассоциация юристов России, какие задачи вы перед собой ставите?

Яковлев: Если коротко - навести порядок в нашем юридическом доме, наладить правовую помощь населению, особенно малоимущим гражданам и обездоленным сиротам, инвалидам, ветеранам, а также обеспечить эффективную экспертизу законопроектов.

РГ: Что вы вкладываете в понятие "порядок в доме"?

Яковлев: Думаю, что нужны разработки нравственных, этических основ юридической деятельности. У нашей профессии есть свои нравственные принципы. И самое главное, нужно проанализировать состояние всей правовой инфраструктуры, выявить ее слабые места и поучаствовать в их исправлении.

РГ: Общественная аккредитация юридических вузов, которую провела АЮР, часть этой работы?

Яковлев: Подготовка юридических кадров оказалась в плачевном состоянии. Юридическая профессия стала сверхпопулярной, вузы, испытывая финансовые затруднения, бросились зарабатывать. Технические, сельскохозяйственные перекинулись на подготовку юристов, не имея для этого ни кадровых, ни научных предпосылок, даже литературы. И произошла катастрофа, вместо качества профанация. Нельзя проходимца допускать в духовное училище, а потом к алтарю. Так и юристом должен быть человек, у которого сформировалось нормальное правовое сознание. Он не только знает право, он верит в него, служит ему, утверждает право своей повседневной жизнью и работой, а не ищет схем, чтобы соблюдалась лишь видимость закона.

РГ: Что будет с вузами, которые не прошли аккредитацию, закроют?

Яковлев: Мы высказали свою позицию, дали оценку. Заключен договор с министерством образования и науки. У них есть своя государственная аттестация, пусть решают, что делать с этими вузами. Думаю, что у случайных попутчиков юридической науки есть два выхода: или прекратить свое существование, или стать полноценными вузами. То есть не просто давать формальный диплом, а сформировать юриста, его правосознание. Для этого требуется очень серьезная работа.

РГ: У самой ассоциации есть какие-либо административные полномочия? Например, право закрыть вуз .

Яковлев: Нет, и, я считаю, не нужно. Это все-таки общественная организация. Ведь чем хороша ассоциация? Она объединяет всех юристов - судей, прокуроров, следователей, адвокатов, нотариусов, юристов, работающих в структурах юстиции и в экономике. Когда юристы собираются вместе и серьезно обсуждают проблему применения права, то они и могут найти правильный подход. И потом этот грамотный подход должен быть передан государственным структурам, чтобы его реализовать в жизни. Вот, на мой взгляд, самая главная задача общественности.

Ключевой вопрос

РГ: Как вы относитесь к предложению взять под контроль расходы судей наравне с другими высокими чиновниками и создать службу безопасности с правом оперативно-розыскной деятельности?

Яковлев: Считаю, что судьи должны декларировать свои расходы, это повысит прозрачность судебной системы и доверие людей к суду. Только не надо смешивать судей и чиновников, как это зачастую делается. Чиновник выполняет властные решения, а судья сам выносит решения, имеющие силу закона. Это разная ответственность. И если судью в чем-то заподозрили, ситуация должна быть прояснена, на мантии не может быть не только пятен, но и тени. Поэтому вполне возможна некая специальная служба, но только внутри судебного ведомства, иначе она превратится в инструмент давления со стороны.

Проверка не должна также ущемлять независимость судьи. Статус судьи надо оберегать и охранять, судью нельзя полоскать огульно, в том числе и в СМИ. Общество, которое уважает закон и правосудие, никогда не должно допускать этого.

Цифра

25 млн дел рассмотрено в судах за год. Из них 1 миллион уголовных, 14 миллионов гражданских и 10 миллионов административных.

Власть Работа власти Судебная система Проект "Юридическая неделя" Реформа судебной власти РГ-Видео РГ-Фото