Новости

19.06.2012 00:43
Рубрика: Общество

Система витает в облаках

Экологическую политику нужно вернуть к реальности
Действующая система экологического регулирования оторвалась от реального контекста, в котором должна существовать. В качестве одной из главных целей экологической политики декларируется сохранение естественных экологических систем, природных ландшафтов и природных комплексов, в том числе в местах активного промышленного развития.

Андрей Елинсон, заместитель гендиректора компании "Базовый Элемент", первый заместитель председателя Комитета РСПП по экологической, промышленной и технологической безопасности

Эти и другие подобные природоохранные цели заданы традиционной концепцией, предполагающей, что в отношении природы неким сведущим людям известно, что хорошо, а что плохо. В России монопольное право представлять интересы природы принадлежит государству - оно разрешает и нормирует уровень воздействия промышленности на окружающую среду. По сути, экология - едва ли не последний бастион командно-административной системы. Стоит ли удивляться тому, что общество и бизнес, мнением которых государство не интересуется, не поддерживают поставленные экологические цели?

Сегодня в условиях активно развивающихся рыночных отношений традиционная концепция считается устаревшей. Действительно, ущерб невозможно нанести абстрактной природе, но можно нанести реальным жителям конкретного города, загрязняя воздух, воду, землю. Соответственно, единственная цель экологической политики в рамках современной концепции охраны окружающей среды - достижение баланса экономических, экологических и социальных интересов. Экологически обеспеченное хозяйственное решение должно быть результатом компромисса между государством, бизнесом и обществом. Таким образом, экологическая политика в реальном контексте - это, в частности, диалог между промышленными предприятиями и жителями по поводу уровня сбросов, выбросов и отходов. Жители должны иметь возможность участвовать в определении судьбы промышленных предприятий, которые, с одной стороны, загрязняют окружающую среду и причиняют вред их здоровью, а с другой - создают рабочие места и решают ряд важных социальных задач. Где-то они могут высказаться за сохранение старого химического производства, а где-то - против нового металлургического завода.

Замечу, что мирное сосуществование экологической политики с реальностью также означает, что она не может идти в отрыве от понятия конкурентоспособности. Очевидно, что бессмысленно внедрять на предприятии самую экологически чистую и инновационную технологию, если продукция такого предприятия станет неконкурентоспособной из-за огромной стоимости проведенной модернизации. Между тем основная идея реформы, предложенная минприроды в законопроекте "О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части совершенствования нормирования в области охраны окружающей среды...", который был принят Госдумой в первом чтении в 2011 году, состоит в том, чтобы за счет введения штрафов заставить предприятия перейти на наилучшие доступные технологии. При этом министерство не предлагает источников финансирования такой модернизации. Несложно предсказать, что на самом деле произойдет, если закон будет принят в предложенном виде. Часть предприятий перейдет на неоправданно дорогие западные технологии и потеряет в конкурентоспособности, а часть этот переход на НДТ просто сымитирует.

Однако устарела не только основополагающая концепция экологической политики, от реальности оказалась оторвана и система управления. Это произошло прежде всего в результате многочисленных реорганизаций министерства с перераспределением функций и полномочий, многократных изменений нормативной базы, перехода на рыночные отношения с развитием института собственности. Каждая последующая реформа наслаивалась на предыдущую и зачастую они противоречили друг другу. Помимо этого, произошел отток квалифицированных кадров, система обросла организациями-паразитами. Расхождение между системой управления и реальными процессами на практике приводит к тому, что система, например, не различает малые предприятия и крупный бизнес - малые предприятия должны проходить те же высокозатратные разрешительные процедуры. Из-за того что к различным средам обитания применяются универсальные нормы, отдельные предприятия вынуждены очищать сбросы от загрязняющих веществ до значений в десятки раз ниже, чем их содержание в водоемах и атмосферном воздухе. Более того, декларируемые экологические цели, по сути, заменяются фискальными (пополнением бюджетов всех уровней), контроль негативного воздействия - контролем качества оформления разрешительной документации.

Чтобы вернуть систему управления к реальности, необходима дифференциация сред и предприятий. Похоже, что сама окружающая среда мало кого интересует. Людям важна их собственная среда обитания. Соответственно, если дифференцировать среды обитания, то сбросы, выбросы, отходы можно будет нормировать исходя из климатических, региональных скоростей процессов самовосстановления природы в каждой из сред обитания. Сейчас система управления не различает предприятия по объемам негативного воздействия, размерам и другим характеристикам. С одной стороны, это приводит к тому, что зачастую затраты на ее содержание превышают получаемый эффект. С другой стороны, как уже говорилось выше, от этого страдают малые предприятия.

Сложившаяся ситуация усугубляется тем, что система экологического регулирования достигла предела своей сложности и утратила такое качество, как реформируемость. Симптомами этой проблемы является огромное количество применяемых нормативов (более 4 тыс.) и нормативных правовых актов (более 1 тыс.). Локальные улучшения в данной ситуации невозможны - нужно менять всю систему.

На мой взгляд, идея соблюдения баланса интересов государства, бизнеса и общества - из тех, что сами себя продают. В конце концов, как можно возражать против того, чтобы твои интересы учитывались при принятии решений?

Общество Экология