Новости

Конфликт театрального режиссера Юрия Бутусова с петербургским культурным начальством, персонифицированным в лице кинорежиссера и продюсера Дмитрия Месхиева, возглавившего департамент культуры города, мгновенно вышел за пределы Северной столицы. В письме Гильдии театральных режиссеров России к губернатору Петербурга Г. Полтавченко, которое подписали московские и питерские коллеги в защиту Ю. Бутусова, речь шла о непозволительном волюнтаризме и некомпетентности нового директора департамента.

Напомню, в чем состоит суть конфликта. Д. Месхиев предложил Ю. Бутусову, который с февраля 2011 года является главным режиссером Театра имени Ленсовета, единолично возглавить театр, при этом заключив контракт на один год. Предполагаемый контракт режиссера с департаментом культуры содержал пункт, по которому режиссер в течение этого года не имеет права ставить спектакли в других театрах и обязан сосредоточиться на работе в родном коллективе. Д. Месхиев исходил из того, что Ю. Бутусов за то время, что он стал главным режиссером Театра имени Ленсовета, не поставил здесь ни одного спектакля, выполняя взятые на себя прежде обязательства в других труппах и с другими актерами. Я сознательно оставляю в стороне подробности этого конфликта - как известно, в них не только бог, но и дьявол. Не буду пересказывать, что сказал Бутусов Месхиеву и что Месхиев сказал Бутусову, что писали по этому поводу актеры Театра имени Ленсовета и как реагировала питерская театральная общественность, которая не могла остаться в стороне от этого конфликта.

Меня интересует лишь существо вопроса. С моей точки зрения, предложив Ю. Бутусову контракт на один год (другая версия - на полтора), Д. Месхиев обнаружил непонимание сути того явления, которое именуется русским репертуарным театром. Для создания некоего нового художественного организма, "коллективного художника" во главе с реальным творческим лидером необходимо не менее пяти лет. И дело не только в том, что актеры, узнав, что у их начальника контракт на год, становятся неуправляемыми. За год можно поставить один, в лучшем случае два спектакля, - но для этого можно позвать приглашенного режиссера. Для того чтобы начать строительство нового театра, заняться воспитанием и формированием труппы, доведением ее до творческого совершенства, нужно совсем иное время. Главный режиссер, если он настоящий художественный лидер, тем и отличается от режиссера очередного или приглашенного, что его целью является не постановка спектакля, но сотворение того чуда, которое отличало Московский Художественный театр начала ХХ века от Театра Корша, вполне успешного коммерческого предприятия, где работали первоклассные актеры. Запрещение руководителю театра ставить на других сценах не только нарушает обычные права гражданина. Он ведь может осуществлять эту работу во время своего отпуска или в выходные дни, а может вообще по ночам. Это что касается прав. Но есть еще и житейская сторона дела. Сегодня подавляющее большинство талантливых режиссеров не хочет брать на себя ответственность руководства стационарными коллективами еще и потому, что это серьезно ущемляет их материальные интересы. Известный режиссер, желанный во многих театрах, за постановку получает больше, чем главный - за полгода своей работы, и не думает о том, как организовать жизнь труппы в целом, добиваясь ее творческого состояния. Запрет ставить на стороне в еще большей степени отбивает охоту у талантливых людей стремится к строительству своего театра. Конечно, можно сказать: если есть страсть, талант, призвание, то никакие деньги не нужны. Только не забывайте, что говорила одна из чеховских трех сестер: "Груба жизнь..." У нас, как и во всем мире, впрочем, не так много талантливых режиссеров, еще меньше тех, кто в состоянии возглавить творческий коллектив. И они требуют особого к себе отношения, а не административного хамства.

На этом можно было бы поставить точку, если бы изложеный конфликт не содержал еще одной важной проблемы. Художник всегда прав как творец. Но далеко не всегда - как управленец. У государства, общества есть ответственность перед художником. А у художника - перед обществом, перед налогоплательщиками, которые, отказывая себе в разных насущных нуждах, выделяют средства для того, чтобы творческие люди могли заниматься искусством? Создание и сохранение театра или симфонического оркестра, постановка кинофильма требует огромных затрат, которые очень трудно найти на рынке. Именно поэтому, рассчитывая на государственные деньги, художник должен заключать своего рода контракт с обществом, которое делегирует для этого управленцев от культуры - будь то федеральный министр или директор регионального департамента. От компетентности, профессионализма, человеческого обаяния, ума, наконец, этих самых управленцев, конечно же, зависит многое, но даже отсутствие всего перечисленного выше не меняет сути дела. Веду речь не об идеологических обязательствах - никто не вправе требовать от художника больше того, что предопределено Конституцией Российской Федерации, которая гарантирует свободу творчества. Но работодатель вправе настаивать на том, чтобы за деньги, которые выделяет бюджет, была проделана определенная работа: поставлен спектакль, выпущен кинофильм или сыгран концерт. Желательно высокого художественного качества. У художника, если он к тому же является руководителем того или иного коллектива, есть свои обязательства перед налогоплательщиками. И они не исчезают от того, удачно или не удачно был выбран начальник, который заключает контракт с художником-руководителем от лица федеральной или региональной власти. Вот такой казус.

Культура Театр Колонка Михаила Швыдкого