Новости

В 1977 году Юрий Темирканов вместе с лондонским Королевским филармоническим оркестром записал для знаменитой EMI Вторую симфонию С.В. Рахманинова. Он настолько удивил искушенных музыкантов, что они решили добиться его возвращения в оркестр чуть ли не любой ценой. И Темирканов в самом расцвете брежневского застоя стал главным приглашенным дирижером этого коллектива. Кроме него в ту пору только два советских дирижера обладали такой привилегией - Геннадий Рождественский и однокашник Юрия Хатуевича - Марис Янсонс. Тогда любили, чтобы музыканты - как и все остальные - работали дома и выезжали за рубеж, только пройдя вереницу инстанций, от районной комиссии старых большевиков до выездной комиссии ЦК КПСС.

К 14 декабря 2013 года для участия в праздничном концерте, посвященном 75-летию маэстро Темирканова и 25-летию его работы с заслуженным коллективом России, академическим симфоническим оркестром Санкт-Петербургской филармонии в качестве художественного руководителя и главного дирижера, сборную солистов, друзей и соотечественников юбиляра, пришлось собирать из разных стран. Даже те из них, такие как Наталия Гутман, Юрий Башмет или Денис Мацуев, кто постоянно живет в России, давно уже стали гражданами мира. Чего говорить о Марисе Янсонсе, который много лет возглавляет один из лучших оркестров Европы - амстердамский Концертгебау, или о Вадиме Репине, которому бельгийская королева даровала бельгийское гражданство, - с ним он живет то в Швейцарии, то в Италии. Если посмотреть на программу ставшего уже традиционным фестиваля "Площадь искусств" (нынешний - четырнадцатый по счету), то мы увидим множество фамилий наших соотечественников, давно поселившихся за рубежом - от берлинца Айдара Гайнуллина до ньюйоркца Борислава Струлёва, - Денис Мацуев порой собирает их тогда, когда хочет удивить публику джазовыми импровизациями.

Все значительные российские дирижеры возглавляют, как правило, по два оркестра - один дома, другой - за рубежом

Сегодня никто не делает проблему из того, что Алексей Ратманский приезжает из Копенгагена на работу в Большой театр, а после этого становится руководителем балета в Нью-Йорке. Все значительные современные российские дирижеры возглавляют, как правило, по два оркестра - один дома, другой - за рубежом. И это в лучшем случае. Бывает, что одновременно работают и в четырех коллективах сразу. Российские музыканты, танцовщики, певцы, дирижеры - за минувшую четверть века заново завоевали мир. Если в советскую эпоху каждый оставшийся за рубежом мастер становился врагом Отечества, навсегда лишался возможности возвращения на Родину, то сегодня все изменилось кардинальным образом. Пришло понимание того, что влиять на мировую культуру можно и нужно не только из метрополии, изредка (или даже часто) выезжая оттуда на гастроли. Уверен, что недавно ушедший от нас Владимир Крайнев за четверть века своего профессорства в Ганноверской Высшей школе музыки и театра оказал куда как большее влияние на немецкую и даже европейскую пианистическую школу, нежели это могли сделать любые самые именитые гастролеры, часто приезжающие в ФРГ.

Мы нередко, и вполне естественно, сетуем на то, что знаменитые музыканты, танцовщики, хореографы или художники покидают Россию. Сегодня они делают это чаще всего потому, что ищут новые пространства для самореализации. Это характерно для творческих людей во все времена. Не будь такой потребности у француза Мариуса Петипа, к примеру, - русский балет развивался бы каким-то иным и, быть может, не столь победительным образом. Важно, что наши соотечественники, как некогда И.С. Тургенев, И.Е. Репин или И.Ф. Стравинский, открывают миру великое достоинство и высочайший класс российской культуры в своей повседневной творческой жизни. Через свое искусство они раскрывают жизнь России в ее многообразии и глубине. И на чужбине ни не перестают быть представителями русского мира.

Мы должны понимать. что влияние невозможно без присутствия. Живого, органичного и - постоянного

Я вовсе не склонен разбрасывать камни. Напротив, очень важно, чтобы у нас дома было как можно больше талантливых, ярких мастеров, которые создают настоящую творческую среду, немыслимую без их присутствия. Без них не на кого равняться. Не всегда их места занимают люди равные по таланту, чаще - середняки, что пагубно влияет на среду в целом. Но в то же время мы должны понимать, что влияние невозможно без присутствия. Живого, органичного, естественного и - постоянного. Загляните в крупнейшие музеи старого зарубежья, - вы не найдете там серьезных собраний русского искусства. Разумеется, есть исключения, связанные с историческими трагедиями или курьезами, но их крайне мало. Как правило, мы не продавали русского искусства за рубеж - и потому его там плохо знают. У каждого московского или петербургского мальчишки, если он хоть раз был в Эрмитаже или в Пушкинском музее есть свое любимое полотно Рембрандта или Рубенса, - и эти детские воспоминания мы храним всю жизнь. Таких воспоминаний о русском изобразительном искусстве за пределами нашего Отечества, даже там, где знают Толстого и Достоевского, как правило, не существует. Представьте себе, чтобы французы отказали С.И. Щукину и И.А. Морозову в покупке картин импрессионистов, а русские императоры не проявили интереса к нидерландскому или фламандскому искусству. Какое бы было у нас, россиян, сегодня представление об истории мировой живописи?

Взаимодействие культур во все времена было связано не только с обменом произведениями художественного творчества. Живой контакт деятелей искусств друг с другом и международной публикой всегда был непременным условием плодотворности этого взаимодействия. Всемирная отзывчивость русского искусства - это ведь не пустая абстракция. Это напряженная, полная высокой страсти творческая жизнь людей, умеющих говорить с небесами.

Культура Колонка Михаила Швыдкого
Добавьте RG.RU 
в избранные источники