27.07.2012 11:45
    Рубрика:

    Эксперт: 2013 год может стать непростым для семейного бюджета россиян

    На этой неделе Национальный исследовательский университет "Высшая школа экономики" подготовил три сценария развития экономики, если мир накроет новая волна кризиса. Плохой. Очень плохой. И… "никакой".

    Первый. Цены на нефть будут в пределах 100 долларов за баррель, отток капитала - не менее 90 миллиардов долларов в год. В таком случае ВВП страны вырастет на 3 процента в этом году и упадет до 2,6 процента в следующем.

    Второй. Средняя стоимость барреля упадет до 70 долларов в 2012 году, а потом поднимется до 80 долларов к 2014 году. Это будет сопровождаться снижением курса рубля на 20-25 процентов и ростом инфляции. В результате правительство будет тратить средства Резервного фонда, которые, как ожидают эксперты, закончатся уже к началу 2014 года. Снижение ВВП составит около 5,6 процента в год.

    Третий вариант предполагает, что мы пройдем кризис без потерь.

    Так чего же ждать России в ближайшие три года? Об этом рассуждают главный экономист УК "Финам Менеджмент" Александр Осин и советник Института современного развития Никита Масленников.

    РГ: Какой сценарий реалистичней? Как вы видите развитие событий?

    Масленников: Эксперты ВШЭ выступили в роли коллективного адвоката дьявола. Но это шаг правильный и своевременный. Так как обратить внимание на наихудшие условия, в которых может оказаться экономика всегда полезно. Одновременно это стресс-тестирование возможностей правительства и Центробанка. Хотя если соотносить прогнозы с текущим состоянием глобальной экономики, то они кажутся избыточно жесткими.

    Во-первых, цены на нефть если и не будут показывать роста, а к этому подталкивает ситуация в Сирии, неопределенность вокруг Ирана, некоторое увеличение китайского внутреннего спроса, они в среднем за год не уйдут ниже коридора 95-105 долларов за баррель. У нас с 10 июня по 15 июля средняя цена на Urals составила чуть более 95 долларов за баррель. Это напряженно, но близкого и стремительного краха российской экономики не обещает.

    Во-вторых, отток капитала будет поменьше объявленного коллегами из ВШЭ на 20-25 миллиардов долларов. Так как финансовые рынки еще не закрылись, а отечественные банки и корпорации активно заимствуют. Плюс к тому в начале четвертого квартала нельзя исключить, что у инвесторов вернется аппетит к рискам на развивающихся рынках. У многих начинается новый финансовый год, и власти США могут подбросить ликвидности через очередные количественные смягчения.

    В целом в глобальной экономике наблюдается война нервов. И скорость торможения определяется еврозоной. Антикризисные механизмы созданные на последних саммитах сработают не раньше конца года. Да и европейцам не дадут утонуть. Те же китайцы покупают у них все больше и больше в каждом месяце. Правда, надо иметь в виду существенный риск. Если не удастся решить вовремя проблемы с Италией и Испанией, то тогда действительно из Европы может прийти вторая волна кризиса.

    По моим прогнозам, темпы роста на 2012 год составят от 3-3,5 процента ВВП. А в 2013 году есть вероятность 3,2-3,7 процента.

    Осин: Я склоняюсь ближе к третьему сценарию, но кризис, к сожалению, есть, хотя он является и ситуацией, которая позволяет рассчитывать на высокие доходы при высоких рисках. Цены на нефть достаточно существенно поддержаны на текущих уровнях. Спрос на нефть эластичен по отношению к финансовым шокам. В 2009 году под влиянием активной фазы кризиса он снизился в мире на 2 процента.

    РГ: Эксперты ВШЭ считают, что по ряду показателей Россия готова к кризису хуже, чем в 2008 году. С того времени зависимость страны от цен на нефть значительно выросла.  Почему это произошло, ведь все это время разговоры как раз шли о том, чтобы слезть с сырьевой иглы.

    Масленников: Как раз потому, что шли одни разговоры. Очень мало было сделано для реальной диверсификации ТЭКа, да и заметно выросли государственные расходы особенно на социальные и оборонные нужды. В результате 80 процентов госрасходов так называемые неснижаемые мандаты. А ненефтегазовый дефицит по минимальным оценкам сейчас составляет 12,5 процента ВВП.
    Осин: Рост доли добычи и переработки в ВВП - это нормальная долгосрочная тенденция, она характерна и для мирового ВВП. И поддержана как стабильным увеличением спроса на сырье со стороны растущих развивающихся экономик, так и сокращением темпов роста мирового долга, что вынуждает производителей увеличивать ценовую нагрузку на конечных потребителей сырья.

    Кроме того, развитые экономики, как и российская, перестраиваются, сокращая риски кредитно-потребительской модели, это также ведет к росту доли добывающих, перерабатывающих отраслей в ВВП при сокращении в них доли отраслей, связанных с потреблением, распределением товаров и услуг.

    В планах российского руководства на ближайшие годы рост инвестиций в 7-7,5 процента при росте ВВП на 3-4 процента. Кстати, в 2011 году при росте ВВП в 4 процента рост инвестиций составил около 8 процентов. Так что процесс перестройки экономики все-таки идет. Он, конечно, может быть и быстрее, но учитывает сегодняшние внутри и внешнеполитические реалии.

    РГ: Так что нужно сделать, чтобы все-таки быть готовыми на случай кризиса?

    Масленников: У каждого кризиса свое лицо и к каждому нужно подходить по ситуации. Хотя есть задачи, которые нужно решать уже сейчас.

    Во-первых, необходимо извлечь уроки из прошлого опыта. Нужно максимально поощрять конкуренцию, в том числе за счет отказа от ручного управления и перехода на универсальное, то есть равнодоступные для всех меры господдержки.

    Во-вторых, кризис начинается всегда с банков. Следовательно, особое внимание необходимо уделить ускоренной декапитализации, в том числе за счет снижения темпов роста кредитных портфелей, особенно в секторе потребительского кредитования. На мой взгляд, последовательная модернизация финансовой отрасли - это оптимальная подготовка к кризису.

    В-третьих, нужно реальное управление (таргетирование) инфляцией, предполагающее большую гибкость валютного курса. При этом она должна быть подстрахована исполнением утвержденного нового бюджетного правила. В случае крайней необходимости можно пойти и на временное замораживание тарифов естественных монополий.

    Осин: Надо сформировать фонды стабильности, поддерживать инвестиции, участвовать в международной антикризисной кооперации. Все это делается. Но… Если бы кризисы можно было бы точно предугадывать! Они бы не происходили. На мой взгляд, сейчас наибольшие риски носят политический характер: "правым" и "левым" политикам приходится постоянно решать, какая часть общества будет "платить" за перестройку экономики и сколько. С завершением выборного периода в США и Германии эта ситуация улучшиться, политический фон станет более однородным.

    РГ: Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) уже понизил прогноз ВВП на 1 процент до 3,3 процента. И основной причиной эксперты назвали как раз долговой кризис в Европе.  Потеря одного процента, если это произойдет, для нас - критично?

    Масленников: Де-факто эта потеря уже происходит. Реальные темпы экономического роста, соответствующие потенциалу нашего выпуска, не превышают 3 процентов. Все остальные прибавки - это  уже функция от волатильности мировых цен в основном на энергоносители.

    Критично другое. При существующей структуре экономики ее рост будет постоянно заперт в 4-процентном гетто, когда самые благоприятные внешние условия могут давать ежегодно не более 0,5 процента дополнительного роста ВВП.

    Осин: Конечно, нет, у нас волатильность прогнозов ключевых макроэкономических индикаторов регуляторов за год превышает эту величину.

    РГ: Как можно сгладить влияние на нас европейского долгового кризиса. Может быть, России пора переориентироваться на другие рынки?

    Масленников: Наша задача - развивать экспорт по всем азимутам. Маневр этот начался несколько лет назад. Россия активно укрепляется на рынках Китая, стран Юго-Восточной Азии, Латинской Америки и других. Но чтобы полностью уравновесить европейское направление потребуется еще как минимум 6-8 лет.

    Влияние еврокризиса на экономику сбить не удастся. Но можно смягчить его, если укреплять собственный финансовый сектор и усилить взаимодействие в сфере взаимных инвестиций и обмена активами.

    Осин: Согласен: процесс диверсификации внешнеторгового оборота России происходит, активно растет товарооборот не только с Китаем, но и с США. Но и европейский рынок не стоит недооценивать. "Периферийные" страны ЕС в ближайшее десятилетие могут получить значительный импульс в развитии за счет своих традиционно близких торговых и инвестиционных связей с Ближним Востоком и Северной Африкой.

    РГ: Вступление в ВТО поможет нам подстегнуть рост экономики? Одни эксперты говорят, что это, наоборот, ее ослабит из-за неспособности конкурировать с Западом, с его товарами. Другие - утверждают обратное: ВТО облегчит продвижение наших товаров на иностранные рынки и это ускорит рост экономики. Кто прав?

    Масленников: Правы обе стороны. Просто каждая на своем временном горизонте. В первое время мы понесем некоторые потери. Причем в основном бюджетные, так как будут снижаться поступления от таможни. Но за 1,5-2 года конкуренция все быстро расставит по своим местам, и мы начнем ощущать уже выигрыш от ВТО. Мы будем получать от этого вступления от 0,5 процента ВВП в год, а может и больше.

    Осин: Основные уступки для вступления в ВТО были сделаны в рамках либерализации экономики России еще в 1994-2006 годах. И сейчас ситуация в производственном секторе страны уже отражает влияние этих уступок. В такой ситуации вступление в ВТО является позитивным сигналом, поскольку предполагает улучшение инвестиционного климата, повышение шансов на привлечение в экономику новых технологий.

    А риски связаны с тем, что в слабых отраслях государство, вступая в ВТО, снижает в соответствии с договорами, возможности непосредственной поддержки этих отдельных отраслей. Остаются варианты косвенной поддержки, либо с помощью зависимых от государства бизнес структур, либо за счет региональных бюджетов. Общий объем снижения импортных и экспортных пошлин составит примерно 430 миллиарда рублей или сравнительно небольшие 0,8 процента ВВП.

    Сложно оценить сумму увеличения иностранных инвестиций, которое будет связано с ВТО, но полагаю, что речь в данном случае будет идти не о десятых процента от ВВП, а о существенно больших суммах.

    В результате получаем ситуацию, когда есть риск ограниченных убытков бюджета и возможность управления мерами, компенсирующими для экономики негативное влияние от вступления в ВТО для ряда отраслей. С другой стороны, есть потенциальная возможность существенного усиления экономики на базе привлечения технологий и инвестиций.

    Снижение импортных пошлин после вступления России в ВТО:

    • На молочные продукты с 19,8% до 14,9%
    • На зерновыес 15,1% до 10,0%
    • На масличные с 9% до 7,1%
    • На химическую продукцию с 6,5% до 5,2%
    • На автомобили с 15,5% до 12,0%
    • На электротехнику с 8,4% до 6,2%
    • На древесину и бумагу с 13,4% до 8,0%

    Прогнозы экспертов "РГ"

    РГ: Так к чему нам готовиться в следующем году?

    Масленников: Нужно готовиться к продолжению торможения роста экономики в первом полугодии 2013 года, и, может быть, смене этого  тренда к лету. Также нужно ожидать стагнацию реальных доходов населения и  рост рисков в обслуживании уже взятых кредитов.

    Не обойтись, считаю, в будущем году и без высокой инфляции. Но тут еще нужно посмотреть, как будет развиваться ситуация и многое просчитать. Так что конкретных цифр не назову.

    Сегодня, например, существует очень большой риск, что мировые цены на продовольствие могут войти в новый коридор.  И там уже начнется длительная повышательная тенденция цен, которая будет длиться 8-10 лет. Также необходимо готовиться к более низкому среднегодовому курсу рубля.

    Если все это вместе суммировать, получается, что нужно воспитывать готовность граждан к более рациональному и ответственному планированию семейных бюджетов.

    Осин: Я ожидаю ускорения прироста ВВП и инфляции в рамках мировой тенденции. Роль США, как локомотива мирового спроса в перспективе нескольких ближайших кварталов снизится, Америка начнет цикл бюджетной оптимизации.

    Я также ожидаю повышения курса рубля к доллару. А вот ценовых шоков и спада на рынке труда не ожидаю, хотя структурная безработица может себя проявить в ближайшие годы в отраслях, связанных с потреблением.

    Будет постепенно снижаться доля центральных регионов в ВВП страны, что связано со структурой их экономики, ориентированной в существенной мере на обслуживание потребительского спроса и нуждающейся в перестройке. Соответственно, будет постепенно происходить выравнивание уровня жизни в столицах и регионах.