Новости

04.09.2013 00:26
Рубрика: Общество

История убивает Ивана Грозного

Учиться по единому учебнику истории в России начнут с 2015-го года
На школьных уроках сейчас можно услышать и о том, что "Иван Грозный был эффективным менеджером", и том, что "Иван IV был душегубцем и шизофреником". Наверное, поэтому 58% россиян считают, что школе нужен единый учебник истории. Когда учебное пособие будет готово и попадут ли в него альтернативные точки зрения, "РГ" рассказал глава рабочей группы, академик РАН Александр Чубарьян.

Александр Чубарьян: Какое бы ни было это важное дело - делать новый учебник, я не ожидал такого общественного резонанса, такого всплеска эмоций.

Значит, правильно говорят: "Чем острее и непримиримее споры о настоящем и будущем, тем сильнее воспаляются национальные травмы прошлого..."

Александр Чубарьян: Иногда у меня создается ощущение, что история превратилась в фактор современного общественного сознания, который волнует все население больше других. Этот сюжет используют для решения каких-то своих политических или иных задач. Учебник поднял мощную волну общественного мнения. В принципе, это неплохо, но создает определенные трудности при работе. Хотел бы напомнить, что новый учебник - государственный заказ. Но оказалось, что это и общественный заказ. Самое важное сейчас - остаться в научной колее и не заблудиться в домыслах, комментариях, спорах.

Народ можно понять, ведь появление концепции учебника - это уже вердикт государства.

Александр Чубарьян: Во-первых, концепция - это не закрытие дискуссий в науке, а только навигатор для учителей, для авторов новых учебников. А во-вторых, мы дискутируем вокруг того, чего пока нет. Ни учебник, ни даже его концепция не готовы.

А что же я сейчас читаю в Интернете? Что обсуждают люди?

Александр Чубарьян: Это так называемый Историко-культурный стандарт. Лишь хронологический каркас будущего учебника с перечислением персоналий, дат и терминов. Замечания специалистов, советы по совершенствованию стандарта принимаются до первого октября. Затем будет сформирована базовая концепция учебника, которую обсудит и проработает наша рабочая группа. Ее представляют ученые, известные писатели, общественные деятели и учителя. Первого ноября стране, наконец, представят концепцию. Будет объявлен конкурс, и историки возьмутся за дело. Один из них победит.

Когда же в школах появятся новые учебники?

Александр Чубарьян: Не думаю, что кто-нибудь из авторов справится раньше чем через год после объявления конкурса. То есть учебники появятся не раньше конца 2014-го - начала 2015-го года. А учить по ним в школах будут с сентября 2015-го.

Впрочем, работу может затормозить еще один очень существенный момент. Сейчас школьники учатся по так называемой концентрической системе: то есть изучают всю историю до девятого класса, а в старших повторяют то же самое, но в углубленном варианте. Члены рабочей группы склонны вернуть линейную систему, которая позволяет не ходить несколько раз по одним и тем же тропинкам. Но для этого нужно внести изменения в закон.

Есть и другие вопросы при переходе к "линейке", которые требуют срочного ответа. Например, в каком классе тогда заканчивать курс? Кто-то считает, что достаточно будет линейно изучать историю до 10-го. Думаю, что в этом есть смысл. А в 11-м можно дать какой-нибудь синтетический курс, скажем, "Россия в мире". Я бы его сделал проблемным, сравнительно-историческим: "Модернизация в России и в мире", "Освободительное движение в России и в мире" и так далее. Для профильной школы можно подготовить углубленный спецкурс для подготовки к вузу. И учебники уже писать под линейную систему, а там другая периодизация. Пора решить вопрос и о месте курса обществознания, о том, можно ли его считать частью исторического образования и когда изучать.

А в пятом классе начинать не поздно?

Александр Чубарьян: Рабочая группа собирается предложить научному сообществу написать книгу для чтения в младших классах - до 4-го. Есть молодые учителя, которые с удовольствием готовы такую написать. Здесь не грех воспользоваться и международным опытом: есть страны, где выпущены книжечки, детям рассказывают о стране, в которой они живут, о ее истории, населении, национальностях - коротко, интересно.

Вернемся к тому, что сейчас вызывает такие споры. Кто автор этих предложений? Вы лично довольны Историко-культурным стандартом?

Александр Чубарьян: Первый вариант стандарта был разработан в Институте российской истории РАН. Затем были привлечены специалисты из МГУ и РГГУ, из других мест. Как ни называй этот документ, стандарт или перечень, но пока там мало содержательности и оценок. Что были такие цари, как Иван Грозный или Петр Первый, сказать мало. С моей точки зрения, даже в стандарте нужно обозначить современные проблемы реформ и их цены. Споры-то сейчас идут не о том, что, скажем, Петр Первый успел сделать за свое правление, а о том, какой ценой эти деяния дались стране.

И второе, по-моему, этот вариант стандарта архаичен. Нужно внести новизну даже в перечень исторических сюжетов. Для этого рабочая группа анализирует все, что вышло в мире по истории России. Самое свежее - две интересные монографии французских авторов о Елизавете Петровне и Александре I. Чего стоит рассказ о взаимоотношениях будущего царя со своей бабушкой Екатериной II! Я бы хотел, чтобы в учебниках по XVIII веку была именно такая "человеческая" подача материала.

Это профессиональные замечания, а общество критикует?

Александр Чубарьян: Появилась экспертная группа в Думе - в общем, идет массовое обсуждение. Отклики в Интернете часто весьма ворчливы, иногда не очень корректны, но и они полезны.

Именно педагоги первыми ощутят на себе брак, если таковой допустит экспертное сообщество, выпустив в школу плохой учебник... Учителя участвуют в обсуждении?

Александр Чубарьян: Сейчас в регионах проходят совещания, где историки разбирают Историко-культурный стандарт. К слову, одновременно с ним был опубликован и перечень особенно трудных для преподавания тем. Он почти целиком составлен с помощью педагогов. В сентябре на научное заседание по теме "Советская история. Как ее освещать в школьных учебниках" в Москве соберется около 100 ученых и педагогов. Второе подобное обсуждение пройдет в конце сентября в Уфе. Его тема не менее напряженная: присоединение к России различных народов. Особая ее острота возникла после того, как вице-президент татарской Академии наук Рафаэль Хакимов высказался довольно критически в отношении московских оценок истории Татарстана, имея в виду татаро-монгольское иго и присоединение Казани. Впрочем, острые региональные темы не исчерпываются "взятием Казани". К примеру, среди общественных деятелей Северного Кавказа тоже существует своеобразная трактовка присоединения этих территорий к России.

Думаю, что мы найдем также формулировки и договоримся с коллегами из регионов, чтобы трактовки событий в федеральном учебнике не расходились с теми, которые будут в местных учебниках.

А как это можно сделать корректно и чтобы все остались довольны, например, в отношении татаро-монгольского ига?

Александр Чубарьян: Будем думать. Может быть, ограничимся просто фактами. Не исключаю, что в освещении самых трудных, острых тем в учебники могут быть включены альтернативные точки зрения. И это тогда тоже должно быть отражено в концепции. Хотя я против того, чтобы по каждому спорному поводу давать альтернативные мнения ученых - это загромоздит учебное пособие и запутает детей.

К слову, сложности будут и с рассказом о присоединении к России бывших союзных республик, ныне независимых стран: в учебниках ряда этих государств этот период описан как колониальный.

Сейчас пишут, что у русских князей сложился с монголо-татарскими ханами вполне удобный симбиоз, который принес пользу и тем, и другим, в общем, жизнь наладилась. Об этом будет в учебниках? В советское время писали только о тяготах.

Александр Чубарьян: С тем, что не было ига (так считают наши татарские коллеги), я не согласен. Оно на два столетия отодвинуло развитие России. Но в то же время некая адаптация, синтез в восприятии культуры и языка случились. И в советское время было известно, но не популяризировалось по политическим причинам, что Александр Невский служил прямым посредником между русскими князьями и ханской Золотой Ордой. К слову, в мировой истории было множество таких ситуаций. Рюрик пришел на Русь (так же как он пришел, скажем, в Англию) и синтезировался с местным населением. Он назвал новое государство славянским, потому что со скандинавами произошла цивилизационная адаптация.

Адаптация эта привела к тому, что погибли малочисленные ростки средневековой демократии - Новгород и Псков? Это я цитирую СМИ...

Александр Чубарьян: Почему погибли? Во-первых, те же земские соборы - это элемент сословного представительства. Конечно, не английский парламент, не французские Генеральные штаты, но очень похожие вещи. Кроме того, в России перемещались центры государства. Киев, Новгород, Суздаль, Москва.

А как рассказывают, к примеру, в учебниках Эльзаса и Лотарингии (бывших немецких территорий) об истории Франции?

Александр Чубарьян: В большинстве стран нет хронологического последовательного изложения всей истории, как у нас. И это их недостаток, а не наш. Например, во Франции берут узловые пункты своей истории и изучают, без взаимосвязи с ситуацией в других странах. Кроме того, почти нигде в школах других государств не изучают всеобщей истории. Часто другие страны присутствуют постольку, поскольку идет речь о мировой войне или о международных отношениях. В российских же школах дети изучают все, начиная с античности. Они должны знать об Аристотеле, Пелопоннесских войнах и о том, чем человечество обязано древним цивилизациям.

Министр культуры РФ Владимир Мединский считает, что история в едином учебнике должна заканчиваться на момент вступления в должность президента РФ Владимира Путина, то есть в 2000 году. Его аргументы: в учебники истории в царской России "царствующий дом... не попадал, речь шла только о предпоследнем государе-императоре".

Александр Чубарьян: Я не очень согласен с этим. 90-е и 2000-е годы тоже нужно описать в учебнике, может быть, менее подробно, без больших оценочных интерпретаций, но канву основных событий надо представить. Молодое поколение имеет массу источников, где ему расскажут о том, что происходило после 2000-го. Так почему ему об этом не рассказать профессионально и на уроке?

Не все учителя смогут разобраться в хитросплетениях истории и политики...

Александр Чубарьян: Среди трудных вопросов истории России есть такие важные, по которым нужен консенсус в изложении материала. Это, например, история Великой Отечественной войны. Плюрализм может быть и в учебнике, но в этой ситуации огромная ответственность ложится на учителя. За год, к выходу в свет новых учебников, мы должны издать библиотечку брошюр для школьных историков, чтобы помочь им вести наиболее сложные уроки.

Даже такие бесспорные истины, как наша Победа в Великой Отечественной войне, имеют различные толкования. Они будут учитываться в новых учебниках?

Александр Чубарьян: Во-первых, я не вижу в действующих учебниках какой-либо фальсификации. Во-вторых, ни одно экспертное сообщество не пропустит сегодня учебник, в котором будет написано, что не мы одержали победу. Но в освещении войны все же нужно некое смещение акцентов. В старых учебниках описаны, в основном, боевые сражения. А я считаю, что с истории сражений нужно переключиться на историю общества. Скажем, сосредоточиться на таких темах: советский человек на фронте, советский человек в тылу, советский человек в оккупации, советский человек в плену. Недавно в Германии я подписал с германским институтом истории соглашение о новом проекте "Первая мировая война в культурной памяти русских и немцев". Я думаю, что то же самое нужно сделать по Второй мировой.

58 процентов россиян считает, что школе нужен единый учебник истории

Мы пишем совместное с немцами учебное пособие, так вот германские ученые, например, считают, что в Восточной Европе на смену фашистской оккупации пришла советская, и не приемлют очевидный факт их освобождения от нацизма. Приходится долго совещаться и искать консенсус.

Нашли?

Александр Чубарьян: Да, "Разгром советской армией немецко-фашистких войск на территории Восточной Европы". Это согласитесь, ближе к "освобождению", чем к "оккупации". Среди немецких ученых сейчас очень популярна тема жертв. Это и "изнасилованные немки", и бомбардировка союзной армией немецких городов, и немецкие солдаты под Сталинградом.

Вот читаю Историко-культурный стандарт, а там написано, что задачей уроков истории является воспитание патриотизма. Это допускает рассказ об одиозных исторических персонажах, о нелицеприятных поступках государственных лидеров?

Александр Чубарьян: В учебнике должно быть описано, что история каждой страны, в том числе и нашей, - это не только фанфары, победы и успехи, но и трагедии, ошибки и даже преступления. Патриотизм воспитывается не только на победах.

Кроме "сбалансированного" учебника есть Интернет, где много чего расскажут о русских царях и героях. И сети молодежь доверяет больше, чем печатной книге, тем более школьному учебнику.

Александр Чубарьян: Вы правы. Я человек достаточно опытный, но когда читаю, что пишут по истории в глобальной сети, голова идет кругом. Хорошо, что я делаю это по утрам за кофе и отношусь к прочитанному философски. Надеюсь, что учебник станет своеобразным навигатором в этом море несусветных небылиц и вполне научных мыслей. У него другие задачи, нежели у Интернета. Например, он должен показать, что мы - Россия, самодостаточная страна, но и в то же время - часть мира. Для этого нужно синхронизировать это учебное пособие с другим курсом - "Всеобщей историей", чтобы, как один известный человек говорит, школьник понимал, что было в России, когда во Франции жили три мушкетера.

Из досье "РГ"

Историко-культурный стандарт (выдержки)

"Патриотическая основа исторического изложения имеет цель воспитать у молодого поколения чувство гордости за свою страну, за ее роль в мировой истории, с одновременным пониманием, что в историческом прошлом России были и огромные достижения и успехи, но также и ошибки и просчеты".

"Следует подчеркнуть, что пребывание в составе Российской империи имело положительное значение для ее народов: безопасность от внешних врагов, прекращение внутренних смут и междоусобиц, экономическое развитие, распространение просвещения, образования, здравоохранения и др".

"История религий, в первую очередь православия, должна излагаться системно и пронизывать собой все содержание учебника. Обязательно также в учебник включать сведения о распространении основных нехристианских конфессий (ислама, иудаизма и буддизма) на российской территории".

Какие исторические термины должен будет знать школьник?

К примеру, изучая период после 1985 года, школьник должен будет знать такие понятия, как "перестройка", "гласность", "новое политическое мышление", "стратегия ускорения", "долларовая игла", общечеловеческие ценности, "социализм с человеческим лицом", антиалкогольная кампания, человеческий фактор, новое политическое мышление, общечеловеческие ценности, политический плюрализм, правовое государство, разделение властей, межнациональный конфликт, титульная нация, коммерческий банк, индивидуальная трудовая деятельность, конверсия оборонных предприятий, съезд народных депутатов, Межрегиональная депутатская группа, Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП).

Ну а после 1991 года учителя расскажут о том, что в стране образовались "безработица, черный рынок и криминализация жизни", возникла "проблема несвоевременной выплаты зарплат и поляризации общества". Пришли "рыночная мораль", политтехнологи, "новые русские" олигархи и дефолт.

"Трудные вопросы истории"

На уроке придется ответить на вопрос, какую роль сыграли варяги в судьбе русских, украинцев и белорусов? Или решить, правда ли, что Александр Невский сделал выбор в пользу подчинения русских земель Золотой Орде?

Мнение

Альтернативные точки зрения на школьный курс истории от читателей портала "История России"

"Приоритет один - это моя/наша Родина, и она всегда права. У России достаточно врагов и недоброжелателей, которые донесут до наших детей альтернативные и вредные для страны "интерпретации" нашего прошлого. Зачем нам делать за них эту работу?"

"На мой взгляд, подход к обучению, когда школьник учится выбирать из нескольких альтернатив, более продуктивен, чем методика "прочитал учебник - перескажи его на уроке учителю". Так мы к средневековым практикам вернемся, когда надо будет заучить некоторое количество канонических текстов и все".

"Учебник может быть любым, главное, как и что скажет учитель. Нельзя воспитать гражданина, если учитель не любит Родину, ненавидит ее прошлое, не верит в ее будущее. СЛОВО учителя - сердцевина урока. О каких разных точках надо говорить, если этих самых "разных точек" по одному и тому же вопросу, десятки?!. В массовой школе нужен единый учебник, и чтобы патриотическая линия шла не просто красной, а ярко-красной чертой".

Последние новости