Новости

19.12.2012 00:00

Пусть подозреваемый еще споет

Сомнительные экспертизы становятся доказательствами вины
Со следующего года уголовные дела во второй инстанции будут рассматриваться и в апелляционном порядке. Проект постановления по этому вопросу подготовлен пленумом Верховного суда РФ.

Важный момент в новом законе - отныне во время апелляции судьи должны рассматривать дело полностью, фактически повторно. И если окажется, что в отношении невиновного человека вынесен обвинительный приговор, вердикт первой инстанции будет отменен. В обратном случае заменить оправдательный приговор на обвинительный будет невозможно - только вернуть дело на новое рассмотрение. В Верховном суде рассчитывают, в частности, что введение апелляции сократит число жалоб от тех, кто не согласен с вынесенным приговором.

У проблемы есть и "другая сторона медали". О ней в ноябре этого года, как пишут СМИ, во время слушаний по вопросам общественного контроля и противодействия коррупции в системе правоохранительных и судебных органов в Общественной палате говорил зампред Мосгорсуда Дмитрий Фомин. "Обвинительное заключение, которое попадает в суд, проверяется как минимум следователем, руководителем следственного органа, надзирающим прокурором и прокурором, утверждающим обвинительное заключение, - сказал он. - Все они заинтересованы, если утверждают обвинительное заключение, получить в суде обвинительный приговор..." Поэтому в стране малый процент оправданий. Однако вызывает неприятие не само ориентирование следственных органов на обвинение, а то, какими методами порой они формируют доказательную базу.

Из последних примеров - новые подробности в уголовном деле, в рамках которого обвинения предъявлены сотрудникам крупнейшего химического предприятия Самарской области ОАО "Тольяттиазот" (ТоАЗ). Компания уже много лет испытывает давление со стороны структур, желающих взять успешный завод под свой контроль. К сожалению, борьба с коррупцией и рейдерством проводится в стране пока еще недостаточно эффективно, но даже там, где, на первый взгляд, законодательство не оставляет лазеек для нарушений, обходные пути находятся, а порой и придумываются.

Частью очередной атаки на ТоАЗ защита предприятия считает уголовное дело, возбужденное следственным управлением Cледственного комитета РФ по Самарской области 10 февраля 2012 года по статье 185.4 УК РФ (воспрепятствование осуществлению или незаконное ограничение прав владельцев ценных бумаг). Эта статья крайне редко применяется, однако, как считает адвокат "Тольяттиазота" Сергей Замошкин, в случае ТоАЗа ее буквально вытащили на свет за неимением других причин оказать давление на предприятие.

К данной статье обратились после того, как Арбитражный суд Самарской области отказал в иске компании, являющейся миноритарным акционером ТоАЗа, которая постоянно судится с самарской компанией - фактически с того момента, как ею были приобретены акции химического завода. Обращение в арбитраж с иском к ТоАЗу было далеко не первым. Истец требовал обязать "Тольяттиазот" разрешить доступ к оригиналу списка лиц, имеющих право на участие во внеочередном общем собрании акционеров, проведенном 13 сентября 2011 года. Как рассказал представитель предприятия, суду было представлено достаточно доказательств, на основании которых было вынесено решение об отказе в иске, т.к. требование о доступе к списку "уже исполнено ответчиком".

Но прошло полтора месяца и следователь, вопреки судебному решению, возбуждает уголовное дело в отношении неустановленного лица, которое, как он посчитал, "незаконно ограничило" права миноритарного акционера, не предоставив "для ознакомления список лиц, имеющих право на участие во внеочередном собрании акционеров". Якобы из-за этого миноритарий не смог исполнить обязанности по договору с некой фирмой "Белпорт Инвестментс Лимитед", что "повлекло причинение крупного ущерба в виде упущенной выгоды" на сумму свыше 203 млн долларов и штрафа в 1 млн долларов США.

Адвокат Замошкин уверен, что следователь знал о вердикте самарского арбитража, который доказал, что никаких причин для оснований возмещения "упущенной выгоды" не было, но проигнорировал это. И если это так, то представитель самарского СК пошел на нарушение закона. "Он грубо нарушил преюдицию - один из важнейших принципов уголовного процесса", - уверен юрист. Согласно статье 90 УПК РФ "обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, либо вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки". Похоже, на эту норму закона закрыли глаза и другие должностные лица СК РФ, а также Генпрокуратуры, куда, по словам Замошкина, представители ТоАЗа неоднократно обращались с жалобами.

Хотя этот спор носит исключительно гражданско-правовой характер, следователь СУ СК по Самарской области Бембетьев вынес соответствующие постановления от 8 ноября этого года и назвал обвиняемых. Ими стали юрист и руководитель юридической службы предприятия. Любопытно, чем именно была доказана их виновность. Как рассказал Сергей Замошкин, Бембетьев вынес постановления о назначении неизвестной ранее широкому кругу правоприменителей судебной экспертизы - психолого-вокалографической. Экспертами стали Фарит Шарипов, профессор негосударственной Восточной экономико-юридической гуманитарной академии (Академия ВЭГУ) и его сотрудница. Как теперь выяснилось, Академия ВЭГУ и раньше поставляла для следователей Самарской области такие "уникальные" психолого-вокалографические экспертизы.

Есть большие сомнения, что основанное на столь странной "экспертизе" дело ТоАЗа хотя бы дойдет до приговора

В частности, психологи участвовали в нашумевшем деле экс-мэра Тольятти Николая Уткина, которое большинство экспертов считает "политическим заказом". Уткина приговорили к 7 годам лишения свободы за получение взятки и злоупотребление должностными полномочиями. В июне этого года пожилой человек условно-досрочно вышел из тюрьмы. Освобождению Уткина во многом способствовало общественное мнение - в феврале 2012 года газета "Тольяттинское обозрение" объявила сбор подписей в его поддержку.

В деле ТоАЗа психолого-вокалографические экспертизы, по словам Замошкина, стали почему-то если не единственным, то "важнейшим, как оказалось, "доказательством виновности" представителей предприятия". Адвокат рассказал, что экспертиза свелась к просмотру видеозаписи допросов будущих обвиняемых, на тот момент свидетелей. Анализировались дикция, жесты, интонации голоса, паузы, мимика, позы и телодвижения каждого, а также сравнивались слова, выражения и предложения. В качестве методологической базы эксперты представили целый список авторских работ по психологии, в котором, однако, не было ни одной научной методики проведения подобной экспертизы или соответствующего нормативного акта.

А ведь экспертиза при отсутствии таких методик невозможна! Руководитель лаборатории судебной психологии ФГУ "Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского", доктор психологических наук, профессор Фарит Сафуанов считает, что "в современной научной психологии на сегодня не существует общепризнанных научным сообществом надежных индикаторов определения того, говорит человек правду или ложь, позволяющих сделать выводы об искренности или откровенности человека. Тем более о признаках утаивания, искажения информации, оговоре и самооговоре, источниках припоминания информации".

Сафуанов, чей стаж судебно-психологической экспертной деятельности составляет 31 год, сотрудник этого самого авторитетного в области психиатрии и психологии центра, проанализировал психолого-вокалографические экспертизы, проведенные по делу ТоАЗа, и сделал официальный вывод о том, что эксперты в ряде случаев выходят за пределы своей профессиональной компетенции, решая правовые и медицинские вопросы. Анализ применяемых ими методов исследования позволяет прийти к выводу о неполноте экспертного заключения, неадекватности применяемых методов анализа видеозаписи, говорится в заключении.

У адвоката Замошкина вызывает опасение такого рода тенденция, когда за неимением иных доказательств, следствие обращается к сомнительным экспертизам. По его данным, подобная практика уже вышла за пределы Самарской области, она применяется, "по некоторым сведениям, и следователями в центральном аппарате СК РФ в Москве". "Что же теперь станет с нашими публичными деятелями, не "вылезающими" из телевизора, - политиками, участниками ток-шоу, если достаточно одного заключения самарского эксперта - "лжет и все тут"?! - спрашивает Сергей Замошкин.

В связи с введением нового закона об апелляционном рассмотрении уголовных дел есть большие сомнения, что основанное на столь странной "экспертизе" дело ТоАЗа хотя бы дойдет до приговора. В противном случае может быть создан серьезный прецедент в российской уголовной практике. И тогда оправдательных приговоров станет еще меньше, а жалоб в Верховный суд гораздо больше.

Добавьте RG.RU 
в избранные источники