Новости

18.01.2015 20:00
Рубрика: Общество

Страсти по Левиафану

Фильм Андрея Звягинцева "Левиафан" я не видел: жду его выхода в прокат, чтобы посмотреть на большом экране с нормальным звуком. И заметки эти вовсе не о картине, а о нашем отношении к этому, безусловно, одному из самых заметных фильмов последнего времени.

Первым делом хочу абсолютно искренно и от всей души поздравить создателей "Левиафана" с тем, что картина получила "Золотой глобус" и вошла в шорт-лист "Оскара". Я очень хочу, чтобы Звягинцев получил эту престижнейшую награду, но даже если этого вдруг, к сожалению, не произойдет, все равно и "Глобус" и шорт-лист "Оскара" - это уже победа. Разве можно не радоваться признанию работы русского режиссера?

Честно говоря, меня поражает, что я не слышу гула восторга по поводу побед Звягинцева. Хорош фильм или плох, правдив он или нет - то всегда оценки субъективные. Награды тоже, конечно, субъективны, но значимы. Может, я чего пропустил, но чего-то как-то крика восторга со стороны кинематографистов по поводу побед коллеги я не слышал. Так что даже, если они кричали, то, наверное, как-то тихо.

Я, как и все желающие, прочел огромное количество откликов на фильм Звягинцева и понял, что он рассказывает про какую-то ужасную жизнь российской глубинки.

Удивило меня, честно говоря, в откликах то, что куда как многие кричали: "Вот так живет Россия!", куда меньше: "Так живут мои друзья", и я ни разу не прочел: "Да, это моя жизнь. Я живу так".

Честно говоря, меня это немножко насторожило.

Когда я поделился этой мыслью в одной из социальных сетей, мне ответили: мол, герои "Левиафана" Интернетом не пользуются.

Я знаю немало людей, которым доставляет особое удовольствие во всех ситуациях и всегда считать Россию отсталой страной. Между тем, по данным ВЦИОМ, Россия занимает первое место по количеству пользователей Интернета и шестое в мире. Интернетом у нас в стране пользуется около 65% людей старшего поколения, и около 80% молодежи.

Отсюда можно сделать два вывода: либо режиссер снял кино об этих самых 35% немолодых людей, которые в Интернет не заглядывают, либо те, кто в него заглядывает, себя в картине не разглядели.

Я читал многочисленные отклики, честно стараясь разглядеть какой-нибудь не социальный, а профессиональный кинематографический разбор. Увы...

Может быть, все-таки пора признать, что кинокритики (как, впрочем, и любой другой) у нас давно нет. Есть отдельные редкие индивидуумы, которые смотрят на явление искусства, как на явление искусства, а не политики. Но в целом кинокритика давно превратилась в способ вести социальные, а не эстетические битвы.

Скажем, еще до выхода любого фильма Никиты Михалкова я могу с уверенностью сказать, кто его похвалит, а кто поругает. Этот вывод относится ко всем, мало-мальски заметным режиссерам, а про незаметных просто молчат, даже если они снимают интересные картины.

То же происходит и с фильмом Звягинцева. Максимум на что способны рецензенты, это написать, что Алексей Серебряков играет блистательно (тем, кому картина нравится) или очень плохо, выезжая только за счет индивидуальности (тем, кому фильм не по нраву).

Искусство вообще-то - это искушение искусственным: художественная правда никогда не равна жизненной. Мы никак не можем отучиться оценивать искусство с позиций "социалистического реализма". Вот ведь и социализма давно нет, а соцреализм остался. И мы горазды оценивать кино с позиций жизненно - не жизненно.

Какой фильм более жизненный: "Сталкер" или "Калина красная"? Сравнивать эти фильмы с таких позиций - бред абсолютный, потому что в одном - своя правда, в другом - своя.

В фильме все того же Никиты Михалкова "Солнечный удар" есть кадры, в которых очень красиво летает женский платок. Критики всерьез ругали режиссера за то, платочек так долго летать не может. Но это художественный фильм, ребята, в нем - свой язык и своя - подчеркну - художественная правда.

В Брюссельской опере в 1830 году была представлена опера французского композитора Даниэля Франсуа Эспри Обера "Фенелла" ("Немая из Портичи"). Опера эдакого политического свойства. В ней рассказывалось о восстании неаполитанских рыбаков против испанского владычества. Опера так возбудила народ, что люди вышли на площади и устроили революцию, в результате которой Бельгия отделилась от Голландии. Однако, насколько я знаю, это редчайший случай, когда произведение искусства столь непосредственно повлияло на человеческие массы.

Не преувеличиваем ли мы значение произведений искусства, в частности кино? Не взваливаем ли мы на плечи фильма тот груз, который ему непосилен?

Зная творчество Звягинцева, я очень надеюсь на то, что его последняя картина - это художественное высказывание, а не манифест, потому что манифест не может быть фактом искусства. Это его взгляд на жизнь. Тот, кто видит иначе и может высказаться с каких-то иных позиций - вперед. В чем проблемы?

Народ всегда, как известно, требует хлеба и зрелищ. И картину жизни люди все равно выстраивают по тому, каково у них положение с хлебом, а не по тому, как это положение с хлебом отражает зрелище.

Любая картина, любая книга поддерживает одних людей в их взглядах на жизнь и раздражает других. Великие фильмы заставляют каждого отдельного человека задуматься о себе. Не меньше. Но и не больше.

... Фридрих Ницше заметил, что искусство дано нам для того, чтобы не умереть от истины.

Очень глубокие слова, если вдуматься.

Общество Ежедневник Образ жизни Колонка Андрея Максимова