Новости

13.09.2012 00:03
Рубрика: Культура

Пожми, Давыдов, руку мне!

21 августа 1812 года в лагере русской армии, разбитом у стен Колоцкого монастыря, подполковник Ахтырского гусарского полка Денис Давыдов предложил Багратиону идею партизанского отряда.

Неподалеку виднелась деревня Бородино, принадлежавшая отцу Дениса Васильевича. До Бородинской битвы оставалось три дня...

В ужасах войны кровавой

Я опасности искал,

Я горел бессмертной славой,

Разрушением дышал;

И, в безумстве упоенный

Чадом славы бранных дел,

Посреди грозы военной

Счастие найти хотел!..

Но, судьбой гонимый вечно,

Счастья нет! подумал я...

Друг мой милый, друг сердечный,

Я тогда не знал тебя!

Денис Давыдов

1816 г.

Денис Давыдов, быть может, самая яркая искра, отлетевшая от костра Двенадцатого года. Денисов воспламенил и сердца, и словесность, и военную науку. Там, где он появлялся, вялотекущая повседневность обращалась в бурную реку.

В Давыдове так все смешалось, что он сам признавал себя человеком, полным противоречий. Буйный гуляка, он более всего ценил семейственность и деревенский покой. Ловелас и ветреник в стихах, с барышнями он был застенчив и смущался своего маленького роста. Любимец фортуны, в своих военных операциях он был расчетливым тактиком, никогда понапрасну ни собой, ни подчиненными не рисковал. Ненавистник чиновников, карьеристов и всех, кого звал "вертлявыми шаркунами", он имел мальчишескую слабость к орденам. Если Давыдов считал, что его обошли какой-то наградой, то не оставлял начальство в покое, пока не получал заслуженное.

Стихи его тоже неровные, какие-то скачущие, но на девушек они действовали как звон шпор.

Ей нравился мой стих,

порывистый, несвязный,

Стих безыскусственный,

но жгучий и живой,

И чувств расстроенных язык

разнообразный...

Давыдова высоко ценили Пушкин, Жуковский, Вяземский, Лермонтов... Да что там ценили! - они любили и его нескладный стих, и его самого. Евгений Баратынский лишь однажды видел Давыдова, но всю жизнь гордился тем, что Денис Васильевич пожал ему руку.

Покуда русский я душою,

Забуду ль о счастливом дне,

Когда приятельской рукою

Пожал Давыдов руку мне!

Первая книга стихов Давыдова вышла, когда автору было 48 лет, но и без того все знали и его стихи, и его прозу. К тому времени он в глазах читателей из героя войны обратился в героя русской литературы - такого же, к примеру, как пушкинский царь Салтан или Светлана из одноименной баллады Жуковского.

Когда Толстой в "Войне и мире" пытается прикрыть халатом мохнатые ноги поэта-партизана, замаскировать его под именем Васьки Денисова, то читатель только улыбается на это. Давыдов - он и есть Давыдов, чего тут мудрить.

Спутницей жизни Дениса Васильевича в апреле 1819 года стала Софья Николаевна Чиркова. Давыдов долго упрашивал свою Соню бросить светскую жизнь и уехать в деревню, но молодой женщине трудно было на это решиться. Тогда поэт-партизан призвал на помощь поэзию и написал жене большое письмо в стихах. Завершалось оно такими строками:

...О, сколько радости

нас ожидает там!

Скитаться будем мы по рощам,

по горам,

Куда глаза глядят... Но только все

со мною,

Не разлучаяся, рука с рукою.

Найдем красивый вид;

мы, восхищаясь им,

Приостановимся и взоры

усладим,

И сердце сладкими наполнится

мечтами...

Но вечереет день, уж солнце

за горами,

И сумрак стелется;

мы тихою стопой

Идем, задумавшись,

с растроганной душой...

В конце концов Софья согласилась, и Давыдовы поселились в селе Верхняя Маза Симбирской губернии. У них появились на свет девять детей.

По семейному преданию, когда Денис Васильевич скоропостижно скончался в 1839 году и тело его повезли в Москву для захоронения в Новодевичьем монастыре, Софья всю дорогу шла за подводой пешком.

P.S.

В начале этого года на Ярославском судостроительном заводе прошла торжественная церемония закладки нового десантного катера "Денис Давыдов".

Культура Литература Календарь поэзии Бородинское сражение