Новости

21.08.2013 00:04
Рубрика: Культура

И снова о Большом

Свой 237-й сезон Большой театр завершил триумфальными гастролями в Израиле, Австралии и Великобритании, первоклассным международным фестивалем, посвященным 100-летию "Весны священной" Игоря Стравинского, и сменой генерального директора.

Об отставке Анатолия Иксанова и назначении Владимира Урина писали достаточно много и чаще всего справедливо. Несмотря на очевидную неизрасходованность бюджетов, выделенных на "черный PR", направленный на полную дискредитацию предшествующего руководства, в целом уважающие себя СМИ были объективны. Уже сейчас ясно, что "эпоха Иксанова" войдет в историю не только успешно завершившейся строительной эпопеей, но и как время творческого созидания, которое принесло важные многообещающие результаты. Большой театр любит публика, о чем свидетельствуют заполненные залы на спектаклях разных эстетических направлений, у него есть международное признание, в его стенах в первое десятилетие 2000-х сформировались не только первоклассные артисты балета и оперы, но и два ярких лидера мирового культурного ландшафта - Алексей Ратманский и Дмитрий Черняков. Возвращение в театр Юрия Григоровича, сохранение Маквалы Касрашвили в качестве руководителя оперной труппы, приглашение для постановок лучших представителей постсоветской режиссуры и ярких дирижеров, сотрудничество с крупнейшими музыкальными театрами мира, молодежная программа - все это (и многое другое), обеспечило театру творческую устойчивость и в сохранении великой классики, и в достаточно рискованных экспериментах с каноническими произведениями русского музыкального искусства, и в обращении к наследию модернизма ХХ века. Качество любого художественного организма определяется не только его высшими достижениями, но и той планкой, ниже которой он не может опуститься. В сегодняшнем Большом театре рядовой спектакль мало чем отличается от премьерного по качеству исполнения, по количеству и настроению публики. Разумеется, в Большом театре есть все проблемы, которые существуют в творческих коллективах такого масштаба. Но они куда меньше, чем это кажется со стороны.

"Эпоха Иксанова" войдет в историю как время творческого созидания

Если придерживаться консервативной стратегии управления, то Владимир Урин может, разумно используя нынешние ресурсы театра, продержаться на них в обозримом будущем никак не меньше трех-четырех лет. Но поскольку Владимир Георгиевич - человек с огромным театральным опытом, он прекрасно понимает, что в творчестве невозможно просто стоять на месте, - движение не просто необходимо, но неизбежно. Весь вопрос в том: вперед или назад.

Только поверхностным наблюдателям может показаться, что при нынешних трех сценах значительно проще сформировать репертуар, равно ублажив традиционалистов и сторонников современного музыкального искусства. Вроде бы все просто: на главной сцене - монументальная оперная и балетная классика, новая - пространство эксперимента, рождения новых произведений и новых имен, наконец, Бетховенский зал - место для концертных программ не только оркестра, но и отдельных исполнителей. На самом деле такой подход весьма условен, если рассматривать Большой театр как единый художественный организм. На новую сцену публику легче привлечь апробированными, имеющими историческую репутацию спектаклями, а основная сцена не может превратиться в музей. Кроме того, важно следить за эстетическими поисками, которые происходят на мировых оперных подмостках, - Большой театр стал неотъемлемой частью этого элитарного культурного пространства.

Большой может и должен тщательно отбирать всю лучшую молодежь, которая появляется сегодня

Но, пожалуй, самой сложной проблемой, с которой столкнется В. Урин, будет сохранение качества балетной и оперной труппы, включая хор и кордебалет, а также оркестра, который вернул свое место среди лучших коллективов страны за то время, когда Александр Ведерников был главным дирижером Большого театра (2001-2009). За восемнадцать лет своего руководства Музыкальным театром имени К.С. Станиславского и Вл.И. Немировича-Данченко В. Урин старался сформировать свою собственную оперную труппу, которая решала все творческие задачи. В Большом при наличии сильных оперных исполнителей (от Е. Щербаченко и А. Аглатовой до В. Маторина и Э. Азизова) список приглашенных солистов, в том числе и иностранных, куда больше числа артистов, имеющих постоянный контракт с театром. Поиск оперного артиста зависел от художественных задач постановщиков, как на всех мировых оперных сценах. Большой театр может позволить себе работать с лучшими исполнителями, поэтому он старался представить публике в каждом своем спектакле коллекцию звезд вне зависимости от их национальной принадлежности и места службы. При том, что балетная труппа Большого сохранилась как место, где воспитывают первоклассных танцовщиков, которые затем украшают спектакли лучших хореографов во всем мире, за предшествующее десятилетие театр приглашал и молодых артистов, и уже признанных звезд, что называется, со стороны. Прежде всего из Питера, но также из Минска и Киева.

Подобного рода кадровые решения, равно как и запуск молодежной оперной программы, которую возглавил Дмитрий Вдовин, были сделаны не от хорошей жизни. Они связаны прежде всего с проявившимися в последнее время недостатками художественного образования, неготовностью выпускников вузов сразу войти в работу на престижных сценах и в лучших оркестрах. Это не только российская проблема. Большой может и должен тщательно отбирать всю лучшую молодежь, которая появляется сегодня не только на постсоветском пространстве, но и в Восточной и Центральной Европе. И, конечно, находить новые творческо-образовательные методы подготовки юных дарований и студенческой молодежи.

Разумеется, все это необходимо не только Большому театру. Он - самая вершина айсберга. И поэтому зависит от того, что происходит не только на политических высотах, но и в глубинных пластах российской жизни.

Культура Театр Драматический театр Большой театр Колонка Михаила Швыдкого