Новости

28.06.2013 00:31
Рубрика: Власть

"Большая игра" в Средней Азии давно закончилась

Сергей Маркедонов, специально для RBTH

20 июня 2013 года парламент Киргизии проголосовал за денонсацию договора об аренде центра транзитных перевозок сил НАТО (а фактически США) на базе аэропорта "Манас" в окрестностях столицы страны. Это означает, что в июле будущего года вся инфраструктура центра должна быть свернута.

С момента появления американской авиабазы на киргизской территории в 2001 году вокруг нее постоянно циркулировали слухи о возможном закрытии. Руководство центральноазиатской республики регулярно поднимало вопрос о необходимости вывода этого военного объекта, после чего, как правило, получало от Вашингтона различные преференции. Естественно, не забывая апеллировать к Москве, которая крайне ревностно относится к иностранному присутствию (тем более военному) на территории бывшего Советского Союза.

Так, в 2009 году второй киргизский президент Курманбек Бакиев во время визита в Москву официально объявил о закрыти американской авиабазы. Более того, он даже подписал соответствующий закон. Однако уже через несколько недель заявил, что данное решение не окончательное. В итоге была достигнута договоренность о создании вместо авиабазы центра транзитных перевозок для поддержки операции НАТО в Афганистане. К данному вопросу снова вернулись уже после революционых бурь, потрясших Киргизию в 2010 году. Через год после этого третий президент республики Алмазбек Атамбаев заявил, что хотел бы видеть в "Манасе" транспортный центр гражданской авиации, а не военный объект. По его словам, присутствие иностранных военных на базе столичного аэропорта - не самый лучший символ для молодого государства.

Можно ли говорить о том, что в истории с американским военным присутствием на киргизской территории поставлена точка? Или это новое многоточие?

Сегодня при рассмотрении процессов на просторах бывшего СССР чрезвычайно популярно рассмотрение интересов России и стран Запада в терминах международной политики XIX века. К месту и не к месту цитируется яркий образ Редьярда Киплинга "большая игра". Между тем, в реальности среднеазиатская геополитика сегодня это пример, скорее не "большой игры", основанной на жесткой конкуренции нескольких центров силы, а их многослойной взаимозависимости. С одной стороны Москва рассматривает постсоветское пространство, как зону своих эксклюзивных интересов и реализует принцип: преференции в обмен на преференции.

Российская сторона получает преференции в военно-политической и энергетической сфере, а ее визави - послабления по долгам, кредитам и вопросам миграции (крайне важная тема для всех республик Центральной Азии). Так, в сентябре 2012 года президент Владимир Путин побывал с визитом в Киргизии, по итогам которого Москва договорилась о продлении своего военного присутствия в республике (база "Кант") до 2032 года и реализации совместных проектов в гидроэнергетике. При этом Россия согласилась списать киргизские долги на сумму в 189 млн американских долларов.

Во многом по схожей матрице выстраиваются отношения России и Таджикистана. С другой стороны, в отличие от Украины и Южного Кавказа Москва в намного большей степени готова к сотрудничеству с США в Центральной Азии. Эта готовность вызвана не в последнюю очередь афганской операцией. И Москва крайне опасается коллапса в Афганистане после ухода американцев и их союзников. Отсюда и готовность терпеть американское военное присутствие в среднеазиатских республиках. Правда, последний тезис требует уточнений. Москва не заинтересована в расширении такого присутстви, поскольку в этом случае Вашингтон теряет интерес к России, как к региональному игроку. Ведь если есть возможности выстраивать отношения со странами региона напрямую, зачем подключать к этому Москву?

Но и сами государства Центральной Азии за два десятилетия независимости привыкли диверсифицировать свои внешнеполитические контакты. И даже самый главный стратегический партнер РФ в Евразии, Казахстан, в последние годы не раз удостаивался комплиментов со стороны Вашингтона за эффективное сотрудничество. И сегодня возможности для открытия нового натовского транзитного центра на казахстанской земле активно обсуждаются в экспертной среде. В этой связи не стоит спешить с выводами об окончании американского военного присутствия в Киргизии. Не исключено, что Бишкек хочет "поднять планку" в своих отношениях с НАТО и с США. И в этом случае Москва обладает ограниченными возможностями для того, чтобы не допустить такого сценария. И вряд ли она будет сражаться до последнего ради этого. Особенно, принимая во внимание уже имеющиеся договоренности с киргизским правительством.

Также доступна англоязычная версия статьи.

Автор - приглашенный научный сотрудник Центра стратегических и международных исследований, США, Вашингтон

Власть Работа власти Внешняя политика Авиабаза "Манас" в Киргизии RBTH: Мнение