Новости

02.10.2012 00:26
Рубрика: Общество

Конец сказки

Еще одной русской бабушке не нашлось места за шведским столом
Дорогая редакция! Меня зовут Ирина Огрен, я бывшая мурманчанка, живу на севере Швеции, в городе Питео. Я вынуждена обратиться к российским СМИ, чтобы рассказать о произволе шведских властей по отношению к моей 76-летней больной парализованной матери.

В 2010 году моя мать Градислава Петухова была у меня в гостях в Швеции, и у нее случился инсульт, который привел к параличу ног. Вот уже 2 года она не может ходить и передвигается в инвалидном кресле. Мы подали прошение шведским властям с просьбой оставить маму со мной, поскольку в Мурманске у нее не осталось ни родственников, ни друзей, кто бы мог ей оказать помощь. Здесь в Швеции у нее есть я, мой муж и двое ее внуков, которые ее очень любят и не представляют без нее жизни. Кто за ней будет ухаживать в России, мы не представляем.

Миграционная служба Швеции и суд отказали в просьбе оставить маму в Швеции. Сейчас слово за Верховным судом, надежды на который совсем нет.

Депортировать ее в Россию и оставить без ухода - это обрекать на медленную смерть

Нам не надо от шведских властей никакой материальной помощи или льгот. Я прошу только одного - разрешить моей парализованной 76-летней маме жить со мной в доме. Депортировать ее в Россию и оставить без ухода, как желает миграционная служба Швеции, - это обрекать ее на медленную смерть.

Звонок в швецию

- Я гражданка Швеции, и у обоих моих детей российское и шведское гражданство, - рассказала о себе Ирина Огрен, когда мы позвонили в Питео. - В Швеции я живу уже 11 лет, с августа 2001 года. У нас совместный ребенок с моим шведским мужем, а еще с нами живет мой сын от первого брака. Живем мы все время в Питео. За все 11 лет жизни в Швеции я никогда не была безработной. У нас с мужем 4 своих частных предприятия, мы закупаем дикорастущие ягоды - чернику, бруснику, морошку, - и мне приходится заниматься всей бумажной, конторской работой. Мы вовремя платим налоги, я ни разу не брала больничный.

В России я работала в экологической организации. Одна из моих коллег знала шведский, переводила приезжающим в Мурманск шведам и однажды привела к нам на работу двух мужчин-шведов. Так в 1998 году я познакомилась со своим будущим мужем, 3 года мы общались, а потом я переехала к нему в Швецию.

Каждый год мама летом в августе-сентябре проводила у нас в Питео, а мы каждый год несколько раз ездили в Мурманск, и обязательно к маме на Новый год! В 2010 году она в очередной раз приехала к нам в гости, мы решили задержать ее здесь и вместе с нею поехать в Россию на Новый год. Маме продлили визу в Швеции, муж стал оформлять мультивизу в Россию. А 15 декабря 2010 года у мамы случился инсульт, мама села перед телевизором, и все. В феврале последовал еще один инсульт, после которого она не встает на ноги. В Мурманске у нее однокомнатная квартира на третьем этаже, в лифт не помещается даже детская коляска. Санузел совместный, на коляске опять же не въедешь.

Сейчас маме грозит депортация. Мы получили отказ от миграционной службы, а затем от миграционного суда. Мы можем обжаловать решение в Высший суд, но нас уже предупредили, что надежда мизерная, шансов почти никаких. Последняя дата обжалования - 5 октября. С российским консулом мы пока не разговаривали. Маме не нужно шведское гражданство, достаточно "персонального номера", дающего право на помощь в поликлиниках. Реабилитация ее после инсульта не покрывалась выплатами страховой компании, которая застраховала ее в России на время поездки в Швецию.

Общество Семья и дети В мире Европа Швеция Общество Здоровье