Новости

25.01.2013 00:25
Рубрика: Общество

Больница бывает хорошей

Как профессор Гайнулин пользуется служебным положением
Старейшая российская больница, известная как Остроумовская, стала первым стационаром Москвы, который объединили с другой клиникой - дерматологической больницей имени Короленко. Что стоит за реформированием? Выиграли ли от этого медики? Не проиграли ли пациенты? Зачем нужны в поликлинике почтовые ящики? Об этом корреспондент "РГ" беседует с главным врачом городской клинической больницы имени Короленко доктором медицинских наук, профессором Шамилем Гайнулиным.

Шамиль Мухтарович, традиции старейшей российской лечебницы с изменением ее названия не исчезли?

Шамиль Гайнулин: Конечно, нет. В 33-ю больницу имени Остроумова я пришел почти тридцать лет назад обычным хирургом. И ее традиции мне не только хорошо известны, но и очень дороги. Я застал здесь еще таких корифеев московской медицины, как Владимир Куперман, Лев Бахилов, Иван Зарицкий... Кстати, с самого начала объединения речь шла о том, чтобы за больницей оставили имя профессора Первого Московского мединститута Остроумова. Хотя, по справедливости, она должна носить имя Бахрушина: больница была построена на пожертвования купцов Бахрушиных, они похоронены в склепе на ее территории. И до 1923 года больница именовалась как раз Бахрушинской.

Но ведь дело не в названии?

Шамиль Гайнулин: Безусловно, хотя это тоже важно. Так вот именно 33-я больница и больница имени Короленко были выбраны пилотными в процессе реформирования столичного здравоохранения. Были сокращены должности управленческого аппарата. Реорганизации подверглись некоторые подразделения и отделения. Прежде всего мы добивались более эффективной лечебной работы и, что немаловажно, повышения зарплаты сотрудникам. После объединения врач стационара в среднем получает 62 418 рублей, медсестра - 47 128 рублей. Постепенно исчезает дефицит нянечек, потому что их зарплата 27 903 рубля.

За счет чего?

Шамиль Гайнулин: За счет того, что сократились выплаты управленческому аппарату, повысились тарифы ОМС, получены субсидии по программе модернизации столичного здравоохранения. Знаете, новое поначалу, как правило, вызывает недоверие, а нередко протест. Поэтому самое большое недовольство вызвало именно изменение имени больницы. А когда пациентам стало понятно, что качество медицинской помощи не пострадало, а, напротив, улучшилось, все успокоились. Быть пилотным учреждением непросто. Я это прекрасно понимал, потому завел в нашем поликлиническом отделении почтовые ящики. Все пожелания, замечания, претензии, подписанные или анонимные, опускаются в них.

Пожеланий набралось уже на пухлую папку. Процитирую некоторые: "Когда на прием к любому врачу можно попасть сразу, в течение 2-3 часов?", "Нужен еще один туалет для пациентов на первом этаже", "Должен быть доступный для пациентов ксерокс для размножения необходимых медицинских документов", "Пора ввести в поликлинике электронную запись к специалистам"...

28 тысяч рублей - примерно столько получают нянечки в больнице, поэтому постепенно исчезает их дефицит.

Туалет на первом этаже уже открыли?

Шамиль Гайнулин: Открыли. Ксерокс в регистратуре установили. Открыли кабинет профилактики, в который любой пациент может обратиться без всякого направления и без очереди. Его сразу примут. Ввели электронную запись на прием к врачу.

Выходит, почтовый ящик больше не нужен?

Шамиль Гайнулин: Обязательно нужен! Это, если угодно, постоянный диалог с пациентами.

Ваша больница оказывает платные услуги?

Шамиль Гайнулин: Да. В конце прошлого года мы получили официальное разрешение. Разместили объявления: "Больнице разрешено проведение лечения на платной основе иностранным гражданам, жителям РФ без медицинского страхового полиса или по их собственному желанию. Остальные категории пациентов обеспечиваются помощью бесплатно". Людям, тем более когда они становятся пациентами, необходима четкая информация.

На дверях вашего кабинета висит объявление, что каждый день с 15 до 17 вы ведете прием населения. От этого правила могут быть отступления?

Шамиль Гайнулин: Только в чрезвычайных ситуациях. А еще каждый квартал в поликлиническом отделении больницы проводятся встречи с населением. Для Совета ветеранов района провели экскурсию по больнице. Мы показали результаты модернизации больницы. Вот ваш фотокорреспондент снимал гамма-камеру в радиологическом отделении. Такого устройства пока кроме нас ни у кого нет.

Так уж обязательна гамма-камера?

Шамиль Гайнулин: Такой больнице, как наша, она очень нужна. Ведь у нас уникальные отделения опухоли головы и шеи, заболеваний молочной железы. А еще у нас межрайонное консультативное онкологическое отделение. А гамма-камера позволяет точно и своевременно ставить диагноз. Насколько это важно для лечения онкобольных, известно.

Признайтесь, для приобретения гамма-камеры вы использовали свое положение заместителя председателя совета главных врачей Москвы? Иначе вряд ли удалось бы заполучить такое уникальное и такое дорогостоящее оборудование.

Шамиль Гайнулин: А я и не скрываю. Но напомню: мы же пилотные. Ради нас руководство департамента пересмотрело план оснащения больницы. И вне плана мы заполучили не только гамма-камеру, но и устройство для сложнейших нейрохирургических операций. Главный онколог Москвы профессор Анатолий Махсон помог оснастить больницу аппаратом для дистанционной гамма-терапии, аппаратом для брахиотерапии, системой планирования дозиометрического контроля...

Последнее, по-моему, особенно важно. Лучевая терапия не безвредна для человека. Она, к сожалению, действует не только на саму опухоль, но и повреждает здоровые ткани, отрицательно влияет на организм в целом. И приходится полагаться на опыт, знания, интуицию врача. А аппарат, о котором вы говорите, по сути, исключает так называемый человеческий фактор: компьютер все рассчитывает, и доза облучения выбирается безошибочно.

А откуда специалисты для работы на столь продвинутой аппаратуре?

Шамиль Гайнулин: Уж раз вы заподозрили меня в использовании служебного положения, то признаюсь: не обошлось без этого и при подборе кадров. Когда появилась возможность направления специалистов в лучшие клиники Швейцарии, из нашей больницы туда отправились три врача. А если серьезно, то мы изыскали возможность платить специалистам достойную зарплату. Кроме того, пользуемся программой департамента здравоохранения Москвы по непрерывному образованию специалистов. Без этого в наше время нельзя. Медицинское оборудование, возможности оказания качественной помощи меняются столь стремительно, что нельзя, образно говоря, плестись в конце. Надо соответствовать времени.

Вот мы открыли дневной стационар на 110 коек. Казалось бы, что в этом особенного? А то, что он не только дает экономию средств, но и имеет огромное социальное значение. Недаром говорят: дома и стены лечат. Лечение в дневном стационаре не вырывает пациента из привычной домашней среды. Это очень важно для пожилых людей, для которых любая смена места болезненна. А еще ведь им надо "пасти" внуков и правнуков, то есть быть дома. Пилотный проект, участие в программе модернизации сократили летальность, увеличили объем специализированной, квалифицированной медицинской помощи.

Общество Здоровье
Добавьте RG.RU 
в избранные источники