20idei_media20
    29.10.2014 00:53
    Рубрика:

    Лукьянов: Путин призвал к поиску новых правил международного общежития

    До сих пор мир фактически находится на этапе эрозии
    Речь Владимира Путина, которую он произнес в конце прошлой неделе на Валдайском клубе, большинство комментаторов расценили как очень жесткую. Если отвлечься от пары хлестких метафор, наподобие "хозяина тайги" (характеристика России) и геополитических "нуворишей", не умеющих распорядиться обрушившимся на них несметным богатством (характеристика Америки), содержательно выступление скорее аналитическое, чем публицистическое. Почему такая реакция?

    То, что российский президент не приемлет современную американскую политику,- не новость. Он говорит об этом на протяжении долгих лет. Тональность менялась. Во время первого срока Путин призывал пересмотреть курс, потому что общие угрозы перевешивают противоречия. Во время второго- предупреждал, что Россия не допустит, чтобы ее мнение игнорировали. В ходе избирательной кампании 2012 года Владимир Путин недоумевал, пытаясь понять смысл действий Вашингтона, который не укрепляет международный порядок, а как будто бы специально его разрушает. В Валдайской речи этого года звучит фатализм- оратор больше не рассчитывает на способность США меняться, просто констатирует деструктивность действий. Вероятно, именно это, отсутствие ожиданий, и производит наибольший эффект, заставляя трактовать речь в исключительно негативном ключе.

    Между тем основной посыл Путина скорее позитивен, поскольку перекликается с основной темой валдайского заседания- поиск новых правил международного общежития, которые позволили бы перейти в следующую фазу развития. До сих пор мир фактически находится на этапе эрозии, а теперь уже и быстрого демонтажа системы, которая сложилась во второй половине ХХ века. Строительство нового мирового порядка, о котором так много говорили 25 лет назад, не привело к успеху. Если начинался процесс как стремление найти общую модель с участием двух сверхдержав (так порядок представлял себе Михаил Горбачёв, первый о нем сказавший), то с крушением СССР "архитектор" остался один- Соединенные Штаты. Управляемости мировыми процессами добиться не удалось, скорее наоборот.

    Справедливости ради надо сказать, что и желанный многополярный мир, возникающий сегодня, сам по себе ни порядка, ни гармонии, ни баланса не обещает. Более того, пока что, и об этом тоже сказал российский президент, он скорее усугубляет глобальную анархию, ведь игроков становится больше, а правил-то по-прежнему нет.

    Владимир Путин отличается от других лидеров крупных стран тем, что он не просто осуждает или критикует политику США (хотя и на это решаются очень немногие), а системно отвергает их роль. И это вызывает наибольшую реакцию. Ведь после "холодной войны" мировое доминирование Соединенных Штатов стало аксиомой, а любая трансформация глобального устройства рассматривалась как техническая корректировка такого положения, а не его изменение. На теоретическом уровне все, конечно, понимают, что вечных гегемонов не бывает. Чарльз Краутхаммер, который в 1990 году ввел в оборот понятие "момент однополярности", иными словами- период, когда Америка может делать всё, что она считает нужным, тогда же предупреждал, что так не будет всегда. Он, кстати, почти угадал продолжительность "момента": 25-30 лет. Но практически превосходство США было, да и остается, столь велико, что других моделей, при которых Вашингтон мог бы быть "одним из" или даже "первым среди равных", не обсуждалось.

    Строго говоря, резко негативное отношение США к тому, что говорит и делает Путин, оправданно- в Вашингтоне понимают, что российский президент последовательно ставит под сомнение не их политику, а их особые права. То есть вроде бы воспроизводится классическая ситуация, когда появляется претендент, который бросает вызов гегемону и намерен перехватить у него мировое господство. Соответственно, его надо сдерживать, не позволять усиливаться.

    Парадокс в том, что Путин при этом постоянно повторяет: никакого глобального доминирования Россия не желает, строить мир под себя не собирается, участвовать в гонках за величие не будет. Это звучало и в Валдайской речи, и в других выступлениях. Президент России вполне реалистично представляет себе потенциал своей страны- не меньше, чем он есть, но и явно и не больше. Однако играть по правилам, установленным под руководством Соединенных Штатов, Владимир Путин отказывается. И на уровне концептуальных заявлений, и на уровне практических действий. Российские шаги 2014 года- прежде всего решительные действия в отношении Крыма- демонстрируют, что Москва готова следовать своим интересам вне зависимости от того, что об этом думают другие.

    Не сделан пока другой шаг- обращения к остальному миру. Валдайская речь Владимира Путина, как и многие его выступления,- снова беседа с Западом и прежде всего с ним. В новом мире, том самом, что широкими мазками описывает президент России, не обойтись без все более интенсивного разговора со странами и регионами, которые не противостоят Западу, но просто в него не входят. Дискуссия о новых правилах не может вестись по линии прежнего противостояния времен "холодной войны". Мир- более демократичен, и исход глобального процесса в гораздо большей степени зависит от "широких мировых масс". Среди них и надо вести агитацию.