Новости

19.12.2014 00:20
Рубрика: Культура

Лосось из Абруццо

Итальянка из России написала книгу нравов нездешней глубинки
Провинциальный донской Зерноград разбудило событие. Впервые в город приехала писательница, да еще из самой Италии.

Писательница оказалась своей, ростовчанкой, 17 лет назад сменившей родную лесостепь на живописные пейзажи Абруццо. После первых лет проживания на родине Данте и Муссолини она написала книгу "Из Италии все с приветом!" Так получилось, что зерноградцы стали первыми и единственными российскими читателями русской версии книги. Уж больно любопытной она показалось редактору местной газеты "Донской маяк". В течение целого года "Донской маяк" поднимал себе тираж публикацией глав "Из Италии..." Местные жители, весьма далекие от страны Паганини, взахлеб читали неожиданные откровения. Подспудно их щекотала мысль: неужели не только у нас все так плохо?

И вот сама автор книги приехала ответить на все вопросы.

Из кареты - на базар

16 лет назад Ольга жила спокойно на улице студенческих общежитий Турмалиновской в Ростове-на-Дону и не собиралась никуда отсюда уезжать, за исключением, может быть, Америки, куда стремилась еще подростком помогать краснокожим против бледнолицых негодяев. Но жизнь вытолкнула ее за борт родного российского корабля. Выучившись на врача, работала на "скорой помощи" на третьей подстанции. Работа ей очень нравилась. За нее платили 150 рублей в месяц. В 90-е годы она влилась в челночное движение барышень, отправлявшихся с баулами в Турцию, Польшу. И вскоре заметила, что работа на рынке приносит гораздо больший доход, чем в карете скорой. За день она могла продать товара на четыре свои месячные зарплаты. И никакой ответственности за несчастных больных. Так ее и засосала коммерция.

- Последующие восемь лет были посвящены обогащению. Меня охватила натуральная человеческая алчность. Я стала продавать итальянскую одежду хороших марок, все шло прекрасно до 1998 года, когда рубль и мои надежды обогащения рухнули одновременно. Это научило меня многому. Посвящать свои годы, дни золотому тельцу - это время, потраченное зря.

Во время своих набегов на итальянские рынки Ольга познакомилась с будущим женихом. С ним встречалась почти восемь лет. Итальянцев вообще вполне устраивают такие непритязательные отношения. Но вот наступил кризис. Пропал экономический смысл ездить в Италию, Ольге стукнуло 38, и ей уже не светило прекрасное будущее. Тут она и решила, что переедет в Италию. Это произошло на сломе двух веков.

Эффект проглоченного бутерброда

Соль и перец откровений Ольги - ее собственный незамутненный романтикой взгляд на вещи, Италию и итальянцев. Она разрушила легенду о том, что за границей жизнь прекрасна и что ради нее стоит покидать историческую родину. Что не так все просто, когда девушки хотят выйти замуж за иностранца.

- Моя героиня не совсем я. Я показываю не то, какие итальянцы плохие. Глупые или сумасшедшие, жадные и развратные. Я о толерантности. Об уживаемости людей с разными культурами, бэкграундом, национальностью, полом и возрастом. Мы не воспринимаем человека, о культуре которого ничего не знаем, как себе равного. Я чувствовала себя в Италии белой вороной, - говорит Ольга.

- Это - мой "взгляд изнутри". Так смотрит на окружающую действительность запитый чаем бутерброд, попавший в пищевод: с удивлением делая для себя новые открытия и спускаясь все ниже, он подвергается переработке и лишь наивно надеется выйти наружу сухим и невредимым, - препарирует Ольга.

- Мне кажется, ваша книга вряд ли понравилась итальянцам. Она произвела фурор?

- В Италии сейчас ни одна книга не производит никакого фурора. Потому что там такой экономический кризис. Люди в основном думают о питании. Там, кстати, не поддерживают санкции против России. В первую очередь они сказываются на самих итальянцах. Бары сейчас пустуют, магазины без покупателей, никто ничего не покупает, не сидит в кафе. Очень дорого стоит отопление. В России в любой завалюхе-коммуналке тепло. А в Италии в игрушечно красивом домике нужно думать, какую температуру поставить. Не могут себе позволить топить как у нас. Мы ходим по дому в теплой одежде, чтобы лишний раз не включить обогрев. Первое правило поведения, которые должны усвоить русские в Италии, - это экономия. Все за собой беспрестанно выключать и закрывать: краны, отопление, свет; опять и снова - краны, газ, свет... И так - пока не научишься!

В самом городке не читали книг. Теперь они смеялись, узнавая соседей и моего мужа Марио - Марчелло, смеялся и сам мой муж. Еще бы не узнавали: я всех взяла с натуры. Другое дело, если бы я попала в богатую семью, или в центр Неаполя, или муж был адвокатом или инженером, а не простой торговец мужским бельем. Может, тогда впечатления сложились бы совсем другие. Но я живу в маленьком провинциальном городке, где живут люди, у которых нет амбиций, или совсем пожилые или физически неполноценные.

- Во мне еще сильны были все эти чувства, критическое неприятие окружающих: они не такие, как мы, они более тупые, менее образованные, не знают то, на чем выросли мы. Им в детстве мама не читала про Колобка и Красную Шапочку, но ладно сказки - они вообще ничего не знают и знать не хотят, их спросишь: "Какие у вас были императоры, кто такой Калигула или Марк Антоний?" - они отвечают - не знаем. И про Данте Алигьери они не слышали.

Главное, что их интересовало в разговорах со мной - а что у нас в России едят. Борщ - начинаю объяснять, что это, мясо. "А макароны не едят?" Ну, отвечаю, как же, гарнир к котлетам. "Вот видите, у вас нет культуры питания. Вы неправильно питаетесь", - учили меня.

Лосось среди мерлуццо

- А теперь вы адаптировались?

- Понадобилось несколько лет. Я верила, может наивно, что люди разного социального положения могут создать семью и благодаря этому найти общий язык. Но это не так легко. Кто-то один должен перейти на ступеньку, чтобы стоять на ней вдвоем. Кому-то нужно опуститься на одну ступеньку, чтобы уравновесить, что ли, силы. В данном случае это была я. Приспособиться и приземлить свои интересы к жизни мужа, семьи, городка.

... Сейчас Ольга пишет продолжение своей эпопеи. Называется: "Русская в Абруццо - лосось среди мерлуццо".

- Один итальянец сказал мне: вот сразу видно русская. Как вы определяете? - заинтересовалась я. - Чисто внешне. Вы такая большая и розовая. Как лосось. А местные мерлуццо типа трески. Они такие маленькие, зеленоватые и плоские. Мне это сравнение запало в голову.

- Вам не хотелось вернуться назад?

- Хотелось много раз. Об этом я недавно написала "Кризисные рассказы". Я нахожусь на содержании мужа, поскольку так и не нашла работу. Диплом врача, полученный в России, там не признают. Но работа моего мужа не вечная, в любой момент он может ее потерять. Поэтому держу план "В" - вернуться в Ростов, работать на "скорой" даже с минимальной зарплатой.

Италия чем-то похожа на Россию 90-х годов. Вечный блат, рекомендации, вы не можете найти работу, не можете получить ссуду, если не знаете никого в банке, а если знаете кого-то в банке, можете получить все даже без документов. Здесь нет таких друзей, с которыми до сих пор встречаюсь в первую очередь, приезжая в Россию. В Италии максимум вышел из дома, светски побеседовал с соседом у забора. Нет такого, что когда у тебя случилась беда, в 12 ночи звонишь: "Люся, мне плохо, приезжай!" А сами итальянцы считают, что русские холодные и жесткие, и выпрашивают, почему вы никогда не улыбаетесь?

Моя жизнь сложилась вот так. И переиграть уже невозможно. Я довольна, потому что могло сложиться намного хуже. Уезжала из Ростова и видела, как вдоль фасада вокзала лежали люди в спальных мешках. Взглянув на них, я подумала, что моя жизнь замечательная. Я еще настоящих трудностей и не знала. Подумаешь, не понравилось в итальянской семье. Я кушаю, одеваюсь, живу в своей - ну, почти своей, квартире. Что же надо для счастья?

Культура Литература Филиалы РГ Юг России ЮФО Ростовская область Ростов-на-Дону