Новости

22.02.2013 00:24
Рубрика: Общество
Проект: Наука

Что теряем в лабиринтах ВАК

Помощник президента России Андрей Фурсенко: Роль эксперта в науке всегда была и будет оставаться ключевой
Показательная строгость и небывалая для ВАК оперативность, с которой был выпущен приказ министра Ливанова о лишении ученых степеней, незаконно присужденных в Московском педагогическом госуниверситете, пробудили вулкан разноречивых откликов и мнений, что делать с системой аттестации кадров в нашей стране.

А меня и моих коллег в "РГ" заставили вспомнить журналистское расследование двухлетней давности - как в Южном федеральном университете (Ростов-на-Дону) возводили в степень главаря кущевской банды Сергея Цапка. ("Мы, нижеприседавшие..." - "РГ", 13.12.2010 г.). Персональный состав участников той "коронации" из 18 единогласно голосовавших докторов наук, в чем-то похожий, согласитесь, на нынешний список 11 "лишенцев", мы привели в газете, направили в ВАК и профильное управление Рособрнадзора (эта федеральная служба входила в минобрнауки, ныне упразднена). Но в ответ там развели руками: ничего нельзя сделать. Проверка на плагиат криминала не выявила, и в остальном формальные процедуры при защите выдержаны в рамках. Словом, ни с какой стороны не подступится: возвели бандита в степень, и теперь он среди сокамерников законный авторитет.

Избирательная принципиальность-2

Совершенно иной оборот получила невинная, казалось бы, история с кандидатской диссертацией Андрея Андриянова - поторопился человек, доверил каким-то жучкам разместить в ускоренном режиме 2-3 свои публикации в так называемых ВАКовских журналах - не бесплатно, разумеется. А жуки-посредники, грубо говоря, кинули нетерпеливого соискателя. Для отвода глаз хитроумно тиснули на ризографе несколько минимально обязательных экземпляров в виде "дополнительного выпуска" к уже официально вышедшему номеру журнала. И тем отчитались перед заказчиком. А он - перед диссоветом.

Безобидная на первый взгляд липа вскрылась случайно: из-за похвальной вредности выпускников физматшколы МГУ имени Колмогорова, не пожелавших видеть в должности ее нового директора - выпускника химфака и недавнего вожака студенческого профсоюза Андриянова. Поднятый его антагонистами шум по поводу одной конкретной диссертации обернулся показательной экзекуцией для всех сомнительно защитившихся в том же самом, что и Андриянов, диссертационном совете по истории при Московском педагогическом госуниверситете.

Какой из этого напрашивается вывод? Лично у меня - невеселый. Действующая ныне система аттестации научных и научно-педагогических кадров, венчаемая ареопагом ВАК, в очередной раз продемонстрировала образчик "ручного управления", свой неправосудный (по форме) и карательный (по существу) характер, а также крайне слабую профилактическую эффективность - как механизм защиты от научной недобросовестности и барьер для нечистых на руку людей. О том, как это уже бывало, но при других обстоятельствах и действующих лицах, "Российская газета" тоже рассказывала ("Избирательная принципиальность" - "РГ", 21.03.2008 г.). И если не поменять что-то "в самой конституции", то "День сурка" по одноименной комедии Гарольда Рэмиса в лабиринтах ВАК нам точно гарантирован.

Стрелки не переводить

В самый разгар нового диссертационного скандала представилась возможность обсудить ситуацию и возможные пути выхода с бывшим министром образования и науки, а ныне помощником президента России Андреем Фурсенко.

- Может, и вправду пора отказываться от громоздкой и все время дающей сбои государственной системы аттестации? - начал я с самого, что называется, неподъемного вопроса. - И передать такие функции непосредственно в вузы и научные организации?

- Мы говорили об этом уже давно, - абсолютно спокойно отреагировал мой собеседник. - Первый шаг был сделан, когда разрешили двум вузам - МГУ и Санкт-Петербургскому госуниверситету - выдавать дипломы собственного образца. Считаю, что абсолютно естествен следующий шаг: разрешить тем вузам, к качеству преподавания в которых и к их уровню научных исследований есть доверие, самостоятельно присуждать ученые степени. Тем более что формально в новом положении о ВАК эти вещи прописаны. Строго говоря, уже и сегодня всю полноту ответственности несут диссертационные советы. Но поскольку диплом сейчас единый - общероссийский, то есть подспудное желание перевести стрелки. Поэтому наша главная задача сегодня - добиться, чтобы вузы и научные организации, точнее, их диссоветы, ощутили полноту СВОЕЙ ответственности за каждую присужденную степень.

- А что мешало этому раньше?

- Юридическая ответственность диссертационных советов, а значит, и возможность спрашивать с них за результат появились только в 2011 году, когда были приняты новые положения о ВАК и диссертационных советах. И сегодняшний, может быть, излишне громкий скандал (излишне громкий потому, что очень многие вещи сутевые оказались "за спиной скандальности"), заставит многих задуматься и на более серьезном уровне реализовывать возможности, которыми наделены диссоветы.

К сожалению, так повелось, что у нас на скандал обращают куда больше внимания, чем на какие-то серьезные, системные изменения, стоящие за этим. Поэтому напомню: сначала были внесены изменения в закон, потом приняты соответствующие акты правительства в отношении статуса ВАК и порядка работы диссертационных советов. В результате стало возможным то, что мы сейчас наблюдаем. То есть появились правовые основы и для соответствующего наказания...

Оппонент и репутация

- Есть большие сомнения, - напирал я, - что показательными экзекуциями и кадровыми рокировками здесь можно что-то кардинально поправить.

И приводил резоны. Структуру диссоветов, как и перечень рецензируемых журналов ВАК, перманентно совершенствуют и оптимизируют уже два десятилетия. Эти задачи провозглашались, когда председателем Высшей аттестационной комиссии был академик Месяц. О том же говорил его преемник Михаил Кирпичников. Да и Феликс Шамхалов, заступив на высшую в системе ВАК должность, всю минувшую осень проводил кустовые совещания по федеральным округам с одной и той же повесткой: оптимизация структуры и численности диссертационных советов. Совещались, совещались, а воз и ныне там.

- Возникает подозрение, что тут работают законы Паркинсона: порочная система воспроизводит сама себя, - как мог, подвел я "научную базу" под свои наблюдения и намеренно резко завершил: - Срубили гидре одну голову, а вырастают две...

Андрей Фурсенко не согласился:

- Число советов не увеличивается. Когда я пришел, их было четыре с половиной тысячи, а сейчас в полтора раза меньше. Проблема, на мой взгляд, в другом. Пока каждый ученый не поймет, что это его ответственность и его репутация, кардинальных сдвигов не будет. Никакая фискальная система не способна изменить эту ситуацию, если не будет человеческого неприятия того, что в ряде случаев происходит. Можно вводить и бесконечно совершенствовать систему "Антиплагиат", но у нас люди творческие, и они придумают в ответ "Анти-Антиплагиат", на этот счет у меня никаких иллюзий не возникает. Можно наказывать людей, но мы знаем, что строгость наказаний не ведет напрямую к уменьшению количества преступлений. Тут нужен комплекс мер. И в первую очередь - ответственное отношение ученых, репутация. Должны быть очень высокие репутационные риски. Люди, которые участвовали в подобном обмане, должны быть, как говорится, "нерукопожатными"...

При этом я не готов согласиться, что все члены оскандалившегося диссовета - сплошь негодяи и жулики, как представляют это в некоторых публикациях. Думаю, там есть вполне уважаемые люди.

- В какой-то момент они просто закрыли глаза на очевидные огрехи и подтасовки?

- Видимо, так. И, что хуже всего, это не считается чем-то зазорным. Как не считается зазорным дать взятку гаишнику, списать на экзамене. Или дать списать. А вспомните другую, сравнительно недавнюю историю, как студенты физтеха пытались сдавать экзамены вместо абитуриентов. Когда это вскрылось, огромное количество людей стало их защищать и поддерживать, говоря, что вся система такая. То есть общество не показало своего неприятия нечестности, а стало искать оправдание для нее...

Компромат на председателя

Будучи еще ученым секретарем ВАК и заместителем главы Рособрнадзора, Феликс Шамхалов уверял журналистов, что создаст что-то вроде "черных списков" на тех участников процесса аттестации, которые будут уличены в научной недобросовестности или, того хуже, подтасовках. Это представлялось как автоматизированная система ВАК, где в виде базы данных будет вся информация о соискателях, их научных руководителях и консультантах, оппонентах, головных организациях, дающих отзыв на выполненные работы...

- И все недобросовестные, хотя бы дважды замеченные в прегрешениях, заносились бы в этот электронный архив с "черными" метками. В итоге, - обращаюсь я вновь к Андрею Фурсенко, - тут оказались бы все, как вы выразились, "нерукопожатные". Помогло бы?

- Думаю, что да. Но вместе с этим, как мы знаем, возникли претензии к самому Феликсу Шамхалову, пусть и по другому поводу. Поэтому, когда мы говорим, что такая система должна работать, может возникнуть резонный вопрос: а кто ее придумал? И есть ли у него моральное право что-то подобное предлагать? Здесь тот же самый вопрос - репутация. В том числе личная репутация того, кто предлагает и проводит в жизнь какие-то изменения. Это, на мой взгляд, влияет на результат даже больше, чем самые жесткие контрольные меры и наказание.

...Наш разговор случился в день памяти Сергея Петровича Капицы в Российском новом университете, где он двенадцать лет состоял научным руководителем и где этот факт увековечили мемориальной доской у входа в главное здание РосНОУ. Экс-министр образования, а ныне помощник президента России, Андрей Фурсенко счел для себя необходимым приехать на это мероприятие и нашел подобающие случаю слова. Вспомнил и о том, что профессор Капица незадолго до своего ухода решительно отстаивал на страницах "РГ" принцип peer review (в переводе с латыни - суд равных) в аттестации научных кадров. По существу о том же беспокоится сегодня и Андрей Фурсенко:

- Говоря о неприятии плагиата, мы так же остро должны ставить вопрос о качестве диссертаций. За ним возникает вопрос еще более сложный: а судьи кто? Если мы все отдадим на "усмотрение" компьютера - нет ли в работе чужеродных заимствований, значит, поставим во главу угла только формальные признаки. А сущностные вопросы уйдут в тень. Поэтому роль эксперта в науке была и должна оставаться ключевой. Даже при том, что теперь часто используют наукометрию, в частности, то, что связано с цитированием, индексами Хирша, и т.д. Отдавая должное таким методам, мы ясно понимаем: нет и не может быть единственного и универсального критерия...

Точно так же и по диссертациям, заключил Фурсенко. Роль научной экспертизы, авторитет самих экспертов - вот что нам нужно укреплять.

- Я еще раз повторяю: человек должен дорожить своей репутацией. Если мы не добьемся резкого повышения уровня репутационных рисков, все наши проверочные и контрольные меры желаемого результата не принесут.

На одну проблему станет меньше

Текст: Валерий Зубов (доктор экономических наук, профессор Высшей школы бизнеса МГУ)
Мои заметки непосредственно не связаны ни с проверкой диссертационных работ в Московском педуниверситете, ни с арестом ответственного секретаря Высшей аттестационной комиссии.

Вопрос о целесообразности ВАК я поднимал и двадцать лет назад, сразу после получения степени доктора экономических наук в 1992 году. То есть без всякой личной заинтересованности. Я его задавал в Красноярске на совещании ректоров сибирских вузов в присутствии предыдущего министра образования. Без ответа. Задал вопрос действующему министру во время его выступления в Госдуме: в чем смысл существования этой чисто бюрократической организации? И какой блестящий "научно-обоснованный" ответ получил: "Все привыкли!" (стенограмма заседания Госдумы за 14.11.12 г.).

К чему привыкли? К тому, что каждая государственная должность должна быть освящена ученой степенью? Хотя есть и более серьезные изъяны.

На уже упомянутом заседании в Красноярске вице-президент Сибирской угольной энергетической компании (СУЭК) Анна Белова пожаловалась, что они обращаются в вузы с предложением дать денег, но там не берут. Нет, от халявных рублей или долларов никто еще не отказывался. Но в том конкретном случае предполагалось, что образовательное учреждение и его научные сотрудники проведут некоторую исследовательскую работу в интересах промышленной компании. И за нее были готовы достойно заплатить. Так вот заработать наши вузы один за другим отказывались.

Причина очевидна: народ либо пишет диссертации, либо приходит в себя после их защиты. Десятилетиями отработанная традиция: аспирант пишет диссертацию на тему, которую ему задал руководитель-доктор, который в свое время написал две диссертации, предложенные ему его руководителем. Все сочиняется в рамках однажды выбранного направления. Ни влево, ни вправо. Плюс отзывы. К моей кандидатской один из оппонентов приложил отзыв на совершенно другую работу, только исходник поменял. Этот отзыв я был вынужден сам переписывать...

А где же наш почтенный ВАК? Он погружен в себя и свои проблемы. Если диссертационный совет все-таки публично оценивает научный вклад соискателя, то на вершине аттестационной пирамиды судьбоносные решения принимают исключительно через бумажки. И могут зарубить работу, не выслушав соискателя и даже не взглянув на него.

Что на самом деле обнародовала проверка в Московском педагогическом государственном университете? Широко известный факт: появление ученых степеней никак не связано с научным процессом. Только и всего.

Выход? Напрашиваются три взаимосвязанных решения. Первое - закрыть Высшую аттестационную комиссию как абсолютно нелепую структуру в современной рыночной экономике и информационной среде.

Второе - определить, что университет (или НИИ) есть окончательная инстанция присуждения ученых степеней и любых видов материальных надбавок за это.

Третье - отказаться от двухуровневой (кандидат - доктор) научной степени. Должна остаться только одна, доказывающая наличие у претендента исследовательских задатков при вхождении в науку. А дальше все будет определяться количеством и качеством работ, выполненных по заказам "беловых".

При таком - самостоятельном, на уровне вуза или НИИ - присуждении ученой степени возникает здоровая конкуренция между научно-образовательными учреждениями. Появляется понятие престижа того места (Сорбонна, Гарвард, МГУ или, извините, Московский педуниверситет), где присваивается степень и вручается соответствующий диплом. И, что не менее важно, у соискателей, особенно у молодых ученых и преподавателей, появится гораздо больше шансов и времени найти себя и свое предназначение не в перелицовке чужих текстов и поношенных идей, а в действительно новых, стремительно меняющихся и востребованных жизнью направлениях научного поиска.

Я убежден: сохраняющаяся в России система присуждения ученых степеней - один из самых глубоких рудиментов советской бюрократической системы. Помните общесоюзный "Знак качества"? Знак был, а качества не было. Неужели международные рейтинги наших вузов не подсказывают, что ВАК необходимо срочно закрыть?

Это не решение всех проблем. Но это на одну проблему меньше.

Словно витязь на распутье

Где два юриста, там три мнения - гласит известная поговорка. Вот и взгляды ученых, в том числе экспертов "Российской газеты", на судьбу и предназначение Высшей аттестационной комиссии решительно размежевались.

Одни считают ее, пусть и не идеальным, но работающим и пока что единственным механизмом, хоть как-то сдерживающим поток околонаучной халтуры и натиск граждан, желающих остепениться без достаточных на то оснований. Другие, уже не стесняясь в выражениях, называют ВАК едва ли не самым архаичным пережитком советской бюрократической системы. И говорят, что эту непрозрачную, но громоздкую пирамиду бессмысленно перестраивать, а как рудимент ушедшей эпохи давно пора списать в утиль.

30 тысяч соискателей ученых степеней проходят за год через диссертационные советы

Наиболее часто встречающиеся мнения мы свели к трем вариантам. И предлагаем читателям "Росийской газеты" не просто оценить, какой из них ближе всего лично вам, а проголосовать за него. Сделать это можно в анонимной форме или открыто, с личным комментарием.

Результаты опроса проанализируем и сообщим о них в газете. А кроме того уже в начале следующей недели передадим их вновь назначенному председателю ВАК, ректору Российского университета дружбы народов (РУДН) Владимиру Филиппову, который приглашен в среду, 27 февраля, на "Деловой завтрак" в "Российскую газету".

1. ВАК и вся система аттестации должны оставаться под контролем государства, а реформы в этой сфере могут проводиться только при условии их предварительного, широкого и гласного обсуждения в научно-образовательном сообществе. Документы, подтверждающие ученую степень, научное звание, и дающие право на надбавку к зарплате, должны быть единого, общероссийского образца.

2. Ныне существующий в России механизм аттестации научных и педагогических кадров высшей квалификации нуждается в коренной перестройке. Следует определить переходный период и разработать "дорожную карту" поэтапной передачи полномочий в этой сфере - от федеральных структур непосредственно в вузы и научные организации. При этом ВАК целесообразно преобразовать из надзорно-разрешительного органа в высшую апелляционную инстанцию, куда может обратиться за разрешением спора соискатель (и только он) ученой степени или научного звания в случае несогласия с вердиктом своих коллег.

3. ВАК как инструмент и форма общественно-государственного контроля в сфере аттестации кадров себя изжил, в рыночных условиях демонстрирует неэффективность, пронизан коррупцией и подлежит упразднению. Присуждение ученых степеней, научных званий, а также введение на этом основании надбавок (квалификационного коэффициента) к зарплате должны стать правом и ответственностью научных, образовательных и научно-образовательных учреждений.

ОПРОС "РГ"
Общество Наука
Добавьте RG.RU 
в избранные источники