Новости

08.05.2013 11:09
Рубрика: Общество

По закону военного времени

Как сражались и трудились орловские прокуроры
Корреспонденту "РГ" показали уникальные архивные документы.

Среди прокурорских работников было немало тех, кто в годы Великой Отечественной войны совершал подвиги на фронте, а затем наводил порядок и боролся с преступностью после оккупации. О некоторых из них корреспонденту "РГ" рассказали в музее прокуратуры Орловской области, созданном в этом году.

Среди экспонатов - фотографии, архивные документы, воспоминания и боевые награды, которые родственники уже, увы, ушедших из жизни фронтовиков передали сюда на хранение. Здесь же портреты и биографические справки: "призван в ряды Красной Армии... принимал участие в боях... Родина отметила его воинскую доблесть наградами..."

Партизан Степняк

Вот выписка из характеристики Владимира Ивановича Степняка, чьи ратные подвиги были отмечены медалями и орденами Красного Знамени и Отечественной войны I степени: "Благодаря умелому руководству его подразделение имело всегда успех с малыми потерями. В июле 1942 года, возглавив отряд разведки, перестроил ее работу и смог добиться больших результатов". О том, что кроется за этими словами, теперь судить можно лишь по оставшимся воспоминаниям самого Владимира Ивановича да по архивным данным.

- Это человек, которым мы гордимся, - рассказала корреспонденту "РГ" старший помощник прокурора Орловской области и хранитель музея Елена Семина. - Он родился в Ворошиловграде в 1921 году. В январе 1941-го его приняли на работу инспектором отдела кадров в Ворошиловградскую облпрокуратуру. Когда началась война, добровольцем ушел на фронт.

По-настоящему с войной он столкнулся в Белоруссии в составе коммунистического батальона, включенного в августе 41-го в 55-ю стрелковую дивизию. Степняка зачислили в разведку, и боевое крещение он принял по прибытии, в первый же день. Владимир Иванович вспоминал, как им дали приказ перебраться через реку и посмотреть обстановку. Разведка закончилась боем, в котором гранатой подбили немецкий танк. Но когда вернулись, своих уже не было - дивизия отступила. Несколько суток он пытался нагнать подразделение, пока не узнал, что дивизия расформирована из-за потерь. Тогда Степняк сел в машину, привозившую в санчасть раненых, и отправился на линию фронта. Так он попал в 132-ю дивизию, которой командовал будущий маршал и замминистра обороны СССР, а в то время генерал-майор Сергей Бирюзов.

В октябре 1941-го, после того, как немцы взяли Орел, Карачев и Брянск, дивизия попала в окружение. Бирюзов повел солдат на прорыв. В бою у деревни Веселая Калина его ранили. Степняк был одним из тех, кто под шквальным огнем тащил Бирюзова на себе до реки, где находилась переправа. Сам же он остался за линией фронта. Несколько дней скрывались, кто в лесу, кто по деревням, пока не решили: хватит отсиживаться! Так в орловских лесах появился партизанский отряд, численность которого со временем достигла тысячи человек.

- Этот отряд воевал на территории нескольких областей и с 1941 по 1943 годы пустил под откос не один эшелон с техникой и солдатами противника, - говорит Елена Семина. - А одной из самых крупных операций партизан стал подрыв железнодорожного моста через Десну у станции Выгоничи.

В 1943-м, после освобождения Орловщины, Степняка направили в прокуратуру, где он и проработал без малого полвека. К сожалению, в феврале этого года Владимира Ивановича не стало.

В полевых условиях

До наших дней дошла смета на 1946 год, а по сути, краткая историческая справка о том, что происходило на Орловщине в годы войны. Согласно ей, тогда в области действовало 42 районных прокуратуры, из которых "только три работали в нормальных условиях, а остальные подверглись почти двухлетней временной оккупации". Практически все здания, в которых они располагались, были взорваны. Поэтому работать приходилось в полевых условиях, порой в землянках и с самодельной мебелью. Часть прокуратур после освобождения размещалась в обычных жилых хатах. То есть в комнате живут хозяева и тут же, иногда за ширмой, иногда без нее, стоит рабочий стол прокурора.

Нагрузка была большой - на расследование дела отводился месяц

Не менее интересны и документы, датированные 1942 годом. Согласно им, районный прокурор в то время был не только блюстителем закона, но и отчасти... агрономом и механиком. Ведь ему предписывалось "при выездах на места проверять в МТС своевременность ремонта тракторов и сельхозмашин, а в колхозах проверять, как идет засыпка и сортировка семян, особое внимание обращая на бережное отношение к лошадям". Но далеко не всегда эта миссия выполнялась.

В обзоре облпрокуратуры от 2 апреля 1942 года говорилось: районные прокуроры "не помогают обеспечить лучшую подготовку к севу, в отдельный районах семена не полностью засыпаны, тягловая сила и инвентарь не приведены в порядок". И предлагалось принять меры. Дело дошло до того, что первый секретарь обкома ВКП(б) Матвеев направил в райкомы телеграмму: "Категорически запрещаю использовать прокуроров и следователей в сельхозкампаниях. Немедленно отзовите для основной работы".

Задело

Судя по архивам, об основной работе прокуроры в годы войны не забывали. Хотя и она обладала определенной спецификой, если, конечно, оценивать ее с высоты прошедших лет. Ведь даже структура преступности тогда была иной. В прокуратуре хранится отчет о следственной работе за 1944 год. Какие же дела направляли тогда в суды и военные трибуналы? "Контрреволюционные преступления", за которые в Орловской области только в 1944 году было осуждено 280 человек, "уклонение от трудовой повинности", "бесхозяйственность", "воинские преступления"... Нагрузка была такой большой, что на расследование отводился всего месяц. И это несмотря на неопытность следователей. Однако из того же отчета следует, что упор в расследованиях делался вовсе не на "политические дела", а на экономические преступления, совершенные из чистой корысти. Больше всего, например, в 1944 году отдали под суд орловцев по статьям "Злоупотребление властью или служебным положением", "Халатность", "Тайное хищение чужого имущества" и "Присвоение и растраты". Хватало и взяточников.

Как наказывали прокуроров

Среди экспонатов есть любопытные документы о работе прокуратуры в условиях военного времени. О том, какими жесткими были порядки, говорит хотя бы то, как наказывали самих прокурорских работников. Вот, например, приказ облпрокурора от 8 мая 1944 года - за формальное отношение к разрешению жалобы некоего гражданина Жуковина прокурору Должанского района был объявлен выговор, а прокурора ныне брянского Злынковского района за такой же проступок сняли с работы. Во время войны областные прокуроры и их заместители могли налагать на подчиненных арест за нарушение трудовой дисциплины и использовали это право. Например, в июле 1943 года старший следователь облпрокуратуры Вишневский был арестован на пять суток с вычетом 50 процентов из зарплаты за самовольный выезд из командировки и невыполнение задания. Были случаи, когда следователей и районных прокуроров арестовывали на десять суток. А иногда доходило до суда. Так, следователя прокуратуры Елецкого района осудили на пять месяцев исправительных работ с удержанием 25 процентов зарплаты - и это за прогул с 28 сентября по 2 октября 1943 года. К сожалению, архив не сохранил сведений о причинах прогула. Наказать могли и за такой проступок, как использование писчей бумаги лишь с одной стороны. В августе 1943 года вышел приказ прокурора СССР "Об экономии бумаги и канцелярских принадлежностей". Для черновиков предписывалось выдавать макулатуру, а писчую бумагу запрещалось использовать на личные нужды.

Общество История Филиалы РГ Центральная Россия ЦФО Орловская область Орел Вторая мировая война