Новости

10.12.2012 00:30
Рубрика: В мире

Русской матери нашли замену

Финны отдадут детей Завгородней в приемную семью
Россиянка Анастасия Завгородняя получила извещение о том, что социальная служба Финляндии будет добиваться помещения всех ее четверых детей в приемную семью.

Мы связались с Анастасией, чтобы узнать подробности.

Что именно написано в извещении социальных работников?

Анастасия Завгородняя: В нем сказано, что соцслужба считает наилучшим вариантом для наших детей - их помещение в приемную семью. Сделано заключение, которое показывает, что отец детей устал и не справляется с уходом за четырьмя детьми. В документе также написано, что мать не доверчива к чиновникам, также устала и не может заботиться о детях.

Когда детей передадут в приемную семью?

Анастасия Завгородняя: 15 декабря истекает срок срочного изъятия детей из семьи. К этому времени должно быть принято решение о том, где будут наши дети: в приюте, приемной семье или вместе с родителями в каком-то центре. Мы намерены бороться за то, чтобы детей вернули к нам. Я очень боюсь, что если они попадут в приемную семью, то мы их уже никогда не увидим. В финском законодательстве есть положения, позволяющие приемным родителям усыновлять забранных детей. У них есть также право сильно ограничить общение детей с родными родителями. Официально родительских прав в Финляндии не лишают, но на практике родители бесправны и не имеют даже возможности видеть своих детей.

Где сейчас ваш муж?

Анастасия Завгородняя: Он сейчас в приюте с детьми. Мой муж сказал соцработникам, что готов бросить работу ради того, чтобы быть с детьми. Но ему ответили, что тогда он не сможет их обеспечивать, и поэтому детей ему все равно не отдадут.

Соцработники предлагали вам помощь на дому?

Анастасия Завгородняя: Да, помощница приходила. Она села за стол и стала меня допрашивать и все записывать в тетрадку. По хозяйству вообще не помогала, сказав, что у нее высокий уровень образования и помощь вообще не в этом заключается.

Что вы намерены делать?

Анастасия Завгородняя: Во вторник у здания парламента мы проведем акцию протеста. Я также все время работаю с адвокатом над тем, как нам вернуть себе детей. Мы собираемся настоять на том, чтобы полиция начала расследовать все обстоятельства избиения моего ребенка в школе. Я принесла полицейским все документы и показания школьных врачей, свидетельствующие о том, что мою дочку ударили в школе. Есть также свидетельства детей и их родителей. Пока полиция отказывается принимать эти документы, говоря о том, что они не имеют отношения к делу. Полицейским больше нравится идея, что дочку ударил отец. Но доказательств нет, и дело рассыпается.

Кстати

Уполномоченный РФ по правам ребенка Павел Астахов заявил, что еще одна семья с четырьмя малолетними детьми разрушена финскими органами опеки. "Все политические заверения и реверансы оказались несостоятельны. Анастасии и ее мужу предстоит тяжелейшая борьба за детей. Такие бесчеловечные решения должны получать оценку Европейского суда по правам человека", - отметил омбудсмен. Он также обвинил финские органы соцзащиты в политическом обмане российской стороны, так как перед визитом премьера Дмитрия Медведева детей вернули в семью, а после отъезда российского политика - забрали снова. Астахов уверен, что на циничные действия финской стороны Москва должна ответить ответными мерами: политическими, дипломатическими, а, возможно, и экономическими.

У финских социальных работников больше власти, чем у полиции

"Журналисты, обратите на нас внимание! У нас незаконно отняли детей!", - такой призыв появился на странице "Октябрьского движения Финляндии" в Facebook . В этой организации, занимающейся защитой прав родителей, лишившихся своих детей в результате действий социальных работников, состоит более трех тысяч членов. Многие из них хотят поведать миру свои печальные истории. Мы ни в коем случае не хотим вмешиваться во внутренние дела Финляндии. Однако все же решили дать финским мамам и папам возможность рассказать об их проблемах с социальными службами.

У Кариты Куянпяя детей забрали пять лет назад. Она видит их только раз в месяц. Встречи длятся не более двух часов на территории детского дома. Старшему ребенку уже шесть лет, младшему - чуть больше пяти. Дети не имеют никакого представления о своей семье или родном доме, не знают своей бабушки, теть, дядь, двоюродных братьев и сестер. Не знают, что такое материнская любовь и ласка. У них есть только жизнь по режиму детского дома и друзья - другие несчастные дети.

А ведь все могло быть иначе, если бы пять лет назад их мать не обратилась в социальную службу. Тот день Карита прокляла. Ей надо было прикупить кое-какую мебель для маленьких детей, и она попросила соцработников присмотреть за детьми несколько часов. Те отказались, хотя, по закону, обязаны предоставлять такую помощь. Но зато взяли семью на заметку. Обратили внимание, что отец-алкоголик не встречается со своими детьми. Стали давить на Кариту, чтобы она не препятствовала встречам. Но женщина и не возражала против общения детей с отцом. Это он был вечно пьян или плохо себя чувствовал из-за пьянства и к детям не являлся. От усталости и нервного напряжения у Кариты развилась депрессия, и ее на пару недель поместили в больницу. Социальные службы определили детей в детский дом и не разрешили им жить у бабушки, несмотря на то, что та хотела забрать к себе малышей. "Я до сих пор не могу понять, как это детям будет лучше в казенном доме, а не у любимой бабушки, которая их с рождения нянчила!", - возмущается Карита.

Когда ее выписали домой, она думала, что детей ей вернут сразу. Но этого не произошло. Пришлось пройти несколько судов, но все безрезультатно. "Была такая парадоксальная ситуация. На одном из судов было решено отдать детей отцу, меня при этом обозначили термином "неспособна ухаживать за детьми". Мой бывший муж тогда много пил и проживал с какой-то подругой. При каждом удобном случае привозил мне детей и продолжал пить. Детей у него отобрали! Но мне не отдали!", - рассказывает Карита.

Никаких претензий со стороны полиции в плане ненадлежащего обращения с детьми к ней нет. У Кариты есть три справки от трех психиатров, подтверждающие ее полное психическое здоровье. Однако детей соцслужбы ей не отдают, безосновательно указывая на какую-то "опасность детям" и "психическое нездоровье матери". В  настоящее время женщина ожидает очередного суда.

Отец двоих дочерей Таркко Аувинен к социальным службам не обращался. Им позвонила его вторая жена, которая не является матерью девочек, и сказала, что "Таркко не способен ухаживать за детьми, так как за собой даже следить не может". О выходке своей супруги Таркко еще не знал, когда пришел домой. Детей не было. Он в ужасе стал им звонить. "Старшая дочка сказала, что они в поезде с тетей и едут в Тампере к маме. Я попросил передать трубку той женщине. Она подтвердила, что везет детей к матери, причины не назвала", - рассказывает Таркко.

На следующий день состоялась его встреча с соцработницей. Она сообщила, что детей было решено изъять на основании показаний жены Таркко. "Никакого расследования не было. Никто не спросил моего мнения или мнения дочерей", - вспоминает мужчина.

Перед судом его заставили пройти психиатра. Тот признал, что мужчина здоров. "Я сам не пью и ничем не злоупотребляю. Я работаю в центре с трудными подростками, страдающими алкоголизмом и наркоманией - там всегда надо быть в форме", - говорит Таркко.

И хотя оснований для изъятия детей не было, суд все-таки решил оставить девочек у матери, так как "произошло изменение, в результате которого в жизнь детей должны были вмешаться соцработники". "И это даже несмотря на то, что вмешательство соцработников было признано судом беспричинным", - поясняет Таркко.

В итоге старшая дочка жила у матери 18 месяцев, младшая - 37. "Как только им исполнилось 12 лет они сами ко мне вернулись. В этом возрасте дети сами имеют право решать, где им лучше жить", - рассказывает Таркко.

Его дело все еще на рассмотрении в суде. "До сих пор меня больше всего возмущает, что мне не предоставили фактов, на основании которых у меня детей отобрали. Для принятия столь важного для всей семьи решения было достаточно мнения одного человека. Я также не понимаю, почему детей не отправили к бабушке, чтобы они могли продолжать учиться в своей школе. И почему не учли тот факт, что в свое время было определено, что я лучше, чем мать девочек, могу обеспечить им спокойную и безопасную жизнь", - заключает Таркко. Он подал жалобу в полицию на действия чиновников социальной службы, но никто так и не был признан виновным.

Мать двоих детей Кристиина (имя изменено) лишилась детей в результате болезни. Врачи обнаружили в ее голове образование размером с яблоко. Женщину прооперировали, но она все еще была слаба. На встрече с социальными работниками, которые вели наблюдение за больной женщиной, было объявлено, что дети Кристиины будут переданы в детский дом, так как состояние больной ухудшается. "Я была удивлена. Я регулярно посещаю врача и такого не слышала. Позвонила в нейрохирургию. Там мне сообщили, что опухоль снова растет", - говорит Кристиина. Она до сих пор возмущается тому, что соцработники узнали о ее диагнозе раньше ее самой.

Сейчас Кристиине разрешено видеть детей в строго ограниченное время на том основании, что она "представляет угрозу и опасность своим детям". "Оснований для такого решения нет. Ко мне никогда не было никаких нареканий как к матери", - говорит женщина.

За целый месяц я видела своих детей один раз в течение двух часов. "Они плакали и спрашивали, когда все это кончится", - со слезами рассказывает женщина.

Сейчас Кристиина готовится к суду. Она по-прежнему слаба и борьба за детей отнимает последние силы. "Самое страшное, что я осознала, что у социальных работников власти больше, чем у полиции. Если полицейским нужны веские доказательства, то соцработники на оснований предположений могут отнять детей", - говорит женщина.

Комментарий

Ани Лейконниеми, сопредседатель Октябрьского движения:

- Наше движение было основано для защиты прав родителей, у которых незаконно отняли детей. В сфере защиты прав детей Финляндии работает очень много непрофессиональных чиновников. В результате в детдомах оказывается такое количество детей. Сайт нашего движения предоставляет всем пострадавшим от произвола социальных работников информацию, как можно законным путем получить назад детей.

Мы также занимаемся и русскими матерями. Мы хотели бы публично заявить, что национальность семьи не должна предопределять действия чиновников. Однако, отмечу, что к русским матерям относятся хуже, чем к финским. Потому что им меньше доверяют. Кроме того, социальные службы оказывают им меньшую поддержку, в частности, после изъятия детей россиянок не консультируют, как вернуть себе детей.

Лично я заметила, что на практике не учитывается объективно слабое знание иммигрантами финского языка. То, что русские мамы не знают финского языка, это не основание для того, чтобы признавать их плохими матерями. К сожалению, "плохими мамами" они признаются всего лишь на основе догадок и предположений чиновников.

В течение трех лет я помогала русским матерям. Их в Суоми много. И им в одиночку надо бороться с целой системой.

Фоторепортаж
 
 
 
 
 
 
 
 
 
В мире Европа Финляндия Общество Семья и дети Финляндия отбирает детей у россиян