Новости

17.07.2012 00:40
Рубрика: Экономика

Понаписали

Действующий Налоговый кодекс непонятен даже специалистам
В связи со вступлением в ВТО Россия должна снижать таможенные пошлины, и, очевидно, у страны будут выпадающие доходы. А их надо чем-то компенсировать. К этому также нужно добавить уменьшение поступлений в бюджет из-за снижения мировых цен на нефть в связи с ухудшением общей внешнеэкономической ситуации. Какие изменения ждут налоговую сферу после того, как мы вступим в ВТО? С этим вопросом "РБГ" обратилась к заместителю председателя Kомитета Госдумы по финансовому рынку Анатолию Аксакову.

Анатолий Геннадьевич, откуда взять деньги на финансирование бюджетных расходов?

Анатолий Аксаков: Ситуация непростая. Очевидно, что самый простой путь - увеличить налог на бизнес. Я полагаю, что налогообложение будет изменяться в пользу увеличения налогов на добывающий сектор. Однако при этом возникают другие вопросы. Нефтяники и сырьевики говорят о том, что им нужны деньги для разведки и освоения новых месторождений. Если же мы увеличим нагрузку на них, то, очевидно, денег для соответствующих инвестиционных целей у них не будет. При этом, если брать ситуацию по России в целом, 50% фондов изношены физически, 90% - морально. Фактически нам надо решать задачу полного переоснащения промышленности и других отраслей экономики. Надо заменить обветшавшее и морально устаревшее оборудование, решать задачу повышения конкурентоспособности отечественных производителей.

Экспортные пошлины у нас работают не всегда. Например, у нас не существует пошлин на экспорт электроэнергии. Почему бы ее не ввести?

Анатолий Аксаков: Согласен что экспортные, да и импортные пошлины тоже должны более гибкими. Нужно осуществить налоговый маневр, но, прежде чем его реализовать, требуется все просчитать и в первую очередь оценить последствия для бюджета. В целях более эффективного налогового маневра, возможно, следует подготовить новую редакцию Налогового кодекса. К сегодняшнему моменту мы столько внесли поправок в действующий кодекс, что он становится непонятным даже специалистам. Нужно создать нормальный, понятный документ, простой для исполнения и администрирования. При этом мы должны недвусмысленно заявить о том, что налоговая политика в целом остается стабильной, налоговое бремя не будет увеличиваться и вводимые изменения будут вести к снижению фискальной нагрузки на высокотехнологичные и эффективные производства.

Интересно, как к вашему предложению отнесутся в Федеральной налоговой службе?

Анатолий Аксаков: Им же сложно администрировать, опираясь на нынешний Налоговый кодекс. Нужен простой, понятный документ. Те налоговики, кто в низах работает, те, кто ходит по предприятиям, говорят о том, что документ стал запутанным, там очень много хитросплетений. Ну и двусмысленность возникает. Нечистым на руку налоговикам от этого, может быть, и хорошо: они могут "подзаработать", опираясь на такой документ, но честным людям он неудобен. Повод для написания нового Налогового кодекса есть, так как сейчас готовится и новая редакция Гражданского кодекса.

Мы можем снизить размер обязательных страховых взносов хотя бы до 20%. Ведь малый бизнес с точки зрения наполнения доходной части бюджета не такой уж большой сектор экономики

Что конкретно предлагаете подправить?

Анатолий Аксаков: В новом Налоговом кодексе необходимо реализовать фискально-стимулирующую идеологию: живешь честно, порядочно, вкладываешь в развитие, в создание новых рабочих мест - платишь меньше. И наоборот: не развиваешь бизнес, не повышаешь производительность труда - платишь больше. Главное - налог должен стимулировать компании вкладывать деньги в развитие производства, работать прозрачно, зарплату выдавать не в конверте, а проводить через баланс предприятия с осуществлением всех необходимых платежей.

Какая судьба ждет пошлины?

Анатолий Аксаков: Они должны поддерживать приток высоких технологий в страну, стимулировать поставки комплектующих, сырья, материалов, то есть продукции невысокой добавленной стоимости, с последующей сборкой и производством машин, станков, оборудования в России. Кроме того, необходимо сделать так, чтобы производители были заинтересованы в постепенном переходе на поставки от локальных поставщиков, в увеличении доли комплектующих, сделанных в России. Одновременно нужно стимулировать вывоз из страны продукции с высокой добавленной стоимостью. Согласитесь, нефть продавать не так выгодно, как нефтехимию, нефтепродукты.

То есть самим производить высокооктановый бензин, как в Финляндии, и продавать?

Анатолий Аксаков: Во-первых, мы больше заработаем на этом. Во-вторых, сможем создавать высокотехнологичное производство, которого не хватает и на внутреннем рынке. Пошлина должна стимулировать переработку внутри страны, а не поощрять тех, кто гонит за границу наши природные богатства в сыром виде, без переработки.

Откуда возьмутся инвестиции на создание таких производств?

Анатолий Аксаков: У добывающих компаний высокодоходный бизнес. Благодаря работе в этих секторах определенная часть нашего общества стала обеспеченной. Мы знаем, как живут газовики, нефтяники. Они, что, благодаря своему высокопроизводительному труду получают возможность столько тратить? Меня удивляет, почему государственные компании направляют деньги на дивиденды и выплату бонусов, а не на инвестиции. С помощью инвестиций могли бы поднять капитализацию компании, развить новые перерабатывающие производства, более высокотехнологичные, с более высокой добавленной стоимостью. Даже рядовые инвесторы отнеслись бы к этому с пониманием.

Какие налоги будет платить малый и средний бизнес?

Анатолий Аксаков: Если ориентироваться на предыдущие действия правительства, то в лучшем случае налоги останутся на существующем уровне. Президент уже сказал, что для перерабатывающих отраслей экономики налоги увеличиваться не будут. Постоянство в принципе хорошо для бизнеса. Но в то же время перед правительством сейчас возникают новые вызовы в бюджетной политике, прежде всего связанные с ростом социальных и других обязательств, которые необходимо выполнять. Поэтому правительство вряд ли инициирует снижение налогов.

Что можно еще сделать?

Анатолий Аксаков: Мы снижаем пошлины на импорт, в том числе и с учетом вхождения в ВТО. Но на экспорт-то можно повышать пошлины. Например, пошлину на нефть, "круглый лес", железную руду. И на поставки энергии нужно устанавливать пошлины. Например, внутренняя цена на нефтепродукты - это разница между мировой ценой и пошлиной. Если определить оптимальный размер пошлин, внутренняя цена будет сдерживаться мировой. Глобальные цены поднялись, и наши цены растут. Мировая цена упала, значит, и в России цены падают. А если российский поставщик не снижает цены вслед за рынком, то почему бы не покупать электроэнергию за рубежом? Так же, как потребительские товары. Наши компании вынуждены будут продавать дешевле свою продукцию и работать эффективнее, чтобы сохранить доходность.

У нас в стране никогда не понижаются цены и налоги. Вы можете привести пример, доказывающий обратное?

Анатолий Аксаков: Цены на некоторые продукты, например, на гречку, снизились по сравнению с 2010 годом. Хотя речь идет скорее о коррекции - снижение происходило после скачка цен на сельхозпродукцию, вызванного неурожаем. Что касается налогообложения - я автор закона о едином социальном налоге, который был снижен на 10 с лишним процентов в 2004-2005 годах. Мы его снизили, и это тогда помогло многим предпринимателям. Заводы платили 26%, предприниматели - 14%. Но с 2011 года опять подняли этот налог, причем для малого и среднего бизнеса ставка увеличилась в два с половиной раза.

Сегодня поблажек ждать не стоит?

Анатолий Аксаков: Я считаю, что мы можем снизить размер обязательных страховых взносов хотя бы до 20%. Ведь малый бизнес с точки зрения наполнения доходной части бюджета не такой уж большой сектор экономики. Даже если мы для него снизим размер обязательных страховых взносов, объем прямых поступлений в бюджет существенно не уменьшится. Зато ряды предпринимателей пополнятся, налоговая база увеличится. Когда социальный налог стал непосильным, кто смог - перешел в другие юрисдикции, кто не смог- стал выдавать зарплаты в конвертах. Снизьте налог, и бизнес станет работать прозрачно. Правительство согласилось с тем, что увеличение налога на предпринимателей в 2,5 раза не помогло наполнить бюджет. Это значит, что решение было ошибочным, и это нужно учесть на будущее.

Стабильность означает мораторий на ухудшение условий ведения бизнеса

Как изменятся инвестиционные льготы после вступления России в ВТО?

Анатолий Аксаков: Одна из ключевых проблем, на которую указывают представители практически всех секторов экономики, - отсутствие долгосрочных и относительно дешевых внутренних кредитных ресурсов. Поэтому нужно по максимуму использовать те ресурсы, которыми располагают сами предприятия, нужно сделать так, чтобы бизнес направлял деньги на развитие, на инвестиции. Сегодня многие компании принимают решение о выплате дивидендов, причем приличных. То есть деньги уходят на потребление, они, можно сказать, просто проедаются.

Есть панацея?

Анатолий Аксаков: Я предлагаю увеличить налог на прибыль с одновременным введением инвестиционной льготы. Сейчас этот налог составляет 20%, нужно сделать 30%, но при этом, если компания направляет деньги на инвестиции, ставка налога уменьшается вдвое. То есть по факту получится не 30%, а 15%. Многие фирмы будут заинтересованы направить деньги на инвестиции. И реально начнется процесс модернизации без всяких заседаний в кабинетах, размышлений и разговоров. Это простое и эффективное решение, которое работало до принятия Налогового кодекса, отменившего инвестиционную льготу. Многие предприятия в свое время за счет этой льготы обновили производство да и сейчас успешно живут благодаря тому, что тогда ее использовали. Введение инвестиционной льготы может повлиять на всю экономику, в том числе и на добывающие отрасли. Очевидно, что на нефтяников легла дополнительная нагрузка из-за увеличения экспортных пошлин, но они могут многое приобрести за счет использования инвестиционной льготы. Направят свою прибыль на освоение новых месторождений, переработку нефтепродуктов, увеличат долю высококачественной продукции, которая идет на экспорт. Можно использовать и дальнейшие стимулы: если поставляешь нефть, платишь 20%, если нефтепродукты - 10%.

В Налоговом кодексе должна быть стимулирующая функция?

Анатолий Аксаков: Да. Вкладываешь в развитие, и по цепочке целые отрасли приходят в движение: все больше компаний вовлекаются в процесс модернизации, занимаются переработкой, создают новые производства. А если не хочешь развиваться, трудиться, думать, осваивать новые технологии, то и налоги будут выше. Одновременно нужно защищать рынок, вводя жесткие технические регламенты, которые не допускали бы в страну низкокачественную продукцию. И, конечно, стимулировать ввоз сырья и комплектующих, а не готовой продукции. Хочешь выгодно продавать автомобили - собирай их в России.

Налоговая система должна быть стабильна - это ваш посыл. Что вы вкладываете в понятие стабильная?

Анатолий Аксаков: Стабильность означает мораторий на ухудшение условий ведения бизнеса. Налоговая система может меняться, фискально-стимулирующие меры могут по-разному комбинироваться, но в конечном итоге изменения должны приводить только к уменьшению налогового бремени для тех, кто развивает бизнес.

Реакция бизнес-сообщества на снижение страховых взносов до 15%

Реакция бизнес-сообщества на снижение НДС до 15 процентов, %

Экономика Финансы Налоги Налоговое законодательство