Новости

08.05.2013 00:20
Рубрика: Власть

Химия и жизнь

Текст: (председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике)
Тема сирийского химического оружия, похоже, становится ключевой для дальнейшего сценария конфликта. Некоторое время назад Барак Обама заявил о том, что применение его будет рассматриваться фактически как казус белли. Так что когда в конце апреля в Америке и Израиле заговорили о том, что Дамаск мог использовать химическое оружие против повстанцев, в Москве насторожились. Не идет ли речь о кампании по созданию повода для массированного вмешательства в Сирии?

Теперь все дополнительно запуталось - знаменитая дама-прокурор Карла дель Понте, входящая в комиссию ООН по изучению подозрений о применении ОМУ в Сирии, сообщила, что есть подозрения, будто зарин пустили в ход как раз оппозиционеры. Хотя на первый взгляд это заявление на руку Дамаску, на самом деле новость для сирийских властей плохая. Ведь тогда получается, что они не контролируют сохранность арсеналов, в чем неоднократно заверяли, так что вопрос о принятии внешними силами решительных мер для стабилизации становится насущным из соображений безопасности...

Проблема современных международных отношений - отсутствие способов верификации информации, которые вызывали бы доверие у всех вовлеченных сторон. При всех издержках "холодной войны", в то время если уж ведущие игроки договаривались о правилах, то они соблюдались. Сегодня этого нет ни в одной сфере. Институт независимых наблюдателей, опирающихся на признаваемый всеми мандат ООН, подвергается эрозии, доверие к нему подорвано в связи с теми метаморфозами и катаклизмами, которые пришлись на долю ООН в годы после "холодной войны". Ее то обходили, вовсе не спрашивая санкции, то истолковывали мандат в произвольном ключе.

Понятно, что для сколько-нибудь достоверной проверки сведений о химоружии нужна независимая комиссия под эгидой ООН, которой бы доверяли все и, соответственно, позволяли бы ей выполнять все необходимые изыскания. Кстати, расследование, в котором участвует дель Понте, опирается на косвенные свидетельства, работать на месте она не может. К тому же прошлый опыт свидетельствует, что введение в игру наблюдателей, как правило, не столько проясняет истину, сколько повышает уровень общего манипулирования и информационной войны. И трудно сказать, в чем роль инспекторов ООН в Ираке или наблюдателей ОБСЕ в Югославии была больше - в попытках не допустить войны или, напротив, в ее приближении. Однако если правительство, например, отказывается сотрудничать с международными наблюдательными органами, опасаясь их предвзятости или руководствуясь собственными представлениями о суверенитете, это становится едва ли не автоматически доказательством того, что есть что скрывать.

Недавняя история знает случай сознательного, но самоубийственного блефа, который пытался разыграть Саддам Хусейн. Прекрасно зная, что у него ничего нет, он вел себя двусмысленно, взвинчивал ставки и играл с инспекторами, американцами и Ираном. Результат известен, так что есть надежда, что остальные региональные лидеры этот урок усвоили.

В применение Асадом химического оружия в Москве не верят - он не безумец, чтобы так очевидно нарываться. Соответственно появление такой информации рассматривается как попытка "перевернуть шахматную доску", перевести дискуссию из политико-дипломатического поля обратно в военно-силовую плоскость. На фронтах гражданской войны сложилась патовая ситуация, противостояние может продолжаться очень долго, поэтому нужен резкий и неожиданный ход, чтобы вывести конфликт на новый виток и попытаться его разрешить. Химическое оружие - один способ, втягивание Израиля - другой.

Второе, впрочем, чревато: прямое израильское вмешательство в сложное сирийское противостояние донельзя запутает весь расклад. С одной стороны, для Асада война на два фронта опасна и пагубна, но с другой - многие из его непримиримых оппонентов еврейское государство ненавидят не менее глубоко и искренне, чем врагов-алавитов, так что оказаться в одной "коалиции" с Израилем их едва ли устроит. Молчат и арабские патроны сирийской оппозиции - обстоятельства для них деликатные, хотя совпадение интересов Израиля и монархий залива очевидно: они равно нацелены на недопущение регионального подъема Ирана.

Самое парадоксальное, что при всем при том реальной готовности к вмешательству в сирийский конфликт нигде не чувствуется - ни в Европе, ни в Турции, ни в Соединенных Штатах. Сомнения относительно целесообразности поддержки оппозиции, в которой верх постепенно берут радикальные исламские силы, все очевиднее. Бостонские события стали очередным напоминанием о том, что психологический конфликт с Западом, в основе которого лежит религиозная составляющая, никуда не делся, он проявляется в самых неожиданных формах. Активные попытки Вашингтона договориться о чем-то с Москвой, притом что позиция России по сирийскому вопросу не меняется уже два года, некоторые американские комментаторы трактуют как сознательное затягивание времени, чтобы не вмешиваться всерьез. Поэтому появление повода для ужесточения позиции и даже выдвижения ультиматума (применение ОМУ) на деле создает для Запада не столько возможность разрубить гордиев узел, сколько новые политические сложности.

Подписка на первое полугодие 2017 года
Спроси на своем избирательном участке