Новости

23.12.2014 22:45
Рубрика: Культура

24 кадра правды в секунду

Алексей Герман-мл. о своем новом российско-украинском фильме и точках понимания на территории диалога
В первую семерку фильмов, вошедших в программу юбилейного 65-го Берлинского международного кинофестиваля, попала картина Алексея Германа-мл. "Под электрическими облаками" - первая попытка этого режиссера разобраться в сегодняшнем дне. Стоит заметить, что отборщики фестиваля свой положительный ответ на участие фильма в программе дали в течение нескольких часов.

Алексей, для вас было принципиально участие в конкурсе именно Берлинского кинофестиваля?

Алексей Герман-мл.: В мире три самых значимых кинофестиваля, реально влияющих на судьбу картин, - Каннский, Берлинский и Венецианский. Для любой картины этот фактор очень важен, но для нас, пожалуй, он имеет особое значение - он дает пусть маленькую, но все-таки надежду, что картина будет показана в России. Что она привлечет к себе внимание кинотеатральных сетей, как и телевидения, поскольку все-таки нельзя сбрасывать со счетов, что мы попали в первый отбор, наряду с картинами таких крупных мастеров, как Питер Гринуэй, Теренс Малик (британский киноклассик покажет фильм об Эйзенштейне "Эйзенштейн в Гуанахуато", а его американский коллега - мелодраму "Рыцарь кубков" с Кристианом Бэйлом, Натали Портман и Кейт Бланшетт. - Ред.) Как минимум это означает высокую оценку.

Если не ошибаюсь, это уникальный случай в истории отечественного кино последней четверти века. Главная проблема картины, которая может повлиять на ее судьбу, - то, что она является копродукцией с Украиной?

Герман-мл.: Да, картина выходит в пик кризиса. Многие прокатчики с опаской относятся к российско-украинскому проекту. Это происходит с обеих сторон границы. В России, я знаю, не будет никаких препон в освещении картины, но экономическая ситуация такова, что такое, казалось бы, "сложносочиненное", хотя, на мой взгляд, абсолютно понятное кино, у нас практически не востребовано. Но у нас будут международные продажи - уже есть предложения от европейских дистрибьюторов, буквально на днях должно состояться подписание договора с одним из крупнейших телеканалов Европы. Рассчитываем мы и на азиатские страны.

Конечно, меня печалит складывающаяся ситуация - и не в связи с конкретно моей картиной. Я смотрю на эту проблему более широко - уверен, что кино должно быть территорией сотрудничества, насколько это возможно, территорией диалога, какие бы полярные истины ни исповедовали сами кинематографисты. И в любом случае я не хотел бы, чтобы наш фильм был ареной выяснения политических отношений. Напротив, стал бы одним из немногих примеров удачного взаимодействия кинематографий Украины и России.

Почему вы решили сотрудничать с украинскими коллегами?

Герман-мл.: Ну, во-первых, не только с Украиной, но и Польшей, которая также внесла свой вклад. Качественное авторское кино сложно делать в одиночку. А что касается Украины, то именно там мы нашли локации для нашего фильма. И вообще несколько лет назад казалось, что в совместном производстве наших двух стран - будущее.

В основе фильма 7 новелл, но они, не перетекая друг в друга, тем не менее имеют общие точки соприкосновения. И в результате они "прочитываются" как своего рода главы одной книги о сегодняшнем дне...

Герман-мл.: Как ни странно, хотя мы снимали истории о жителях пространства, оставшегося на месте Советского Союза, кино получилось не про "сегодня", а про "вообще". И вопрос не в каждом конкретном эпизоде, а в картине времени, в котором мы живем, картине абсолютно парадоксальных сочетаний. Современность фрагментирована. Она - как мозаика, смальта. Поэтому нельзя снимать, к примеру, только про богатых или только про бедных. Нам хотелось, чтобы фильм был, с одной стороны, полифоничным, а с другой - достоверным...

Это не то кино, которое с кем-то или с чем-то борется. Оно про наше общее мироощущение, про то, что все мы, так или иначе, решаем схожие проблемы. Оно много о чем. О разных поколениях, которые диаметрально противоположны. О том, что "русские вопросы" никуда не делись, и по большому счету они по-прежнему важны для мировой культуры, потому что у нас как была, так и есть на все своя точка зрения, отличная от романо-германской и англо-саксонской.

Героев фильма - от гастарбайтера до успешного архитектора - объединяет одно: это те, кого в русской культуре "маркировали" как "лишних людей"...

Герман-мл.: Но при этом они за что-то борются и чего-то добиваются - гастарбайтер пытается выучить язык и спасти женщину, попавшую в беду. Архитектор-идеалист, которого играет Луи Франк (бельгийский музыкант и композитор, режиссер, актер и сценарист. - Ред.), пытается достроить дом, который ему незадолго до своей смерти заказал один олигарх. Дочь этого олигарха, которая вместе с братом приехала из заграницы в Россию на неделю, да так и осталась здесь и начала восстанавливать дело отца. Гид, работающий в крохотном музее, который не может смириться, что музей хотят разрушить (в роли строптивого музейщика - Мераб Нинидзе. - Ред.). Они все стараются изо всех сил не сдаться, остаться собой...

Актерское отступление. Про Чулпан Хаматову специально промолчу, потому что ее появление в этой картине станет большим сюрпризом для зрителей. Не меньший сюрприз - Анастасия Мельникова, партнерша Мераба Нинидзе в "музейной" новелле. Уверена, что большинство зрителей, привыкших к "Убойным силам", откроет для себя "новую" Мельникову. Вы сразу поняли, что это - ее роль?

Герман-мл.: Хотя без проб не обошлось, я практически не сомневался в своем выборе. Я всегда знал, что она - хорошая, крупная актриса. И проблема Насти, как и многих ее петербургских коллег, в том, что им попросту негде реализоваться, особенно в кино. Если уж актер пару раз сыграл милиционера, то дальше на экране ему так и быть милиционером. И главное - он привыкает к этой маске. Так что должно быть желание выйти за пределы этого состояния и со стороны актера, и режиссеров, а последние чаще всего ленятся, им проще идти по накатанному.

В основном в вашей картине снялись неизвестные актеры. Это принципиальный выбор?

Герман-мл.: Мне все равно: известные, не известные. Главное - органичность. Кино - это 24 кадра правды в секунду, и это единственный критерий.

В прошлом году Луи Франк создал музыкальный проект "Атлантида", своего рода оммаж советской эпохе. Вам понятна эта тоска по нашему прошлому?

Герман-мл.: Луи Франк - антиглобалист, он, скорее всего, выражает общую тоску по несбыточному, но не выдуманному миру. Не пластмассовому. Не одинаковому. По уникальному...

Для меня же это тоска по прежней мощи русского искусства и русской культуры. Последние десятилетия мы свои культурные позиции только теряем. Во всех областях культуры происходит одно и то же - усреднение, деградация. У нас все меньше культурных взлетов. Для того чтобы появилось много талантливых людей, необходима среда, должны действовать социальные лифты, реальная конкуренция проектов. Оглянитесь вокруг, в стране в самом широком смысле этого слова отсутствует эстетика.

Если говорить о кино, то многие надеются, что отечественный кинематограф могут спасти деятели "извне", в частности, сценаристы из Голливуда.

Герман-мл.: Во-первых, в США существует условно 15 тысяч сценаристов, из них реально талантливы 200 человек, они все пишут, и им не до того, чтобы делиться опытом в далекой России. Во-вторых, я не уверен, что можно механически пересадить чужой опыт в сложный национальный ландшафт.

К сожалению, мы заимствуем на Западе не хорошие вещи, а "форматы". Причем мы стали не просто форматными, а провинциально-форматными. Мы все время смотрим: "А как там в Лондоне, в Нью-Йорке?" И пытаемся повторить. Ну это же глупо по определению - мы никогда не будем, как Лондон или Нью-Йорк, да и не надо нам этого.

Проблем так много, что впору формировать "пожарную команду". Потому что мы реально - горим. У нас плохо преподают, среди молодых нет никакой синергии, мы мало понимаем, что хорошего происходит в мировой культуре. И мне кажется, к нам если уж кого привозить, то не средних мастеровитых профессионалов, а гениев, которые способны нас "зарядить". Сейчас задача выращивания новых Станиславских, Чеховых...

Мы стали увядающей культурой - в этом наша проблема. И для того, чтобы она была не увядающей, она должна быть разной. В разности - сила.

Алексей, вы говорите о пластмассовости нашего времени, об отсутствии эстетики конкретно у нас. Если бы вам предложили заложить свою "капсулу времени", что бы вы положили туда? Что для вас примета нашего времени?

Герман-мл.: Даже не знаю. Пожалуй, кредитный договор - вот это образ нашего времени.

P.S:

Остальные участники конкурса Берлинале будут объявлены в начале января. Фестиваль пройдет с 5 по 15 февраля. Президентом жюри конкурсной программы станет режиссер Даррен Аронофски ("Черный лебедь", "Ной").