Новости

04.09.2014 00:00
Рубрика: Экономика

Едем на мельницу - к Янке Купале

В Татарстане открыли уникальный туристический маршрут
Старая мельница в селе Печищи в Татарстане, где провел свои последние дни выдающийся белорусский поэт Иван Луцевич, известный под псевдонимом Янка Купала, встречает первых гостей, которых интересует такое новое направление, как промышленный туризм. Весьма любопытно узнать, какой путь проходит зерно, чтобы стать мукой, почему нельзя красить лестницы в серый цвет и зачем топили печи отрубями.

На Печищинскую мельницу нельзя не обратить внимание. Здание конца XIX века возвышается на крутом берегу Волги. Величественное кирпичное строение приковывает взгляд всякого, кто поднимается вверх по реке из Казани в сторону острова Свияжск.

Янка Купала открыл для себя Печищи, когда в ноябре 41-го остановился здесь у переправы через Волгу, ожидая парома до Казани. На гостя, который приехал на солидной черной машине с особыми номерами, обратил внимание комендант. Несмотря на то, что в то время не было телевидения и фотографию поэта можно было увидеть разве что в газете, человек в форме узнал Купалу и проводил его к директору мельницы, которая в ту пору носила название "Красная кормилица", Ивану Наякшину.

Влюбившись в это местечко с первого взгляда, Иван Луцевич вместе со своей женой Владиславой Станкевич передумал ехать в Казань. Для него на мельнице нашлись кабинет и комната. Для местных мужиков он сразу стал своим. У поэта всегда имелась махорка, а еще он любил поговорить с ними за жизнь.

И было радио, которое Янка Купала выставлял на окно кабинета, чтобы собравшиеся узнавали последние новости.

В 1975 году при мельнице открылся музей, попасть в который можно было через проходную. Паролем для посетителей служила фраза: "Мы к Янке Купале". Кстати, пока поэт жил здесь, никому и в голову не приходило брать с него квартплату. Сегодняшние же реалии таковы, что скоро музею Янки Купалы придется за все платить.

Что же такого волшебного нашел в этой мельнице белорусский поэт?

- В Печищи нельзя не влюбиться, - говорит директор музея Римма Абызова. - С Волги открывается прекрасный вид на село, а с крутого берега как на ладони предстает великая русская река. Именно этот участок для строительства современной паровой мельницы заприметил купец Иван Оконишников. В 1895 году дело пошло в гору. Мельница выпускала шесть сортов муки, манную крупу и отруби.

Сейчас в магазинах встретишь разве что высший и первый сорт. А тогда каждый вид муки предназначался для определенной выпечки. К примеру, куличная мука соответственно шла на приготовление праздничных куличей к Пасхе. А самый высший сорт назывался крупчаткой. Это была отборная мука тонкого помола, которая делалась из специальных сортов твердой пшеницы с высоким содержанием клейковины. Далее шел первач - мука, отсеянная после первого помола. Как и многие другие продукты питания, называлась первачом, так в то время называли первый сорт. Чтобы получить муку высшего сорта, зерно должно было пройти по семи этажам мельницы восемь километров.

Отруби шли на корм скоту или применялись как топливо. Дореволюционные мукомолы, по словам Риммы Абызовой, не знали, что с ними делать. Из-за высоких транспортных тарифов перевозить отруби было невыгодно. Поэтому, вместо того чтобы обеспечивать ими соседние регионы, где крестьяне вынуждены были кормить скотину соломой, отруби использовали как топливо для паровых котлов. Из-за того, что многие мукомолы не могли избавиться от отрубей, они отказывались производить высшие сорта муки, так как именно при их выработке число отходов было значительно выше. Знали бы они, что спустя век хлеб с отрубями будет цениться не меньше, чем буханка белого.

Мельница в Печищах, где, как сердце, бился паровой двигатель, на тот момент была оборудована по последнему слову техники. Она была способна перемолоть 1 миллион 700 тысяч пудов зерна в год, что говорило о размахе предприятия купца Оконишникова. Хлеб из печищинской муки пекли не только в Казани, товар везли во все города, расположенные вверх или вниз по Волге.

На мельнице все было продумано до мелочей. Паровой двигатель позволял не зависеть от капризов природы. А чтобы подстраховаться от пожаров, которые на мельнице из-за высоких температур были не редкостью, внутри здания практически не использовалось дерево. Межэтажные перекрытия строили в виде арок из кирпича, накладывая его на металлический каркас.

Сохранились документы, дающие представление о том, что и руководители, и рабочие мельницы хорошо зарабатывали. Их работа была тяжелой и пыльной, но никто не жаловался. Когда после революции мельницу национализировали и власти арестовали сына купца Ивана Оконишникова Константина, который продолжил дело отца, рабочие собрали деньги, чтобы выкупить своего бывшего хозяина. Согласно ведомостям, крупчатник (отвечал за качество зерна) получал 125 рублей в месяц. Для сравнения, возчик пшеницы имел ежемесячно 10 рублей, дворник - 12 рублей. При мельнице была своя кухня с четырьмя кухарями, как тогда называли поваров, которые готовили еду для всех рабочих.

Ощущение старины на мельнице теряется сразу за фасадом. Паровой двигатель и оборудование XIX века давно демонтировали. Теперь таких уже не сыщешь. Вход внутрь разрешен только сотрудникам или гостям по особым пропускам. Мельница действующая, здесь по-прежнему много механизмов. Устраивать там прогулки опасно, хотя некоторые помещения посмотреть можно.

Все ценные вещи, которые имели отношение к семье купца Оконишникова, сейчас хранятся в музее Янки Купалы. Почетное место здесь занимает большой дубовый стол, который бывший хозяин привез для своего управляющего из Пермского края. За этим величественным столом работали еще руководители в советское время, пока не было принято решение передать раритет музею.

Сейчас мельница переживает не лучшие времена. Бывает, что у здания выстраиваются очереди из большегрузов, чтобы завести зерно или погрузить готовый товар. Но уже не так часто, как это было во времена Оконишниковых, когда у печищинского причала в навигацию круглосуточно принимали баржи.

Мельницу в Печищах называют "бабушкой" всех мукомольных предприятий Татарстана. На протяжении столетия она работала день и ночь практически без остановок. Небольшой перерыв в 5-10 дней объявляли лишь в августе, чтобы просушить оборудование перед новым урожаем. Это своего рода санитарные дни, только сейчас на мельнице такая техническая остановка называется газированием.

- На это время всех сотрудников отправляют отдыхать, мельница и наш музей в том числе закрываются, и вся территория обрабатывается специальным дезинфицирующим газом, - говорит Римма Абызова.

Со временем красное кирпичное здание покрылось белым налетом. Издалека кажется, что его припорошило снегом. Тем, у кого аллергия на муку, к мельнице лучше близко не подходить.

- Мы никак не могли справиться с налетом на металлической винтовой лестнице, - рассказывает директор музея. - Когда мыли полы, мука превращалась в клейстер. Потом решили попробовать перекрасить черную лестницу в серый цвет. Теперь мука так сильно не бросается в глаза.

Еще одна беда - птицы. Голуби и воробьи знают, где поживиться. Для них территория вокруг мельницы, а особенно зона погрузки - лакомое местечко. Так что, проходя здесь, лучше не зевать...

Экономика Туризм Филиалы РГ Волга-Кама ПФО Татарстан Россия. Это надо видеть