Новости

10.01.2014 00:18
Рубрика: Наука

Как по-русски "демократия"?

Социологи выяснили, зачем россиянам нужны конституционные права и гражданское общество
Зачем нам демократия? Попробуйте задать этот вопрос "среднему россиянину" (он же "простой обыватель" или "человек с улицы"). Ответ наверняка будет приправлен изрядной долей патетики, и услышите вы самое разное: от "как это зачем?! Конституция гарантирует!" до "Сталина на нас нету!". Однако к истине все эти восклицания приблизиться не особенно помогают. Что в России подразумевают под словом "демократия" и в каком качестве она нам больше всего требуется, попытались без лишних эмоций выяснить ученые Института социологии РАН. Оказалось, что демократия нам очень даже нужна. Отказываться от нее мы не намерены. При одном условии: если это не просто пустые лозунги, а то, что в силах действительно "изменить жизнь" к лучшему.

Политика: демо-версия

"Демократия" - это, как известно, в переводе с греческого "народовластие", участие широких масс граждан в управлении государством. Другой вопрос, как именно такое участие происходит в реальности. Люди среднего и старшего поколения хорошо помнят времена, когда граждане бурно обсуждали политические события, "выходили на площадь", вставали живым кольцом и останавливали танки. Всплеск гражданских чувств вскоре сменился апатией, и эксперты на все лады стали твердить об "отчуждении общества от политики" и о его "глухой самообороне" - "пусть эти, там, наверху, сами все делают и решают". Сейчас маятник снова в движении. Только часы уже другие, и время ушло далеко вперед. К демократии и способам ее достичь граждане относятся совсем иначе, нежели двадцать или десять лет назад.

Нельзя сказать, что россияне так уж сильно политизированы: в той или иной степени интересуется политикой 51% граждан, равнодушны к ней 42%, еще 7% затруднились ответить. При этом в группе "политически грамотных" лишь 13% "безусловно" проявляют интерес к этой сфере жизни общества, остальные 38% следят за ней от случая к случаю. У 40% россиян нет знакомых, чьему мнению о политике они доверяют. 38% сказали, что таких людей рядом с ними "единицы", и только 14% россиян имеют немало таких знакомых.

Общий уровень политической активности граждан, по данным социологов ИС РАН и ВЦИОМ, пока не растет - несмотря на периодические всплески во время выборов или под влиянием острых локальных конфликтов. Разве что в 2012 году доля тех, кто не участвует в выборах, сократилась с 64% до 42%. Но связано это было с президентской кампанией: выборы такого уровня россияне все-таки не пропускают. Если же говорить о тенденциях, то сейчас, по данным исследований, выросло число граждан, которые вообще не ходят на выборы. Именно такое неучастие, а не протестное голосование, как раньше, становится для них способом высказать свое недовольство.

А все прочие формы политической активности граждан, без которых западные страны свою жизнь просто не мыслят - профсоюзы, подписание коллективных петиций, разнообразные общественные организации, домкомы, кооперативы или религиозные общества, - в России практически не работают. В их деятельности участвуют по 2-5% россиян, не более того. Разве что ради коллективного благоустройства своего подъезда, дома, двора или детской площадки случалось встать с дивана и выйти на субботник 15 процентам россиян, а в сборе вещей и денег для пострадавших от терактов, стихийных бедствий или тяжелых болезней проявили себя 9% опрошенных.

Треть наших сограждан (32%) ни в какой политической или общественной активности замечена не была, не состояла и не участвовала. Почему? Более четверти (27%) россиян уверены, что "мое участие все равно ничего не изменит", еще 30% это попросту "неинтересно". 20% ссылаются на занятость работой, учебой или домашними делами, 12% думают, что "политикой должны заниматься профессионалы", и точка. 7% называют любую политику "грязным делом" и заранее брезгуют ею, даже ради благой цели.

По 6% либо не доверяют никаким общественным и политическим организациям, либо перекладывают всю ответственность лично на президента - "он сам решит все проблемы в стране". Позиция удобная, но есть в ней достаточная доля лукавства. Дело не в доверии или недоверии - просто, отмечают социологи, граждане не видят в общественно-политической деятельности особого смысла или перспектив: ни карьеру не сделаешь, ни денег не заработаешь, ни в глазах окружающих себе веса не добавишь. А чистых альтруистов у нас мало. Даже в церковном приходе люди никак себя не проявляют (каждый десятый что-то делает там "от случая к случаю", 94% игнорируют вообще). Что уж говорить об обществах потребителей, экологических организациях или "кружках по интересам".

В непрошибаемой стене равнодушия граждан к политике появились отдельные трещины и смотровые глазки

По справедливости

Неужели правы те, кто говорит, что "Россия в демократию уже наигралась" или вообще "демократии не заслужила"? Нет, говорят социологи. Если люди разочаровались в демократических институтах общества (например, в избирательной системе, профсоюзах или общественных организациях), это вовсе не означает, что ценность для них потеряла демократия как таковая. Россияне по-прежнему дорожат своими демократическими правами и свободами, и "похороны" идеи народовластия явно преждевременны. А при анализе данных опросов важно видеть то, что стоит за рядами цифр в таблицах.

С одной стороны, 63% россиян считают, что ради "порядка в стране" можно поступиться некоторыми правами и свободами ее граждан. Они сторонники скорее "сильной руки", чем принципа "разрешено все, что не запрещено". Тех, кто ни при каких обстоятельствах не готов отказаться от политических свобод, почти вдвое меньше - 37%. Но надо помнить, что современная Россия - это классический образец "общества риска". Люди принимают как должное те свободы и права, которые они получили (свободу передвижения, владения собственностью, неприкосновенности частной жизни, политического выбора и пр.), но при этом боятся опять стать жертвой шоковых реформ и дефолтов. Они убеждены, что государство должно быть "сильным", заботиться о гражданах и обеспечивать им все гарантированные Конституцией права... плюс жестко "наводить порядок" и "кое-кому воли не давать". Авторитаризма, цензуры, полицейщины россиянам не надо - им важны "справедливость", "свобода", равенство всех перед законом и поддержка слабых. Чтоб было спокойно, как в советские времена, но без серой колбасы и железного занавеса. Чтоб был рынок, но если вдруг хозяин фабрики обанкротится - заботу о рабочих взяло на себя государство... И так во всем. Насколько одно сочетается с другим, люди не задумываются. А Запад с его либеральными рыночными моделями государственного устройства нам не указ - скорее пугало еще с 90-х годов.

Российская мечта стоит даже не на трех, а на двух китах - правовой защищенности и социальной справедливости: чтоб "закон был один для всех", но "никто не остался обижен". Порядок наводить нужно "по закону", считают граждане. Чем они моложе, тем чаще ценят именно политические права и свободы, а не стремление к "твердой руке": молодые россияне и люди со средними доходами говорили об этом в 40-45% случаев.

Самой острой проблемой для нашей страны становится чудовищный разрыв между бедными и богатыми. Пять-шесть лет назад его включали в число самых нетерпимых проблем 43% россиян, в 2013 году - уже 53%. По своей значимости эта проблема на 17 процентных пунктов опережает в глазах граждан противоречия между русским большинством и нерусскими диаспорами (несмотря на все бирюлевы и кондопоги вместе взятые). Видимо, именно за "равенство шансов" для бедных и богатых, за одинаковые возможности доступа к качественной медицине и образованию, за возможности влиять на принятие важных для страны решений без оглядки на толщину кошелька россияне и будут бороться в ближайшем будущем. Если смогут, конечно. Если найдут себе подходящих лидеров и "рупор".

Кстати, таким убежденным демократам совершенно не обязательно составлять в стране уверенное большинство, чтобы перемены действительно начались. Парадоксально, но факт.

Не миллионеры

Ленин когда-то говорил, что "политика там, где миллионы". Как и многие тезисы вождя пролетариата, этот лозунг тоже со временем устарел и потерял силу. Мы живем в эпоху "информационной реальности", когда благодаря электронным СМИ и интернет-технологиям даже самые небольшие группы активистов могут оказывать на жизнь страны очень заметное влияние. А снижение интереса к "большой политике", о котором свидетельствуют массовые опросы, сопровождается и процессами, вектор которых направлен в противоположную сторону. Например, в молодежной среде политическую окраску приобретают различные субкультуры и неформальные движения. Несистемная оппозиция, в которую входят известные писатели, музыканты, журналисты и другие публичные персоны, "по очкам" компенсирует спад чисто уличной протестной активности граждан. Есть и так называемые "движения одного требования" - с их деятельностью страна познакомилась во многом благодаря Интернету. Это те, кто воспротивился запрету на машины с правым рулем, люди, которые фиксируют на видеорегистраторы машин "произвол на дороге", обманутые дольщики, защитники архитектурного наследия... С одной стороны, чисто политических целей они не преследуют, на выборах не баллотируются. Но "овладеть умами", заставить власть вступить с гражданами в диалог и в конечном счете решить проблемы они могут достаточно быстро и эффективно.

Скептическое отношение к выборам, партиям, профсоюзам, масс-медиа и судебной системе россияне пока не преодолели. Тем не менее социологи отмечают, что в "непрошибаемой стене равнодушия" появились если не трещины, то хотя бы отдельные бойницы и смотровые глазки. Косвенное тому свидетельство - то, что граждане стали более информированными о происходящих в стране процессах и чаще выражают уверенность в том, что могут оказать на эти процессы влияние.

В хитросплетениях российской политики сегодня, по их словам, разбираются 40% россиян (в 2005 году так говорили только 33%). И наоборот - на 8 процентных пунктов (с 69% до 61%) сократилось число людей, которые считали, что у них нет и не будет возможности влиять на действия властей. Сегодняшняя цифра тоже немалая, но все же 30% россиян сейчас уверены, что могут подвигнуть власти на те или иные решения. А еще 21% знает, как именно заставить "этих наверху", услышать голос отдельных граждан. Хотя очередной парадокс - раньше каждый пятый (19%) считал, что "простым людям" незачем участвовать в политической жизни и текущих государственных делах, а сейчас таких уже четверть (25%). Соответственно сократилось число людей, которые видят смысл в участии "простых граждан" в политике и управлении страной. Не хотят, порой не видят смысла - но могут и чувствуют свою силу и, если понадобится, готовы ее применить по назначению. Еще один российский парадокс.

Сможешь выйти на площадь?

Если люди все-таки интересуются политикой и участвуют в ней, зачем им это нужно? - спрашивали социологи, невольно перефразируя Маяковского. Выяснились интересные вещи. По сравнению с 2005 годом мотивы таких активистов стали во многом иными. Существенно, почти вдвое (с 25 до 45%), выросло число людей, которые участвуют в политической жизни страны не ради личных интересов и даже не в пику властям, а во имя общего блага, "чтобы изменить жизнь к лучшему". В этом хорошо видна разница с недавними временами, когда достаточно многие участники массовых акций надеялись "закрепиться" в тех или иных структурах, сделать карьеру и т.п. Втрое меньше стало тех, кто таким образом решил "подработать" (6% и 2% соответственно). Не изменилось число тех, кто пошел в политику "за компанию" с друзьями (7%), и лишь один из сотни респондентов-активистов делал это под давлением извне.

Больше интересоваться политикой стала молодежь. В 2007 году об этом говорили социологам 27% россиян в возрасте от 18 до 24 лет, сейчас - уже 37%. В когорте 25-34-летних картина схожая: 37% и 46% соответственно. Доля "политических пофигистов" в среде молодых россиян сократилась на 10-11%. Да и старшее поколение не отстает: интерес к политике проснулся у 63% (против 47% в 2007-м).

Когда демократию человеку "подарили", он относится к ней без священного трепета и не слишком ею дорожит

По мнению социологов, во многом активность сегодняшней молодежи связана с тем, что она хочет, но пока не может изменить несправедливый к ней мир. В отличие от тех же США, где заработная плата работников растет вплоть до пенсионного возраста, у нас заработки людей достигают своего пика годам к 35,а дальше - потолок, об который можно биться головой до той же самой пенсии. Особенно часто подобное ощущение возникает у представителей так называемого "креативного класса": благополучным, квалифицированным, полным сил людям некуда двигаться вверх по карьерной лестнице: "социальные лифты" закупорены, все места уже заняты. Сложно приходится и совсем молодым россиянам, которым крайне сложно найти постоянную и стабильную работу - поэтому они "по-бразильски" перебиваются случайными и краткосрочными заработками. Это особенно характерно для Москвы и других мегаполисов, где значительную часть молодежи составляют приезжие, а всяческие "нестандартные" формы занятости уже воспринимаются как норма трудовых отношений.

Явка на выборы в последние годы вызывала изрядное злорадство экспертов и горькие стенания политтехнологов, настолько низкой и нестабильной она порой оказывалась (исключение на общем фоне составляла только президентская кампания). Однако опросы зафиксировали сейчас пусть очень слабый, но все-таки рост интереса граждан к выборам. Из тех россиян, кто напрямую был связан с проведением и организацией предвыборных кампаний, 13% готовы сейчас выдвигаться в депутаты, 14% - войти в состав избирательных комиссий, 10% - работать агитаторами и сборщиками подписей. Но больше всего - до 16% - выросло число тех, кто готов работать на выборах наблюдателями. Число таких желающих втрое больше, чем количество граждан, уже имеющих подобный опыт. Надо при этом учесть, что наблюдатели - чистой воды волонтеры, денег им не платят, карьерных перспектив не дают.

Баллотироваться же на выборах чаще других хотят молодые люди до 34 лет, жители крупных и, наоборот, малых городов. А вот обитатели столиц во власть не рвутся, зато каждый пятый активист (21%) готов ее по мере сил контролировать.

17% россиян готовы сейчас работать в политических организациях (9% - в оппозиционных, 8% - в провластных). На вопрос "сможешь выйти на площадь?" 13% россиян отвечают "да" и хотя бы на словах выражают готовность "в случае чего" принять участие в массовых акциях. Петиции и обращения при необходимости подпишут (по их словам) 15% россиян. Особенно активны москвичи, среди которых каждый четвертый демонстрировал готовность к политической мобилизации - в основном, правда, протестную.

Но главный вопрос - ради чего люди сейчас способны преодолеть апатию и неверие, забыть про свои дела и все-таки вспомнить, что политика и "власть народа" - вещи взаимосвязанные?

По мнению социологов ИС РАН, вряд ли политическую активность разбудит новая волна экономического кризиса: каждый будет переживать его самостоятельно. Не слишком обоснованны надежды оппозиционных партий на то, что "народные массы" горой встанут за их кандидатов на предстоящих выборах 2014-2015 гг. Есть вероятность того, что своих целей добьются различные "движения одного требования", но, как обычно, едва задача будет выполнена, рассыплется и связанное с ней сообщество "братьев и сестер по несчастью".

А вот по-настоящему зацепить и сплотить россиян вне зависимости от их достатка, возраста и места жительства может, по наблюдениям социологов, лишь одно: страх за настоящее и будущее детей. Россия - страна необычайно чадолюбивая, и в этом мы уступаем разве что Японии или Израилю, и то не слишком. Поэтому все, что так или иначе затрагивает этот болезненный вопрос, общество всегда подхватывает на щит. В этом отношении мину замедленного действия, предупреждают социологи, можно считать заложенной в ходе реформы системы образования и "оптимизации" всего, что имеет отношение к интеллектуальной деятельности - от детских садов до Академии наук. Правда, и здесь дело скорее всего не дойдет до масштабных и хорошо организованных массовых выступлений: люди слишком привыкли к закону джунглей - "каждый сам за себя" (именно так он сформулирован у реалиста-Киплинга, а не в добром советском мультике про "мы с тобой одной крови"). Кстати, в России за последние годы резко сократилось число забастовок (с 6 тысяч в 2004 году до примерно 200 в 2012 г.). Этому способствовало и принятие нового Трудового кодекса, который делает практически нереализуемым право на забастовку в легальной и законной форме. Но и в мирных акциях гражданского неповиновения или несанкционированных митингах сейчас готовы участвовать в несколько раз меньше россиян, чем раньше: во-первых, за такие акции можно получить реальный штраф или тюремный срок. А во-вторых, люди накопили за годы реформ личный опыт выживания в экстремальных условиях и видят, что митинги и забастовки в таких случаях мало что дают.

Вряд ли к подобным выступлениям присоединятся и ведущие политики. В ближайшем будущем социологи предсказывают разве что спонтанные выплески социальной агрессии в провинции, где до властей иначе не достучишься, и активизацию городских жителей, связанных социальными сетями. Гражданское общество еще долго будет определять для себя, что такое демократия, в какой форме она для него наиболее приемлема и как ее следует использовать на общее благо. Но когда-нибудь все же научится - другие страны тому убедительный пример.

Комментарий

Итоги исследований комментируют директор Института социологии РАН, академик РАН Михаил Горшков и руководитель Центра комплексных социальных исследований ИС РАН Владимир Петухов.

В России слово "демократия" понимают довольно специфически. А переводится ли оно вообще на русский без потери смысла?

Михаил Горшков: Понимаю вашу иронию, но отвечу без игры словами. Демократические права и свободы представляют для нас не меньшую ценность, чем для граждан западных стран. И мы, и они к демократии шли долго, победы чередовались с поражениями. Если права завоеваны, по доброй воле от них не отказываются. Вопрос несколько в другом. В любой стране (на Западе не меньше, чем у нас) - демократические институты всегда подвергаются жесткой критике. Именно она и позволяет демократическим системам не потерять способности к совершенствованию и развитию. Должен заметить: критики никогда не ставят под сомнение то, что демократия для современного общества - системообразующий фактор. Другое дело, что в России о демократии заговорили в 90-х годах, сравнивая эффективность советского режима и западных государств с точки зрения социальных гарантий и экономического развития. Как только выяснилось, что сама по себе демократия не гарантирует быстрого роста жизненного уровня и не спасает от бюрократического произвола, люди сильно разочаровались в "российской версии" демократических институтов. Но спросите их, готовы ли они отказаться от свободы слова и передвижения, от права выбирать политических лидеров, исповедовать любую религию или быть неверующим - и ответ можно предсказать заранее. Поэтому если говорить о русской версии слова "демократия", то под этим сейчас подразумевается не гражданская активность, а скорее демократия "равных возможностей" во всех сферах жизни. Чтобы стали менее резкими социальные неравенства, чтобы закон был "справедливым" и одним для всех, чтобы политику могли бы вершить не "элита", как сейчас, а более широкие слои населения...

Владимир Петухов: Надо также понимать, что нашим гражданам (в отличие от тех же американцев) демократию "даровали" свыше. К ней у нас нет, как в США, эмоционального, бережного, почти религиозного отношения как к величайшей ценности, завоеванной обществом. Именно поэтому большинство россиян довольно спокойно воспринимают "свертывание" некоторых завоеваний демократии (например, в избирательной сфере) - тогда как на Западе подобное "ущемление прав и свобод" вызвало бы бурю возмущения. В начале 2000-х люди считали, что повышение уровня жизни и "спокойствие" важнее. Сейчас ситуация меняется. Хотя большая часть населения остается политически индифферентной, возникают новые и весьма эффективные формы гражданского участия в жизни общества.

Через Интернет?

Владимир Петухов: В том числе. Современные информтехнологии все чаще выполняют роль альтернативы традиционным политическим институтам. Правда, некоторые эксперты видят в этом и опасность - например, появление "нового деспотизма", имитации участия в политике, манипуляций с общественным мнением. Но так или иначе, на сегодня ежедневно пользуются Интернетом 71% россиян от 18 до 24 лет, две трети жителей Москвы и Санкт-Петербурга - и лишь от пятой части до трети людей старшего возраста и тех, кто живет в небольших поселениях. Возможно, что со временем к другим российским "линиям разлома" добавится и пропасть между молодыми образованными горожанами и остальной страной. Активные пользователи Интернета имеют более либеральные взгляды, более критичны, хорошо осведомлены о политических событиях и достаточно активны.

В каком направлении будет развиваться наша демократия?

Владимир Петухов: Пока об этом сказать трудно: она еще толком не сформировалась. Связка между экономическими и политическими интересами возникает, когда запросы отдельных групп становятся значимыми для всего общества. Этого в России не видно, даже когда затронуты коренные социально-экономические права людей. Крайне слабо выражена общественная солидарность, абсолютно закрытым и непрозрачным остается корпоративный сектор рынка труда - в основном за счет "сращивания" крупного бизнеса и властных структур. Когда конфликты все-таки выплескиваются наружу, как это было в том же Пикалево, "разруливать" их приходится первым лицам страны, что явно ненормально для демократического государства.

Михаил Горшков: В обозримом будущем, скорее всего, мы будем наблюдать спад протестной активности при одновременном росте гражданских, волонтерских форм участия граждан в жизни общества или (несколько реже) - спонтанные выплески социальной агрессии в тех случаях, когда "достучаться" до властей граждане иначе не смогут. На повестке дня стоит главный вопрос: как сделать так, чтобы гражданское общество могло влиять на государство и на равных взаимодействовать с ним? Одни эксперты считают, что для этого общественники должны пойти во власть, особенно на местном уровне. Другие - что, наоборот, назрел решительный "развод" гражданских структур и государства. Как ни парадоксально, но власть тоже вовсе не против переложить ответственность за решение острых проблем на "общественников" и таким образом разделить ее с нынешними критиками. Но "живое творчество масс" государственную машину подменить не может и не должно, да и подобные вещи не делаются "на общественных началах". Важно, чтобы не возникали конфликты при разделе сфер влияния и каждый занимался своим делом. Гражданское общество может вынудить власть выполнять ее прямые обязанности и избегать злоупотреблений. Но нельзя, как это делают многие гражданские активисты, и нарочито отстраняться от выборов и других легальных методов парламентской демократии.

Справка "РГ"

Исследования проводились рабочей группой ученых Центра комплексных социальных исследований Института социологии РАН под руководством В.В. Петухова.

Последние новости