Новости

23.08.2012 00:09
Рубрика: Культура

Двести лет спустя

Байройтский фестиваль не хочет быть музеем имени Вагнера
Нынешний сезон Байройтского фестиваля доказал, что ни стереотипов, ни монополии на понятие "эталонный вагнеровский спектакль", которую в течение всего прошлого столетия удерживал театр на Зеленом холме, больше не существует. Радикальная режиссура окончательно вошла в Вагнеровский дом.

Сегодня каждый новый спектакль в Байройте - это, по сути, провокация для вагнерианцев с их вкусами и интеллектуальными запросами, сформированными респектабельными традициями байройтской сцены, где еще несколько лет назад невозможно было представить таких "вагнеровских" персонажей, как проститутки, наркоманы, крысы или Тангйзера в семейных трусах. Между тем начало решительному крушению байройтского просцениума положила сама Катарина Вагнер, которая в спектакле 2007 года "Нюрнбергские майстерзингеры", инсценирующем напряженную и актуальную для искусства коллизию традиций и новых границ, вывела на сцену Рихарда Вагнера в шокирующем публику окарикатуренном виде. Его лихая дионисийская пляска с рогами, торчащими из берета, пародировала священные догмы мифологического театра, храм которого более ста лет возвышался на Зеленом холме. С этого момента и началась последовательная деструкция байройтской "традиции". Поток постмодернистской режиссуры хлынул на сцену Фестшпильхауса. В нынешней афише Байройтского фестиваля имена Штефана Херхайма ("Парсифаль"), Кристофа Марталера ("Тристан и Изольда), Ханса Нойнфельса ("Лоэнгрин"), Себастиана Баумгартена ("Тангейзер"), Жана Филиппа Глогера ("Летучий голландец"), каждый из которых с разной степенью убедительности пытается перевести метафизику и интеллектуальные контексты Вагнера в современную ментальность.

В планах, объявленных фестивалем до 2020 года, продолжен список "радикалов" - Франк Касторф ("Кольцо" в 2013 году), Катарина Вагнер ("Тристан и Изольда" в 2015 году), берлинский живописец и скульптор Джонатан Меезе ("Парсифаль" в 2016 году).

Парадокс заключается в том, что традиционная публика Фестшпильхауса, чьи восторженные ожидания от Байройта сегодня вряд ли оправдываются, постепенно привыкает к этой новой реальности и, невзирая на раздражение от бескомплексных прочтений вагнеровских текстов, устраивает овации на спектаклях дирижерам и певцам, удерживающим традиционный хай-класс. В этом году особенно ярким оказалось исполнение "Лоэнгрина" под руководством Андриса Нельсонса с участием Клауса Флориана Фогта. Латвийский дирижер представил музыкальную трактовку партитуры, фактически иллюстрирующую главный вагнеровский постулат "бесконечной мелодии". Это уникальное звуковое решение, когда в течение нескольких часов в оркестре ни на секунду не ослабевало напряжение и не прерывалось развитие мелодической линии, растягивавшее красоты лоэнгриновской музыки в прозрачный и интенсивный звуковой мираж. Причем жутковатый мир лабораторных крыс, выведенных на сцену Хансом Нойнфельсом с конкретным вызовом развенчать традиционный ореол романтической сказки и показать апокалипсис современного человечества, не способного больше к любви, мир, где живые эмоции вытесняются манипуляциями с сознанием, а Лоэнгрин с клаустрофобическими комплексами ждет предательства Эльзы, чтобы скорее покинуть лабораторию и оставить вместо себя "священного младенца" будущего - уродца со вздувшимся животом и болтающейся многометровой пуповиной, уже не шокировал завороженную музыкальной интерпретацией публику, два года назад освиставшую эту премьеру.

Надо заметить, что байройтская публика сегодня - самая престарелая в театральном мире. Ее средний возраст - за 60. Именно поэтому Катарина Вагнер взялась не просто реформировать художественный "имидж" Байройтского фестиваля, но и воспитывать новое поколение его зрителей. Уже несколько лет она развивает обаятельный проект, ставший хитом на Зеленом холме, - "Вагнер для детей". В этом проекте участвуют школьники от 8 до 12 лет, и Катарина Вагнер, чье детство прошло в кулуарах Фестшпильхауса, понимает, как можно привлечь внимание детей, не обремененных желанием вникать в сложный мифологический мир вагнеровских опер. За несколько лет на репетиционной сцене байройтского комплекса поставлено четыре вагнеровских спектакля в адаптации: "Летучий голландец", "Тангейзер", "Кольцо", "Нюрнбергские майстерзингеры". Короткие инсценировки (15-часовое "Кольцо нибелунгов" укладывается в полтора часа) с оригинальной музыкой Вагнера создаются студентами факультета "режиссуры в музыкальном театре" Берлинской консерватории имени Ганса Эйслера.

Кстати, идея поставить "Кольцо" для детей в юбилейном для Вагнера 2013 году - с современными технологиями и перфомансами, была у российского режиссера Дмитрия Бертмана. Однако знаменитая труппа "Геликона" вновь открывает сезон, вопреки громким обещаниям московских властей построить новую сцену театра в 2012 году, в помещении кинозала, где у музыкантов нет даже оркестровой ямы. В таких условиях о "Кольце" речи не может быть. Между тем следующий год станет настоящим триумфом Рихарда Вагнера, все оперы которого, включая ранние, появятся на разных сценах мира. Кульминацией станет вагнеровский марафон в Байройте, стартующий 22 мая, в день рождения Рихарда Вагнера в Фестшпильхаусе концертной программой под руководством дирижера Кристиана Тилеманна. В июле марафон продолжится в городском Байройтском театре, где будут показаны постановки ранних вагнеровских опер - "Риенци", "Запрет любви", "Феи". А 25 июля весь мир ждет прямая трансляция юбилейного вагнеровского "Кольца", репетиции которого начались 1 августа на Зеленом холме. Тетралогию ставят немецкий режиссер Франк Касторф и российский дирижер Кирилл Петренко.

Культура Театр Музыкальный театр Классика с Ириной Муравьевой