Новости

Был один процент из ста за то, что он выживет. Но израильские врачи сумели спасти его. Как это удалось?
В Харькове 28 апреля было совершено покушение на мэра города Геннадия Кернеса. Во время привычной пробежки убийца выстрелил ему в спину. Пуля повредила почти все внутренние органы и позвоночник. Врачи из харьковского Института хирургии сделали экстренную операцию. Но его состояние было настолько тяжелым, что родственники обратились за помощью к друзьям в Израиль.

Сегодня опасности для жизни Геннадия Кернеса нет, говорят врачи. В этом, отправившись в Хайфу, убедился специальный корреспондент "РГ".

Обед у моря

В VIP-палате Геннадия Кернеса (две комнаты и "удобства") многолюдно. Рядом с ним жена Оксана, двое сыновей, медбрат, врачи. У дверей массивный охранник, израильтянин по имени Олег, еще какие-то люди. Сам пациент сидит в удобном кресле с различными приспособлениями, укутанный простыней, как римский сенатор тогой, под рукой телефон. Что думает о своем втором рождении, о врачах?

- Что должен думать человек, который в такой сложной жизненной ситуации остался жив благодаря в первую очередь врачам и, конечно, Богу? - отвечает вопросом на вопрос. - Я не знаю, что они тут сделали, но я сегодня живой. Говорят, случай уникальный, что мало кто остается жить после таких ранений, но мне выпала честь остаться живым. Не знаю, что еще предстоит, пока преодолел, что сумел. И буду делать все, чтобы победить проблемы, которые еще есть.

- Говорят, что вы уже начали работать, руководить городом?

- Это, может быть, громко сказано, но я на самом деле стараюсь работать пока в телефонном режиме и с помощью других коммуникаций. Надо, конечно, более полноценно, но для меня сейчас все стороны моего быта и жизни очень важны. Поэтому, уделяя внимание одному, стараюсь не забывать о другом.

Программа реабилитации по-израильски - это весь день различных процедур и манипуляций. Сеансы в барокамере для обеспечения нормальной оксигенации (снабжения кислородом) пострадавших органов, электростимуляция спинного мозга, физиотерапия, пассивная гимнастика, чтобы суставы не потеряли амплитуду движений от неподвижности. Плюс три занятия в день по полтора часа - обучение навыкам самообслуживания: перемещению с койки на каталку и в кресло и обратно, одеванию, гигиеническим процедурам.

Постепенно к пострадавшим от ран периферическим нервам возвращается чувствительность, а значит, и боль. Но адекватное обезболивание не позволяет ей разгуляться. А вот пациенту гулять непременно нужно - уже несколько раз Геннадия Кернеса вывозили обедать на берег моря. Оно тут рядом: спустился с горы Кармель - и ты уже на пляже.

Доктор Рома


Доктор Роман Барак организовал эвакуацию и лечение Геннадия Кернеса в Израиле. Фото:Татьяна Батенева / РГ

Доктор Роман Барак элегантен, как оперный баритон, нежен, как пирожное безе, и властен, как царь Давид. Собственно, именно так - "Кинг Дэвид" - называется отделение реабилитации для VIP-пациентов клиники Элиша, в котором сейчас находится Геннадий Кернес. А организовал и провел всю уникальную операцию по эвакуации раненого и его лечению в Израиле доктор Роман Барак, главный врач медицинского центра Хорев.

Он стремительно пролетает по отделениям, отдавая распоряжения персоналу, то рассказывая анекдот, то приобнимая одного пациента за плечи, то шепча что-то на ухо другому, попутно накоротке проводя консилиум по поводу замены препаратов больному... Некоторые из постоянных пациентов фамильярно называют его Ромой, но его это, видно, не смущает. У него замысловатая биография: четыре курса Ташкентского мединститута, университет в Афинах, работа в Нью-Йорке, четыре врачебных специальности, пятеро детей и обожание персонала и пациентов.

- Когда мы забирали пациента из Харькова, многие, наверное, покрутили пальцем у виска, - рассказывает доктор Барак. - Был один процент вероятности, что он выживет. Огромная кровопотеря, проникающее ранение грудной клетки, обоих легких, два разрыва диафрагмы, разрывы печени, селезенки, желудка, кишечника, брыжейки, сальника, почки, контузия позвоночника в двух местах - с такой мультиорганной травмой выживают немногие. Важно было, что харьковские хирурги сразу же выполнили экстренную операцию, остановили кровотечение в брюшной полости.

В полете все три часа специалист по транспортировке в условиях реанимации профессор Ами Майо продолжал лечение Кернеса. А прямо с самолета тот поступил в операционную больницы Рамбам. Здесь сначала сделали операцию на уровне четырех позвонков - грудных и поясничных, поврежденных выстрелом. Заведующий отделением нейрохирургии профессор Менашем Заарур восстановил твердую мозговую оболочку, обеспечив герметичность позвоночного столба и нормальную циркуляцию ликвора - спинномозговой жидкости. На следующий день была выполнена операция на грудной клетке и полная ревизия брюшной полости. В общей сложности операции длились 18 часов.

Через четверо суток Кернеса сняли с аппарата искусственной вентиляции легких, вывели из медикаментозного сна и отправили на реабилитацию.

Встретимся в лобби

Почти на пляже, прямо у моря, стоит и тысячекоечная государственная больница Рамбам, где Кернеса оперировали. Одна из специализаций Рамбама - экстренная помощь при травме.

На первом этаже ничто не напоминает о больнице, кроме редко попадающихся навстречу людей в медицинской униформе. От входа - просторное фойе с современной скульптурой, много света. Потом неожиданное огромное лобби, как в большой гостинице, в котором есть обычный универсам, книжный магазин, аптека, кафе, какие-то торговые развалы. Сюда можно спуститься с любого этажа, отвлечься, купить что-то нужное или ненужное. Кстати, такой же трехэтажный торговый комплекс есть и в здании медцентра Хорев.

Больницей не пахнет ни в коридорах Рамбама, ни даже в палатах. Отделка светлая, но не казенная, тоже напоминает хорошую гостиницу. В открытые двери палат видны койки с пациентами, возле них родственники или друзья. Разговаривают громко, никто никого не гонит, не шикает.

Здесь работает профессор Ран Кремер - один из тех, кто участвовал в спасении Кернеса, сначала в самолете, летевшем из Харькова, затем в операционной.

- Пациенту была выполнена торакоскопия (операция на грудной клетке без разреза. - Авт.), - охотно поясняет он. - Моя задача заключалась в том, чтобы удалить сгустки крови, образовавшиеся в грудной клетке, и дать возможность сдавленному правому легкому расправиться. Подобные операции не редкость для нашей клиники, однако этот пациент находился в очень тяжелом состоянии из-за большой потери крови и шока. Операция прошла успешно, а дальше все зависело от реанимации. И доктор Женя справилась со своей задачей великолепно.

Женя из Киева

Доктор Женя - это заведующая реанимацией нейрохирургического отделения Евгения Махамид, украинка из Киева. Студенткой вышла замуж за однокурсника, араба из Израиля, и после окончания Киевского мединститута в 1980 году вместе с маленьким сыном и мужем приехала на его родину. Реаниматология - одна из самых тяжелых специализаций в медицине, но хрупкая женщина сделала в ней профессиональную карьеру. Так что судьба необычная, но вполне успешная. Сейчас лишь не отпускает тревога за родных в Киеве.

Мы сидим с ней в кафе на главной улице Хайфы, проспекте Бен-Гуриона. Вечер пятницы, кругом беззаботные люди, музыка, смех. А доктор Женя увлеченно рассказывает о том, как в Израиле организовано донорство органов. Оказывается, здесь в половине случаев родственники людей, погибших от смерти головного мозга, дают согласие на изъятие органов для спасения какого-то совсем чужого им человека или даже нескольких людей.

- А как выглядит карточка донора? - интересуюсь я.

И доктор Женя молча достает из сумочки небольшую пластиковую карточку с надписью на иврите - свою собственную.

Налог на здоровье

Система здравоохранения в Израиле смешанная - государственно-страховая. Все израильтяне старше 18 лет платят со своих доходов или пенсий и пособий специальный налог на здоровье (мас бриют). Все с рождения состоят в одной из четырех больничных касс. По программе государственного страхования получают определенный базовый набор медицинских услуг. Но если хотят расширить его, оформляют дополнительную страховку.

Система расчета платежей сложная, но, судя по рассказам израильтян, обязательное плюс дополнительное страхование обходятся примерно в 5 процентов от дохода. Каждая больничная касса имеет свои поликлиники, стационары и сеть частных врачебных практик. Для членов кассы вся помощь в них бесплатна, как экстренная, так и плановая. Но на плановые операции, особенно сложные, очередь иногда приходится ждать месяцами, есть и бюрократические препоны. И если не хочешь долго ждать, можешь заплатить дополнительно, и операцию сделают срочно те же врачи, только в свое нерабочее время, сверхурочно. Деление медицины на обычную и высокотехнологичную израильтянам непонятно - она вся на уровне самых новых технологий.

Экзамен экзаменов

Профессиональный уровень израильских врачей очень высок. В 80 - 90 годы прошлого века в государственной медицине работали всего 5000 врачей. В то время сюда приехали около 35 тысяч врачей с советскими дипломами. Их необходимо было подтвердить, сдав специальный экзамен. Осилить письменный экзамен из 220 вопросов смогли не более 5 - 6 процентов. Между прочим, тогда все тот же неутомимый доктор Барак написал пособие и создал учебный курс по подготовке к квалификационному экзамену.


Первый этаж больницы Рамбам похож на лобби современной гостиницы и совсем не похож на больницу. Фото: Татьяна Батенева / РГ.

- Русскоязычные медсестры и врачи в определенный момент выручили израильскую медицину, - признает доктор Барак. - Они брали на себя самую тяжелую работу в приемных покоях больниц, в поликлиниках. А сейчас мы подходим ко второму кризису, когда медперсонала не хватает, но таких врачей и медсестер взять уже неоткуда.

Израильские больницы оснащены всеми современными приборами, которые обновляются каждые два года, за исключением самых дорогих типа ядерно-магнитно-резонансных томографов, которые служат до пяти лет. Но все оборудование эксплуатируется нещадно в круглосуточном режиме. И когда они видят в России простаивающее дорогое оборудование, изумлению нет предела: зачем тратить такие деньги, если они не работают?

Медицинский туризм

Хорошие врачи есть в любой стране. Но быстро поставить диагноз и успешно выполнить сложную операцию - это еще полдела. Вторая половина - выходить, поставить на ноги после этого. И тут израильтянам, может быть, нет равных. Неслучайно сюда из России, и не только, течет большой поток "медицинских туристов". Наших привлекают и сравнительно с Европой или США низкие цены, и сервис, и то, что везде понимают и говорят по-русски. Особенно много онкологических больных - результаты лечения рака здесь выше, чем в других странах. И нет понятия "бесперспективный больной". Ни социальное положение, ни регалии, ни национальность, ни вероисповедание пациента тут никого не волнуют. К примеру, сейчас в Израиле принимают много раненых из Сирии, опять же без широкой огласки.

Общаясь с настоящими врачами, понимаешь, что на самом деле главное противостояние в мире идет не между правыми и левыми, красными и белыми, восточными и западными. Главное противостояние всегда и сегодня между теми, кто пытается уничтожить жизнь, затоптать, выжечь, убить, унизить. И теми, кто ее спасает и охраняет, борется за каждый ее год, день, час, за каждую минуту.

Судя по тому, что мы, люди, живем, дышим, растим детей, до сих пор побеждали вторые. Ни секунды не сомневаюсь, что они будут побеждать всегда.

Евкуров помнит спасших его врачей

Конечно, в Израиле находишься под большим впечатлением от увиденного. Но ведь и нашим российским врачам не раз приходилось спасать жизнь пострадавшим от терактов, различных катастроф, и они тоже оказываются на высоте. Коллеги напомнили, как врачи Института хирургии им. Вишневского спасали президента Республики Ингушетия, Героя России Юнус-Бека Евкурова. И я поехала в институт пообщаться с врачами.

22 июня 2009 года в президентский кортеж, проезжавший по городу Назрани, неожиданно въехала "Тойота", которая тут же взорвалась рядом с автомобилем президента. Один из охранников погиб на месте, Евкуров и двое его сопровождавших получили ранения различной тяжести.

У Юнус-Бека Евкурова были множественные травмы: перелом ребер справа, черепно-мозговая и челюстно-лицевая травмы, травма мягких тканей и печени, ожоги различных участков тела. Его состояние оценивалось как тяжелое. Экстренную операцию выполнили хирурги республиканской больницы, по оценкам столичных коллег, сделали все отлично.

Затем президент Евкуров был доставлен в московский Институт хирургии им. Вишневского. Спустя несколько дней здесь врачи совместно с челюстно-лицевыми хирургами из Главного военного госпиталя им. Бурденко сделали еще одну операцию, которая также прошла успешно. Одновременно проводилось лечение ожогов и других травм.

- Юнус-Бек Баматгиреевич запомнился нам как человек необычайного мужества и высокой интеллигентности, - вспоминает его лечащий врач, заведующий отделением общей абдоминальной хирургии профессор Андрей Кригер. - Он никогда не жаловался, терпеливо переносил боль. Когда покидал институт, всех поблагодарил за руку - от профессоров до санитарок, одарил цветами. Не забывает поздравлять нас с праздником 23 февраля, всегда присылает именные телеграммы.

Вспоминают в институте и тот день, когда спустя несколько месяцев после выписки Юнус-Бек Евкуров появился там в сопровождении охранников, которые несли огромные корзины с фруктами для сотрудников.

Глава Республики Ингушетия ответил на вопросы корреспондента "РГ".

Насколько тяжелым было ваше состояние после теракта?

Юнус-Бек Евкуров: Врачи Института хирургии имени Вишневского, без преувеличения, вытащили меня с того света, совершили чудо. Я себя вообще никак не ощущал, долгое время находился в состоянии небытия. Несмотря на серьезность ранений, меня поставили на ноги всего за два месяца. За время армейской службы я привык к испытаниям. Но несколько недель лежать без движения, пока надо мной "колдовали" врачи, признаюсь, было тяжело. Зато сегодня я жив-здоров, выполняю все физические упражнения, которые выполнял до теракта, опять же голова в порядке (смеется). Все это говорит о высокой квалификации докторов, которые меня лечили. Это профессионалы с большой буквы.Академик Владимир Дмитриевич Федоров - к сожалению, уже ушел из жизни, его сын Андрей, офтальмолог академик Лариса Константиновна Мошетова. Стараюсь поддерживать с ними связь, преклоняюсь перед ними, это медики от Бога.

Сейчас в Госдуме обсуждается вопрос о запрете российским чиновникам лечиться за рубежом. Как считаете, это правильно?

Юнус-Бек Евкуров: С одной стороны, его можно поддержать, с другой - надо сначала улучшить отечественное здравоохранение. Оно сегодня успешно развивается. В свое время Татьяна Голикова, а сейчас Вероника Скворцова много сделали по улучшению материально-технической базы здравоохранения, это видно и по медучреждениям Ингушетии. Раньше немало жителей республики лечились за ее пределами, теперь большинство обращаются за врачебной помощью в республиканские больницы. Но все-таки не только чиновникам, но и простым гражданам еще приходится по объективным причинам выезжать на лечение за рубеж. Ничего плохого в этом не вижу. Нет возможности поставить человека на ноги в России - значит, нужно искать другие пути. Хотя знаю немало случаев, когда иностранцы обращались к российским докторам.

А вопрос лечения за границей отечественных чиновников, тем более губернаторов, должны принимать представители президента в федеральных округах в случае, если в России не могут оказать необходимую помощь.В целом лучше лечиться дома, знаю это по собственном опыту. Особенно тем руководителям, которые отвечают за отечественную систему здравоохранения.Тогда, без шуток, в российской медицине будут более грамотные специалисты.

Последние новости