Новости

26.06.2014 11:19
Рубрика: Общество

"Мы будем жить"

О чем думают в России женщины и дети с юго-востока Украины
От пуль и артобстрелов в Воронежскую область из соседней Луганской с начала июня бежало более 5,5 тысячи украинцев и русских. Главным образом матери, бабушки и дети. Большая часть приехала "самотеком" к родным и друзьям. Почти 1300 человек привезли организованно и распределили по приютам, интернатам, лагерям и гостиницам.

Для мигрантов собирают вещи и деньги, им выдали за счет казны по пять тысяч рублей и помогли оформить временную регистрацию. Теперь каждому предстоит решить - претендовать ли на статус беженца, искать работу в России или возвращаться на родину. Но многие просто не могут "загадать" на будущее. Власти региона думают, куда девать украинцев в осенне-зимнее время.

В ожидании чуда

Школа-интернат № 1 стала принимать "беженцев" одной из первых в Воронеже. Постояльцев около 90, почти все прибыли 11 июня. Комнаты маленькие, как раз на семью.

- Кормим четыре раза в день, нам разрешили заключить договор с единым поставщиком продуктов. В конце года оценим перерасход, думаю, проблем с возмещением не будет: мы казенное учреждение, - говорит директор Виктор Ильин. - Персонал отозвали из отпусков, воспитанников отправили на отдых за город.

В коридорах пусто и сонно - обед, прививки, кто ушел в магазин, кто сидит на постели или изучает полки в библиотеке. Телевизоры молчат. Учебный класс завален одеждой: женщины выбирают куртки и майки.

- На сборы у нас был час, на Украине стояла жара, волонтеры говорили, что едем в Ростовскую область, считай на море, - объясняет переселенка Светлана Молодчая. - А в последний момент все изменилось. Ближе к Воронежу стали замерзать - все ж босые, раздетые. Хорошо, тут добрые люди помогли нам.

Как обычно, добрые люди принесли не только приличную одежду, но и негодную, которую жалко выбросить. Бизнесмены подбросили средства гигиены, питание для грудничков, коробки со сладостями. Кто-то догадался подарить полотенца. Девчушки увлеченно копаются в платьях - развлечение. Мамы берут насущное.

- С собой-то все не увезешь - сумка одна, - рассуждает Юлия Ивановская, вешая стираное белье (прачечный день раз в неделю, во дворе интерната заняты все веревки). - Воронежцы очень отзывчивые, мы абсолютно довольны! Меня старшие сестры корили - глупая, никто вас не ждет… А я никого не послушалась. Узнала про автобус, схватила дочку (семь лет) с сыном (год и десять) и побежала. Коляску не взяла, Витя в ней все равно не сидит… Я из города Счастье, такое вот говорящее название. В первых числах июня его стала обстреливать тяжелая артиллерия - гаубица, что ли, я не разбираюсь в этом, никогда такого не слышала! В километре от нас все взрывалось, в двенадцать ночи я несла детей в подвал, чтобы укрыться - непонятно от чего, просто пережить 20 минут… Окна-двери трясутся, страшно невыносимо. После моего отъезда муж по телефону описывал, как у нас по улице танки ездят прогулочным шагом: "Юля, негры на них!" А возле дома моей подружки танк стоял сутки, так они не выходили, свет не включали. Страшно! Нацгвардия давно вокруг стояла по деревням: кто еды просил, кто сам ее выгребал из холодильника, с автоматом, а кто и работал за обед. Тоже ведь люди. В итоге они "благодарно" обстреляли нас из своей гаубицы.

Последние два дня связи с домом у Юли нет. Как муж, родители, сестры - не знает. Знает только, что из Счастья никого не выпускают. Унывать нельзя - щебечет, радуется, что малышню свозили на автодром, что приезжали аниматоры, циркачи, байкеры… Попросила у соцработников спицы:

- Хоть повяжу, чтоб с ума не сойти. Сидим, чего-то ждем… ждем чуда. А как его приблизить? Никто не знает, что будет дальше. Как вопросительный знак над головой висит. Ну, проживем мы здесь 21 день, а дальше будут нас терпеть или нет? Мы же бедным людям не даем в отпуск уйти, они за нас работают, получается. Родственники в Екатеринбурге и Тюмени - очень далеко, там свои семьи, маленькие дети, нужна им еще я со своими… Если вдруг на Украине объявят мир - я сразу туда поеду, я пешком пойду домой! Там все, все мое. Мы никогда с мужем так надолго не разлучались. Просто страшно, вы знаете, остаться… Благо дом цел. По крайней мере, позавчера цел был. Дай Бог, чтобы мы туда приехали, чтобы все были живы-здоровы. Больше ничего не прошу. Будем жить. Даже если и без денег - у нас свой огород, будем жить им, будем стараться. Главное, чтобы вместе мы были.

Биться до последнего

В холле плетут косу Веронике Молодчей - день рождения, 11 лет. Та читает с подаренного мобильника о боях за родной Луганск.

- Дети тут отдыхают, мы тоже… Если так можно сказать, - уточняет мама Светлана. - Домой сегодня звонила - бабушка наша плачет, что на границе людей расстреляли, прямо в спину. Город полупустой, в кольце, нервы на пределе. Но мы не сдадимся, мы верим, что наши мужчины это сделают.

- Пусть хотя бы постараются! - вторит ей дочка.

- Они постараются, Вероника, у них есть два "Града". А будешь себя плохо вести - поедем на войну, я тебя на "Град" посажу, стрелять.

Дети шутят: "В России бесплатно конфеты дают, а дома - пули"

- В армию?

- Да, шарахать по ней… Мы обвыклись тут немного. Спасибо России, кто б нам еще так помог.

- США бы помогли - закопали бы в яру, - вступает в диалог другая молодая мама, Виолетта Семакина.

- Ага, наши дети шутят: "В России нам бесплатно конфеты дают, а дома - пули", - мрачно смотрит Светлана на именинницу. - У меня отец в ополчении, я сама в нем участвовала активно, так что вернуться смогу, только если там будет автономная республика. Выбора не было, мы все за родину шли.

- Среди нас есть семья комроты, жены помощников командира - да все в Луганске помогают сопротивлению, - подхватывает Виолетта. - Даже тех, кто сидел до последнего, сейчас начали учить с оружием обращаться. Даже женщина воюет - мол, детей Бог не дал… Страшно, на самом деле. Да. А мы вот сидим. Служба занятости приносила список вакансий, но там в основном другие регионы - Самара, Тюмень, Казань, Мурманск… Если в Воронеже такая холодина, что мы в шоке, то там и подавно… Подождем, пока отсюда не вытурят.

Лариса Шматкова стелет кровать - утром подселилась к своей матери, которую с младшим сыном отправила из Луганска две недели назад:

- Думали с мужем - пусть уедут старый и малый, а мы останемся. Но после двух вечеров постоянной бомбежки и обстрелов решились. Границу открыли - я выехала с дочкой. Она школу окончила с серебряной медалью, а тестирование (аналог ЕГЭ) на август перенесли из-за боевых действий. Без этого свидетельства никуда не поступишь. В Луганске половина вузов закрылась, в других регионах Украины нашим детям явно не рады. Может, в России хоть в техникум пройдет? Знакомые поехали к приятелям в Львовскую область. Но что-то уже обратно собираются… При первой возможности вернусь в Луганск, меня обещали взять обратно медсестрой в детдом.

Супруг Ларисы трудится на складе. Скорее всего, уйдет в ополчение. Жена поддерживает: "Да, и семья, и малыш - но в Великую Отечественную все такие же были, а вставали и шли воевать. Чтобы у детей все было хорошо".

С чистого листа

Неожиданно для себя очутилась в России и Татьяна Салий. Здесь она прослужила военврачом 15 лет, но по личным обстоятельствам перебралась в город Антрацит близ Луганска и долго оттуда не выезжала - паспорт гражданки РФ просрочен. В Воронеж она отправила дочь с внуком, те впопыхах забыли важные бумаги, которые повез следом отец семейства - офицер запаса.

- Меня держала работа - я врач, больных и раненых было много, лечила всех, не разбирая, - рассказывает Татьяна. - Это гуманитарная катастрофа: диабетики гибнут без инсулина, детки с генетическими заболеваниями не получают специальное питание и препараты… В какой-то момент стрельба усилилась, стало невмоготу сидеть в погребе и думать, увижу ли я своих родных.

Ополченцы организовали экстренный отъезд. За 40 минут покидала в сумку все, что попалось на глаза, не взяла половину документов (зато уложила медицинские инструменты. - "РГ")… До КПП ехали под минометным огнем, при мне был расстрелян безобидный фургон пасечника. Границу я пересекла в состоянии шока. Поразило ростовское МЧС: палатки, горячее питание. Когда я заказала для малышей лекарства от расстройства пищеварения, все быстро доставили. С друзьями мы скупили в Новошахтинске все детское питание, какое я посчитала нужным, и отвезли на КПП…

Теперь Татьяне надо приводить в порядок бумаги через УФМС. Как достать справки из города, где закрыты все госучреждения, непонятно. Но женщина осознает, что жить сможет только в России:

- Если б можно было отказаться от национальности "украинка"… Я долго не могла говорить о том, что видела и слышала в Антраците, слезы лились ручьем. Не спала, похудела на 10 килограммов, от взрывов петард готова была под стол лезть. Ну, все пройдет годам к 80-ти.

Несмотря на сложности с "упрощенным" порядком оформления гражданства, Татьяне подыскали работу.

- В департаменте здравоохранения области "главный по кадрам", Максим Жирнов, полтора часа со мной возился, дал три адреса. По первому обратилась - и поняла, что больше ничего искать не надо. Это были Лиски. Там такая благодать, патриархальность, умиротворенность! Чувствуешь себя Маргарет Тэтчер, которая едет на правительственную дачу. Больница - как пряничный домик. Главврач Елена Барковская, настоящая хозяйка… Она увидела мой красный диплом, высшую врачебную категорию, трудовую книжку с 30-летним стажем, накрыла их руками и сказала: "Добро пожаловать в нашу команду!" Ее не смутило то, что я только начинаю процедуру легализации, что официально в отпуске нахожусь… Мол, решайте свои бумажные вопросы, мы подготовимся и позвоним, когда вам можно будет приехать, - Татьяна Салий до сих пор, кажется, не верит счастью. - В Лисках обещают жилье, есть вакансии для мужа и дочери, детсад для внука. Я сражена. Особенно после посещения офиса УФМС, куда меня внесла, как на штурм Зимнего, толпа узбеков. И так же вынесла. Я успела лишь сфотографировать информационный стенд. Еще приятно удивили на кафедре повышения квалификации в медакадемии - оказалось, что мне не надо подтверждать свои знания, достаточно пройти курсы, чтобы вникнуть в юридическую сторону здравоохранения России. Осенью пойду учиться!

Справка "РГ"

В департаменте соцзащиты Воронежской области работает круглосуточная "горячая линия" по вопросам временного пребывания в регионе граждан Украины. Телефоны: (473) 272-78-14, 213-69-59.

Для оказания материальной помощи бежавшим от войны людям открыт специальный счет. Публикуем реквизиты.

Полное наименование: Автономное учреждение Воронежской области "Воронежский областной фонд социальной поддержки населения"

Краткое наименование: АУ ВО "ВОФСПН"

Юридический адрес: 394030, г. Воронеж, ул. Плехановская, д. 53

Почтовый адрес: 394026, г. Воронеж, ул. Плехановская, д. 53

Тел.: (473) 261-04-76, тел/факс (473) 261-04-77

ИНН 3664007986 КПП 366401001

ОГРН 1023602241607

Р/с 40603810513004019015 в Центрально-Черноземном банке Сбербанка России г. Воронеж

К/с 30101810600000000681

БИК 042007681 ОКТМО 20701000

Назначение платежа: Благотворительная помощь гражданам Украины, вынужденно покинувшим места своего постоянного проживания.

Общество Соцсфера Помощь пострадавшим Филиалы РГ Центральная Россия ЦФО Воронежская область Украинские беженцы в России