Новости

07.10.2014 00:30
Рубрика: В мире

Крепкое словцо Гельмута Коля

Канцлер "германского воссоединения" обругал главу нынешнего немецкого правительства Ангелу Меркель и экс-президента Кристиана Вульфа
Известно, что бывший канцлер Германии Гельмут Коль часто не церемонился в выражениях, однако мнение о своих соратниках и коллегах всегда держал при себе. Возможно, поэтому протоколы разговоров Коля с журналистом Херибертом Шваном, длившиеся около 600 часов, до сих пор оставались неизвестными. Репортер и политик с 12 марта 2001 года по 27 октября 2012 года провели в общей сложности 105 встреч. Во время бесед Коль давал немало жестких оценок, не в последнюю очередь из-за уверенности в том, что содержание разговоров станет известным после его смерти.

Но после спора с новой спутницей жизни бывшего канцлера Марайке Рихтер журналист, с согласия Коля уже выпустивший три тома его мемуаров, по решению суда был вынужден отдать все записанные кассеты, предварительно, однако, сделав с них копии. Хотя это произошло без согласия Коля и, по сути, означает злоупотребление его доверием, действия журналиста, тем не менее, пока не признали противоправными. Цитаты из бесед, опубликованные в понедельник в журнале "Шпигель", показывают, как Коль на самом деле оценивал своих однопартийцев, коллег, друзей и политиков иностранных государств, а также проливают свет на некоторые исторические события.

Заслугой бывшего канцлера в Германии всегда считалось быстро и бескровно проведенное объединение ФРГ и ГДР. По собственному признанию, Коль хотел бы остаться в истории как "канцлер германского воссоединения". В своих речах он часто с пафосом превозносил роль граждан ГДР и президента СССР Михаила Горбачева в "крушении коммунистического строя". Однако записи бесед показывают, что на самом деле Коль оценивал роль Горбачева отнюдь не столь высоко.

Коль не оставляет от Меркель камня на камне, критикуя ее европейскую политику и подчеркивая, что "она вообще ни в чем не разбирается"

По мнению Гельмута Коля, "восточный блок" развалился из-за экономической отсталости, а вовсе не благодаря "гражданскому течению". Неправильно считать, резюмирует Коль, что "революционеры на востоке Германии своей борьбой привели к "крушению режима". Это, по словам Коля, было выдумкой "недалекого" президента бундестага Вольфганга Тирсе. В общем и целом бывший канцлер считает, что переворот в ГДР был следствием финансовой слабости Москвы.

Когда во время бесед речь заходила об Ангеле Меркель, которую совсем недавно еще называли "девушкой Коля" из-за того, что она, без сомнения, была его протеже в политических кругах ФРГ, бывший канцлер еле мог сдержать ярость: "Госпожа Меркель никогда не могла правильно держать вилку и нож. Во время официальных государственных банкетов она вела себя настолько безобразно, что я должен был неоднократно призывать ее к порядку". Коль жалуется, что он выудил Ангелу Меркель "из моря юных политиков", а она вместо благодарности бросила его на произвол судьбы во время скандала с анонимными пожертвованиями для партии ХДС. По словам бывшего канцлера, можно "только перекреститься, думая о ее глупости", при решении этой проблемы. Коль не оставляет от Меркель камня на камне, критикуя ее европейскую политику и подчеркивая, что "она вообще ни в чем не разбирается".

Бывший президент ФРГ Кристиан Вульф, оставивший свой пост в результате коррупционного скандала, также получил резкую оценку Коля. "Вульф некогда был большим предателем. Одновременно он - полный "нуль". Он всегда был на паровозе Меркель, теперь он оттуда слез", - сатирически описывает Коль своего однопартийца.

В настоящее время еще не прояснено окончательно, какое будущее ждет записи бесед журналиста с Гельмутом Колем. Сделавший их журналист Хериберт Шван предложил хранить пленки в архиве фонда имени Конрада Аденауэра. Но Коль и его супруга не дали на это своего согласия. После неудачного падения в 2008 году бывший канцлер почти не может говорить. Поэтому мемуары обладают неоценимой важностью. Точку в споре должна поставить Федеральная судебная палата как последняя инстанция, куда передано дело о записях разговоров Коля.