Новости

Почему наш средний класс никак не может озолотиться или забронзоветь
Есть ли в России средний класс? Пока ученые спорят об этом, достаточно зайти в пятницу вечером в крупный, не слишком дорогой и не слишком дешевый, супермаркет (того самого "среднего класса"), встать накануне майских в очередь на погранконтроль в Шереметьево или попытаться припарковать машину в местах густого скопления разнообразных офисов.

Средний класс в России вырос и выжил, невзирая на все дефолты, кризисы и разнообразные реформы. На этом Марсе жизнь определенно есть. Вопрос в другом - какая?

Ученые Института социологии РАН провели очередное исследование российского среднего класса. Работа уникальна по своим масштабам: это уже третья "волна" подобных общероссийских опросов. Первая пришлась на "предпутинскую" эпоху - 1999 год, вторая - на 2003 год, сегодняшнюю отделяет от предыдущей более десяти лет. Хорошие "опорные точки" чтобы вычертить траекторию пути.

Результаты, полученные ИС РАН, развеивают сразу несколько "легенд и мифов" о нашем среднем классе, который в любой стране служит для государства главным источником налогов и оплотом стабильности в обществе и лишь в России почему-то стал "невидимкой" и для власть имущих, и для политиков, и для простых сограждан, да и по сути для себя самого.

Не кот наплакал

А что вообще такое "средние слои" общества, и тем более "класс"? Термин изобрели в Европе позапрошлого века: надо было как-то обозначить тех, кто не был ни "элитой", ни крестьянами или рабочими и представляли собой нечто между верхами и низами общества. Ремесленники, купцы, лавочники, всяческие разночинцы - в каждой стране по-своему. В советские времена в разряд таких "середняков" можно было смело зачислять интеллигенцию ("прослойку между молотом и наковальней"), военных, хорошо оплачиваемых инженеров и т.п. Сейчас критерии размытые: то ли по доходам считать, то ли по "самооценке", то ли по роли в обществе и налоговым поступлениям. Поэтому одни эксперты утверждают, что средний класс в России- это всего 2-3% населения, другие - что он составляет до половины населения. Истина, как обычно, где-то между крайностями.

Ученые ИС РАН причисляли граждан к среднему классу по четырем критериям. Уровень образования (наличие как минимум среднего специального), уровень благосостояния (доход не ниже средних цифр для данного поселения, количество товаров длительного пользования не меньше, чем у населения в целом), профессиональный статус (человек занят не физическим трудом - это важно, поскольку иногда дворник зарабатывает больше учителя и т. д.). И что особо важно, - "самоидентификация", когда свой статус в обществе человек оценивает не ниже, чем на четверку по 10-балльной шкале, а накопленный им "человеческий капитал" (опыт, связи, средства, возможности и пр.) приносит доход, позволяет найти работу, обеспечить семью, быть здоровым и радоваться жизни на досуге.

По образовательному цензу в ряды среднего класса "проходили" 76% опрошенных, по социально-профессиональному - 61%, по уровню благосостояния - 73%, а по собственному мнению - целых 72%. Когда социологи совместили рамки, многие претенденты строгий фейс-контроль не прошли: то денег не хватало, то диплома, то уверенности в будущем. В итоге получилось, что в 2014 г. к среднему классу в России с полным правом можно причислить 42% населения в целом и 44% работающих граждан. Да и сам этот класс оказался неоднородным, в нем отчетливо видны были "ядро" и "периферия". К первому были отнесены люди с высшим образованием, специалисты, предприниматели и руководители разного ранга, имеющие навыки работы на компьютере, что в наш век очень важно. Во вторую группу вошли самозанятые россияне, рядовые служащие и работники торговли со средним специальным образованием, люди с нетипичным сочетанием профессиональной позиции и диплома (начальство со средним специальным образованием или мелкие "акакии акакиевичи" - с высшим), предприниматели или специалисты, не овладевшие компьютерной грамотностью, а также неработающие представители среднего класса.

Есть в нашем обществе и "потенциальный средний класс" - те, кто до абсолюта не дотягивает по какому-то из критериев, но имеет на это шанс. И наоборот: в обществе есть слои (например, рабочие), которые никогда в ряды СК не попадут: не то умеют, не там работают, не о том мечтают. В обществе, как в самолете, - есть эконом-, а есть бизнес-класс. Обидно, но факт: билет в пути уже не поменяешь.

И все же, по данным социологов, за последние 10 лет численность среднего класса выросла. В 2003-2008 г. он составлял 29% населения, затем в период кризиса 2008 г. "усох" до 26%, а после снова пошел в рост и достиг сейчас 42% россиян. Но прирастал он именно за счет "потенциального СК", а не прочих групп населения. Кесарю кесарево, хоть мы и не в Древнем Риме.

"А мужики-то не знают!"

Понятие "класс" - мужского рода. С легкой руки пролетарского поэта звучит это слово брутально ("ну, а класс - он жажду заливает квасом? Класс - он тоже выпить не дурак!") Но класс средний не столь суров. Прежде всего в его составе преобладают женщины: две трети (64%) в ядре СК и почти три четверти (71%) - в его периферии. Остальное население выглядит иначе среди рабочих или мелких торговцев женщин лишь 40%.

В среднем классе выше число людей, состоящих в браке. Женятся тоже, как правило, на "своих". В 67% семей, относящихся к ядру СК, супруг или супруга имеют вузовский диплом. Остальное население имеет "ученых мужей" или жен в своей семье более чем вдвое реже.

Средний класс относительно молод. Каждый пятый представитель СК не достиг еще 25 лет, 13% - люди от 26 до 30 лет, 27% - от 31 до 40 (фактически это "костяк СК"), 17% - 41-50-летние. Среди прочих россиян соотношение иное - по 19% приходится на последние три возрастных группы, 13% - на молодежь, 9% - на 26-30-летних.

В мегаполисах сейчас половина населения (51%) - это представители среднего класса, в крупных городах - 47%, в районных центрах доля СК в населении снижается до 39%, в поселках городского типа и на селе - 38%.

В ядре СК лишь 42% в первый класс когда-то пошли в городе численностью свыше полумиллиона жителей. Остальные проходили "первичную социализацию" в гораздо более скромных населенных пунктах. Правда, лишь 17% сегодняшнего среднего класса начинали свой путь с сельской школы. Среди остального населения таких людей 38%. Мальчику Филипку, который делил с братом валенки, и сейчас сложно стать Филиппом Филиппычем, главой ООО "Филипп ОК & Ко". Ядро среднего класса в большей степени, чем прочие группы населения, формируется из потомственных горожан. Но и выходцы из провинции составляют в нем мощную группу влияния, диктуют свою мораль, стиль поведения, жизненные цели и пр.

Заплыв планктона

Отечественный и зарубежный средний класс - совершенно разные. Объясняется это тем, что Запад имеет иную структуру экономики, чем Россия. У нас в сельском хозяйстве или добыче полезных ископаемых (так называемом первичном секторе) заняты 9% работающих, в Германии - 3%, в Великобритании - 1%. Во вторичном секторе (обрабатывающие производства, электроэнергетика, строительство, транспорт и связь) трудятся 35%, в Германии - треть (33%), в Великобритании - меньше четверти (23%). В третичном секторе (оптовая и розничная тоговля, сфера услуг, в том числе ЖКХ, соцобеспечение) у нас и в Германии заняты по 30%, в Великобритании - 38%. Четвертичному сектору (образование, наука, культура, финансы, информационные технологии и пр.) отдают свои силы и знания всего 26% россиян, но 36% немцев и 38% британцев. Какой сектор экономики в данный момент доминирует - на таком этапе развития и находится страна. Если растет третичный, значит, страна вступила в позднеиндустриальную эпоху развития, когда "все во имя человека и все для его блага": быстро развиваются торговля, ЖКХ, сфера услуг, ресторанный бизнес, медицина и образование. Главным богатством страны становятся не полезные ископаемые, а полезные люди, способные двинуть экономику вперед.

Когда же страна выходит на уровень постиндустриального развития, растет спрос на высококвалифицированных специалистов, на людей, способных придумывать и внедрять "инновации" и так далее. "Хозяином жизни" становится не просто работник, а Профессионал с большой буквы. Что, собственно, сейчас и происходит в развитых странах Запада, где растет доля именно таких трудящихся, а вовсе не работников бульдозера, прилавка и мобильника.

Россия, пишут социологи ИС РАН в своем объемистом докладе, переживает сейчас "позднеиндустриальную" эпоху. Поэтому в составе нашего среднего класса сейчас велика доля так называемых полупрофессионалов - служащих, разного рода "белых воротничков" со средней квалификацией. Этакого "офисного планктона". А вот профессионалов высокого класса пока не слишком-то много. Но их число растет. По сравнению с 2003 годом в "ядре" среднего класса стало на 14 процентных пунктов больше руководителей всех уровней; предпринимателей и самозанятых - выросло с 67% до 80% число специалистов, которым для работы требуется диплом вуза.

Изменения затронули и "резервистов". Раньше на пороге среднего класса стояли руководители, работающие в бюджетных отраслях, и профессионалы. Теперь они уже внутри СК, а на очереди - другие работники нефизического труда, которые раньше и мечтать о таком переходе не могли. Они окрепли, они тоже теперь претендуют в обществе на более важную роль.

Правда, претендовать - не значит получить, и "съесть-то он съест, да кто ж ему даст". Потенциальный средний класс России пока что в большинстве своем имеет достаточно низкий уровень образования. В массе своей представители этой группы (до 40%) - работники торговли и бытового обслуживания. При этом в России новые рабочие места - это, как правило, вакансии для людей низкой и средней квалификации. Прибежище среднего класса - пока не слишком хорошо развитый четвертичный сектор экономики: наука, конструкторские разработки (они же "инновации"), культура, образование, финансы, консалтинг... И, как говорил защитник совсем другого революционного класса, - "узок круг этих борцов".

Купить счастливый билет

Три четверти людей, входящих в "ядро" среднего класса, потратили на формирование своего "человеческого капитала" (образование, переподготовку и т.п.) 15 лет и более. Больше половины отдали этой цели свыше 16 лет. Да и периферия СК состоит сейчас в основном из работников со средним специальным образованием, а это верные 12-14 лет учебы. Социологи отмечают: в настоящее время наличие высшего образования стало более ощутимо влиять на жизненные шансы обладателей диплома. Не то что в 90-е годы, когда ученые шли челночить, офицеры нанимались в сторожа, зато полуграмотные "братки" ворочали миллионами... А вот среднее специальное - это вовсе не путевка в жизнь. Правда, и вуз вузу рознь.

Что умеет уважающий себя и уважаемый другими представитель среднего класса? Прежде всего - владеет компьютером и умеет использовать информационные технологии в работе. Именно этот критерий играет роль "водораздела": в ядре СК ежедневно работают на компьютере 67%, на периферии - 35%, среди "кандидатов в средний класс" - 37%. Работа остального населения в 84% случаев не требует компьютерной грамотности и таких навыков не предполагает. То же и с интернетом: больше половины представителей "ядра СК" заходят в Сеть каждый день, так же поступает каждый пятый "с периферии" этого класса. Среди прочих россиян ежедневно делает это 5%, иногда - 6%.

Средний класс неплохо знает иностранный язык. В ядре СК 8% использует его ежедневно, 19% - иногда. 98% "обычных" россиян в этом вообще не нуждаются.

Информационные технологии довольно слабо успели проникнуть в российскую экономику. На работе люди в полтора раза меньше используют их, чем в личных целях. Но лишь 21% работающих россиян на работе не прикасаются к компьютеру вообще. И доход работника очень сильно отличается в зависимости от того, что он умеет и знает. Так, в 2013 г. индивидуальный доход представителей ядра СК, постоянно использовавших на своих рабочих местах компьютер, в половине случаев был более 20 тысяч рублей, в том числе в 13% случаев - выше 40 тысяч рублей. А в группе тех, чья работа не требовала использования компьютера, более 20 тысяч получали лишь 23%, а свыше 40 тысяч - четверо из сотни. Когда речь шла о знании иностранного языка, разрыв был еще больше.

Средний класс понимает, что "счастливый билет сначала надо купить". Поэтому эти люди тратят свой досуг на повышение квалификации и дополнительное образование гораздо чаще, чем прочие россияне: 15% против 6%, соответственно. Однако есть очень тревожная тенденция, тоже отмеченная в докладе ИС РАН. За 10 лет даже в ядре среднего класса вдвое сократилась доля тех, кто "инвестирует" свое свободное время в образование и квалификацию. То же самое происходит и с остальным населением. Руководители стали в 2, 5 раза реже заниматься дополнительной учебой, рядовые работники сферы торговли и услуг - в 12 раз реже, рабочие - в 7 раз. И это объяснимо. "Социальные лифты" сейчас работают со скрипом, а то и вовсе застревают. Зачем стараться, если даже с дипломом ты по-прежнему будешь "младшим специалистом"?

Власть не имущие

Социологи зафиксировали очень неприятную вещь. За 10 лет втрое упало число россиян, которые смогли найти за три последних года новую, более подходящую работу. Это в среднем по стране, а в когорте среднего класса все еще хуже.

Не лучше обстоит дело и с властными полномочиями. Даже те, кто занимает руководящие позиции, очень часто говорят, что от них на работе "ничего не зависит" и они ощущают себя "винтиками" или "пешками". Для сравнения: в 2003 году 44% руководителей отмечали, что могут влиять на принятие решение в рамках всего предприятия, сейчас что-то может изменить лишь треть (33%). А 17% начальников уверены, что от них на работе вообще ничего не зависит. Возможность влиять на что-либо в ходе своей работы вдвое сильнее снизилась среди руководящих кадров, нежели у их подчиненных. Но быть "винтиком" для человека энергичного, способного и полного сил смерти подобно. Ядро среднего класса - тот самый "мотор", который призван вытягивать реформы. В данном случае он снижает обороты и глохнет. Кстати, на этом фоне проявляется еще один кажущийся парадокс. "Середняки" стали гораздо реже конфликтовать как с собственниками предприятий, так и с наемными работниками - подчиненными. Люди перестают "болеть за дело" и, как сами же говорят, "тупо зарабатывают деньги".

А "качать права" им порой очень даже требуется. По данным опросов, далеко не все представители даже ядра СК (не говоря о периферии) оформлены на работу официально. 16% ядра СК и 32% его периферии получают зарплату или ее часть "в конвертах", столько же не имеют гарантий оплаты отпуска и больничных. Они находятся (и явно не по собственной воле) за рамками трудового и пенсионного законодательства. Правда, это общероссийская проблема: в целом в стране 44% не имеют всех соцгарантий, которые предусматривает закон. В этом отношении средний класс лучше умеет договариваться с работодателями и диктовать им какие-то условия: специалистов и профессионалов стараются как-то удержать, хоть и не всегда. Каждый пятый представитель ядра среднего класса считает, что его вполне могут уволить, на периферии СК боится увольнения примерно каждый третий (32%), 5% понимают, что вылететь с работы могут в любой момент.

Каждый четвертый россиянин (24%) хотел бы работать в органах государственной власти, 72% - нет. Средний класс больше тяготеет к госслужбе: 28% его лучшей части были бы рады пополнить ряды "людей государственного предназначения", 65% - нет, а 7% уже работают в органах госвласти. Но не стоит думать, что продиктовано это желанием "родине служить". В большинстве случаев люди просто хотят внятных и четких гарантий или льгот, которые "частник" обеспечивать не спешит.

А любит ли вообще средний класс Родину? Как и большинство граждан - да! Разве что без фанатизма и крайностей. Свою страну эти люди хотят видеть "обществом модерна" - они выступают за равенство возможностей, а не за уравниловку в доходах; инициативу и предприимчивость ставят выше верности традициям; вдвое чаще готовы выделяться из общей массы, чем "быть как все". Чем представители среднего класса моложе, тем чаще они говорят, что каждый человек сам кузнец своего счастья, и уверены, что смогут сами, без помощи государства обеспечить себя и свою семью. Свобода - то, без чего жизнь для них теряет смысл, а материальные блага стоят на втором месте. Но вот увязывают свободу с политическими правами человека 31%, а с возможностью "быть самому себе хозяином" - 69%, и это красноречиво.

Средний класс намного чаще, чем остальное население, планирует свою судьбу на 5-10 лет вперед. А говоря о судьбах Родины, лишь треть полагает, что наша страна должна жить по тем же правилам, что и современные западные государства. 67% убеждены, что Россия - особая цивилизация, и путь у нее свой, на других не похожий.

И очень надеются, что в прекрасном будущем для них тоже найдется достойное, заслуженное и комфортное место.

Комментарий директора Института социологии РАН Михаила Горшкова

- Михаил Константинович, в советские времена принято было возвеличивать рабочий класс. Теперь вся надежда на класс средний. Но, судя по всему, он будто "проклятьем заклейменный"?

Михаил Горшков: В социальной структуре современного российского общества средний класс занимает довольно благоприятные позиции. Но сам себя он ощущает несколько "приниженными". Отчасти потому, что есть в России такая привычка - прибедняться. Но в основном потому, что в последние годы среднему классу и правда стало гораздо тяжелее, чем в начале 2000-х. На фоне прочих групп и слоев населения он выглядит достаточно успешно, способен не просто "выживать", но и чем-то украшать свою жизнь. Однако если сравнивать, например, с 2003 годом, то очевидно: число тех представителей СК, которые не смогли добиться существенных улучшений в своей жизни, выросло в 1,38 раза. В других группах населения таких неудачников намного меньше. Сократилась и доля тех, кто захотел и смог повысить уровень своего образования.

- Не успели возникнуть и уже деградируют?

Михаил Горшков: Это еще не деградация. Но это - замедление темпов роста, апатия, снижение планки. Вполне объяснимое: сферы экономики, особо нуждающиеся в среднем классе, сейчас почти не развиваются. Карьерный рост затруднен, найти себе место квалифицированному профи все сложнее. Доходы этих людей несколько выше средних по стране. Но анализ их расходов показывает: почти каждый пятый "середняк" тратит оплату ЖКХ более четверти семейного бюджета. У 13% среднего класса больше половины доходов идет сугубо на питание, а это признак бедности. И лишь немногим более 40% СК "проедает" менее четверти своих средств. Благополучие примерно половины представителей СК пока иллюзорное. По сути они просто лучше умеют сводить концы с концами, а запас прочности у них небольшой.

- Когда бедствия "низов" перед Октябрьской революцией дошли до крайности, прозвучало известное: "Есть такая партия!". А кто защищает интересы сегодняшнего среднего класса?

Михаил Горшков: По сути - никто. И это самая большая ошибка. Как в анекдоте про молодого генсека Горбачева после десятилетий "геронтократии": "А чего его поддерживать, он сам стоит и ходит". Государство вынуждено помогать совсем бедным и нищим, элита "продавливает" законы в собственных интересах. Но у нас нет сейчас ни политической партии, выражающей интересы СК, ни законов, отвечающих его запросам.. Хотя это люди, наиболее способные к осмысленному квалифицированному труду и разного рода инновациям, они платят налоги и при этом лояльны власти, не стремятся совершать революций. В западных странах делают все, чтобы повысить их мотивацию к труду. У нас средний класс хочет от государства только одного - "чтоб не мешало".

- А чего наш средний класс по большому счету хочет и в чем особенно нуждается?

Михаил Горшков: В ликвидации социальных неравенств. В участии и поддержке государства. В том, чтобы правила игры в социальной сфере были прозрачными и понятными. В гарантиях спокойного завтрашнего дня. В доступе к качественному образованию и медицине, особенно для своих детей. Пока что неуверенность в будущем проявляется в том, что средний класс не проявляет готовности к долгосрочным инвестициям, особенно в пенсионные фонды, пассивен в политике и социальной сфере. Если государство проявит заботу, средний класс не оставит это без внимания и отреагирует симметрично. Но любые попытки переложить на "середняков" ответственность там, где они ее принять не готовы (лишение бесплатных услуг, повышение налогов, бюрократические препоны для открытия собственного бизнеса и т.п.) вызовут крайне болезненную реакцию. Средний класс у нас только-только вышел из нищеты и униженности. Он ценит свое нынешнее, пусть хрупкое, благополучие. Взаимные ожидания этих людей и государства должны оправдываться. Без этого нам никакие реформы не продвинуть.