Новости

17.02.2015 08:45

Диалог о руднике

В Калининградском филиале "РГ" общественники, представители власти и бизнеса обсудили последствия добычи калийных солей в регионе
В эксклаве идет проектная подготовка к строительству рудника и обогатительной фабрики по переработке калийно-магниевых солей месторождения "Нивенский-1" в Багратионовском районе. Местное население настораживает перспектива соседства с предприятием первого класса опасности. Какое воздействие может оказывать будущий рудник на окружающую среду, на здоровье жителей и сохранность их имущества? Незнание специфики минерально-сырьевой отрасли, вал распространяемой недостоверной информации подогревают панику и протесты.

Чтобы наладить диалог сторон и получить ответы на острые вопросы, "РГ" организовала круглый стол. Местных жителей и муниципальную власть представляли глава Нивенского сельского поселения Михаил Макаров, председатель совета депутатов Багратионовского района, глава созданной в районе инициативной группы Олег Иванин, активные члены этой группы - Игорь Бахаровский и Александр Краснобаев. С другой стороны выступили генеральный директор ООО "Стриктум" (компании, которая будет заниматься добычей калийно-магниевых солей) Павел Яковлев, главный специалист по экологии предприятия Александр Данилов, а также исполнительный директор ООО "К-Поташ Сервис" (подразделения ООО "Стриктум", зарегистрированного в поселке Нивенское в качестве резидента калининградской ОЭЗ) Владимир Громцев.

Почему народ против

Михаил Михайлович, в муниципалитет пришел инвестор с масштабным проектом, с большими деньгами, почему народ против?

Михаил Макаров: Речь идет не о том, чтобы запретить работать здесь ООО "Стриктум" - оно имеет государственную лицензию на разработку недр, а об экологической безопасности этого проекта для населения. Каковы будут его последствия? В будущем это крупный промышленный кластер, в который войдут рудник и горно-обогатительный комбинат. На производстве будут заняты более 2,5 тысячи человек. Естественно, местные жители стали вникать, что такое калийно-магниевые соли, чем может угрожать экологии их добыча. Ознакомились с материалами предварительной оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС), где сказано, что в год выработка шахты составит около 2,3 миллиона тонн, то есть шесть тысяч тонн сырья в день.

База ООО "Стриктум" (бывшая производственная база ООО "ЛУКОЙЛ-Калининградморнефть") располагается в границах поселка Нивенское. В документах ОВОС указано, что на этой территории будет построен рудник. Так вышло, что в советское время все промышленные площадки, как и эта, располагались внутри населенных пунктов, здесь же находится железнодорожная станция с заездом на территорию производственной базы. Бульдозерные отвалы разместятся на улице Калининградской вблизи домов, детсада, школы. Нужно учитывать, что 40 процентов домов в поселке довоенной постройки. Когда по улице идет фура в 20-30 тонн, дома трясутся, трещины по стенам бегут.

Будущая стройка вызывает у людей много негативных эмоций. Мы направили письмо губернатору, выразив свою обеспокоенность, попросили создать правительственную рабочую комиссию, перенести кластер за границы поселка и использовать базу ООО "Стриктум" для каких-то иных целей, а также выступить инициатором проведения общественной экологической экспертизы. Не могу сказать, что нас не слышат - принимают, участвуют, информируют. Комиссия создана, возглавляет ее вице-премьер Михаил Плюхин, даны поручения профильным министерствам.

Павел Александрович, вы на эти вопросы отвечали и на общественных слушаниях, прошедших в Нивенском, и в разных СМИ. Почему, как вы думаете, люди не успокаиваются?

Павел Яковлев: Основная причина такого негативного настроя - не проект ООО "Стриктум", а то, что кто-то намеренно или не намеренно распространяет пугающие слухи. Компания законно приобрела лицензию и собирается законно, без нарушений, работать на Калининградской земле. За нарушения последует предусмотренная российским законодательством административная и уголовная ответственность. Мы пришли в рамках закона осуществлять права, данные нам на разработку месторождения.

Незнание специфики минерально-сырьевой отрасли, вал распространяемой недостоверной информации подогревают панику и протесты среди местных жителей

Мы на все поставленные вопросы уже ответили. И будем впредь отвечать. Но хотелось бы, чтобы люди слышали, что мы им говорим. Причина не в недостатке информации с нашей стороны, а в том, что население верит недостоверным сведениям, слухам и домыслам. Вот, посмотрите, я захватил материалы, распространяемые инициативной группой, - страшные картинки: провалы грунта, человек в противогазе, листовки с сомнительными текстами. Газета "Нивенский вестник" регулярно публикует материалы заседаний инициативной группы, перепечатывает комментарии ее членов в региональных СМИ. Вот, например (цитирует присутствующего здесь господина Краснобаева): "Будет добываться калийная соль, то есть калий с небольшой радиоактивностью". Откуда вы это взяли? О том, что калий нерадиоактивен, было заявлено на общественных слушаниях в поселке Нивенское. Вот заключение ФГУП "ЦНИИгеолнеруд" (Казань): соли хлорида калия, натрия и магния не являются радиоактивными, токсичными, содержащими драгметаллы, легковоспламеняющимися. В материалах ОВОС все это есть.

Далее читаю, как на собраниях инициативной группы решали, что писать в листовках: "В листовку надо включить следующие слова: 1. Недвижимость не продать. 2. Нормальной воды не будет. 3. За прибыль предприятия заплатим здоровьем и жизнью детей и внуков. В районах выработки возможны провалы, соляная пыль проникнет всюду, деревья будут желтыми". Откуда сочинители страшилок берут эти сведения? Почему пугают себя и других вместо того, чтобы вникнуть и разобраться?

Где жители могут ознакомиться с документами ОВОС?

Александр Данилов: В библиотеке поселка Нивенское, в Культурно-досуговом центре поселка Владимирово, в библиотеке поселка Южный-2. Несмотря на то что процедура ознакомления с материалами ОВОС закрыта, они из доступа не изъяты.

Михаил Макаров: Это право населения - задавать вопросы.

Павел Яковлев: Конечно, но пусть задают вопросы, а не утверждают! Мы ведь готовы отвечать на вопросы граждан, уже четыре месяца это делаем. От администрации муниципального образования получили 25 вопросов и ответили на все. Но ведь в официальных изданиях, в листовках публикуются именно утверждения. Если я что-то говорю, то свои слова могу подкрепить документами. А распространители слухов могут подтвердить свои заявления документами?

Где у зоны граница

Олег Владимирович, к вам в инициативную группу с какими вопросами чаще всего люди обращаются?

Олег Иванин: Рабочая группа выполняет функцию общественного резонатора. Принимает все жалобы, негатив, эмоции, которые люди выплескивают. Могут прийти и спросить, например: "Вот я сейчас достраиваю дом, потратил все деньги, у меня кредиты, дети, кто мне ответит, куда мне деваться? Кто скажет, достраивать мне дом или нет, смогу я его зарегистрировать или нет, потому что, по закону, на горном отводе все строения выше одного этажа подлежат согласованию с государственными органами".

Мы провели десять совещаний. Основной их лейтмотив - обеспокоенность жителей трех улиц: Багратиона, Захарова, Калининградской, имеющих дома и земельные наделы в так называемом треугольнике будущей промышленной площадки - в 50-300 метрах от границы будущего рудника. Мы не шахтерский край и не знаем особенностей этих предприятий. И когда встает вопрос, как жить рядом с шахтой или все-таки есть перспектива отселиться или сдвинуть предприятие на безопасное расстояние, нужна ясность. Допустим, инвестор, рассчитав санитарно-защитную зону и выяснив, что в нее попадают близлежащие дома, по закону обязан выкупить их у владельцев по рыночной стоимости, компенсировать расходы на переезд, устройство на новом месте. Но люди не имеют достоверной информации: попадают или не попадают они в зону риска? Некоторые собственники сейчас выставили на продажу дома, но потенциальные покупатели отказываются: "Это в Нивенском, где шахты будут строить? Спасибо, не нужно". Люди чувствуют себя заложниками ситуации.

Откуда черпается информация? Из социальных сетей. Там страшные картинки с рудников в Солигорске, Соликамске, Березниках. Для нас, обывателей, никакой разницы нет между шахтами на Урале, в Белоруссии и предприятием, которое собираются строить здесь. По закону вроде должно быть все хорошо, а как фактически - мы не знаем. Это вынудило нас применять чисто пропагандистские методы - листовки. Задача стояла - привлечь внимание широкой общественности, добиться истины. Мы боремся за то, чтобы здесь все было сделано по закону и по совести. Удерживаем людей от противоправных действий, перекрытия в знак протеста федеральной трассы.

И что может сейчас успокоить людей, какая информация или действия?

Олег Иванин: Пока мы не увидим проектных решений по границам санитарно-защитной зоны предприятия, это брожение в народе будет происходить. На одном из наших собраний мы просили уточнить ширину этой зоны. Эколог ООО "Стриктум" господин Данилов ответил, что 300 метров, а руководитель региональной службы по экологическому контролю и надзору заявил, что 500 метров. Где правда? Ясности нет.

Можете внести ясность, Павел Александрович?

Павел Яковлев: Сегодня можно точно сказать одно: санитарно-защитная зона (СЗЗ) не выходит за периметр предприятия, эти данные есть и в ОВОС. Действующими санитарно-эпидемиологическими правилами и нормативами предусмотрено несколько способов определения СЗЗ: от источника, периметров, профиля предприятия, расчетная по проекту, аналогам. Выхватывать просто цифру - 300, 500 или 1000 метров - некорректно.

Мы на общественных слушаниях сказали, что СЗЗ рассчитываем, исходя из фактических технологических решений с включением природоохранных мероприятий, необходимых для снижения воздействия на окружающую среду нашего технологического комплекса. Расчетную СЗЗ проверит Роспотребнадзор, а после запуска предприятия расчеты по СЗЗ будут отслеживаться и контролироваться на соответствие фактическим данным в течение года, и только после этого окончательно будет установлена ее величина.

По просьбе инициативной группы мы встречались с руководителем областного Центра гигиены и эпидемиологии, где подтвердили необходимость тщательного рассмотрения расчетов по СЗЗ и получения санитарно-эпидемиологического заключения специалистов. После этого еще раз опубликуем данные. Более того, мы ужесточили техническое задание - пошли на увеличение предельно допустимой нормы на границе зоны с запасом в 10 процентов, чтобы была гарантия, что зона риска не будет превышена. На подготовку скорректированных документов необходимо два месяца.

После корректировки проекта величина санитарно-защитной зоны может измениться?

Павел Яковлев: Думаю, что нет, расчеты делал квалифицированный институт. Уточню, что СЗЗ определяется и устанавливается на период строительства объекта до ввода его в эксплуатацию. Согласно п. 2.1. СанПиН, "ориентировочный размер санитарно-защитной зоны должен быть обоснован проектом санитарно-защитной зоны с расчетами ожидаемого загрязнения атмосферного воздуха (с учетом фона) и уровней физического воздействия на атмосферный воздух и подтвержден результатами натурных исследований и измерений". Если жилые дома в этот период в зону не попадают, можем начинать строительство, если попадают и это подтверждается результатами натурных исследований, в рамках законодательства мы должны предложить варианты переселения жителей. Пока, по нашим расчетам, в эту зону не попадает ни одно жилое здание. В материалах ОВОС это представлено.

Будут ли выбросы?

Игорь Бахаровский: У меня в руках СанПиН от 25 сентября 2007 года. В документе говорится о том, что санитарная зона должна устанавливаться не от источников (при наличии высоких и средних выбросов), а от границы промышленной площадки.

Александр Данилов: Дело в том, что самыми вредными воздействиями рудника являются шум и вибрация. Загрязняющих веществ, то есть пыли, не будет.

Игорь Бахаровский: Вы хотите сказать, что будет стопроцентная очистка добываемых в руднике солей?

Павел Яковлев: Практически да. Система очистки - 99,99 процента. Не вспоминайте 30-е годы прошлого века, нет сейчас такого в солевой промышленности. Полная механизация процесса от добычи до транспортировки и фасовки, причем весь технологический процесс сосредоточен внутри шахты, а фасовка производится в герметичную тару. Наиболее вредны шум и вибрации от машин и вентиляционных механизмов, а не солевая пыль.

Олег Владимирович, вы специально ездили в Национальный минерально-сырьевой университет "Горный" (Санкт-Петербург) на консультации. Что говорят специалисты?

Олег Иванин: Я общался с профессором Зубовым, это ведущий специалист Горного университета, непререкаемый авторитет не только в России, но и в мире. Его позиция: только независимый государственный мониторинг позволит контролировать деятельность предприятия первого класса опасности. Многие коммерческие предприятия пренебрегают мониторингом, это дорого. Мы будем добиваться, чтобы в проект был заложен независимый мониторинг.

Павел Яковлев: Мониторинг производственного процесса - обязательное требование к предприятиям первой категории опасности. Мы не пройдем Главгосэкспертизу, если технические решения безопасности, в том числе и экологической, не будут заложены в проект, а потом не получим акт о вводе предприятия в эксплуатацию, если они не будут реализованы.

Наше предприятие опасно с точки зрения не столько экологической, сколько техногенной. Добыча руды и ее переработка - сложный технологический процесс, и он будет подвергаться ежедневному внутреннему производственному контролю, чтобы обезопасить людей, работающих на шахте. Такой контроль на предприятиях первой категории опасности осуществляют представители Ростехнадзора, горного надзора, Росприроднадзора, Роспотребнадзора, Рострудинспекции и других.

При вводе предприятия в эксплуатацию все надзорные органы должны подписать акт госприемки, убедившись, что решения о производственном контроле реализованы. По результатам этого контроля составляются ежегодные планы контрольных проверок, которые согласовываются с государственными органами, результаты публикуются, это не секретная информация.

А что касается экологического мониторинга, он уже сейчас ведется, насколько я знаю?

Александр Данилов: Согласно закону, до начала проектных работ проведены инженерно-геологические, инженерно-гидрометеорологические изыскания. Кроме того, мы приступили к изучению текущего состояния атмосферного воздуха поселка Нивенское и водных объектов (каналы ФР-14-1, ФР-19-2) с рекой Прохладная. Заключили договоры с Центром лабораторного анализа и технических измерений по СЗФО в 2014 году и на 2015 год. Специалисты проверяют качество воды каналов и реки в 15 точках.

Результаты экологического мониторинга, официально предоставляемые муниципалитету, свидетельствуют о том, что концентрация вредных веществ в каналах превышает предельно допустимые нормы в десятки и даже сотни раз. Практически вся жилая зона Нивенского сбрасывает ливневые и фекальные воды в открытые мелиоративные сети без очистки. В поселке отсутствует централизованная система канализации. Единственные очистные сооружения, работающие по поверхностным водам, эксплуатируются на территории производственной базы ООО "К-Поташ Сервис". Загрязнение нефтепродуктами связано с движением автотранспорта по федеральной дороге Калининград - Багратионовск.

Мониторинг ведем для того, чтобы была отправная база, чтобы люди видели: вот такое качество поверхностных вод было у них до начала производственной деятельности, вот такое - после, и можно было проследить динамику.

Можно ли перенести шахту

Александр Владимирович, у вас как активного члена инициативной группы какие невыясненные вопросы остались?

Александр Краснобаев: Наша цель - чтобы интересы жителей, чьими соседями на полвека станут калийный рудник и обогатительная фабрика, не пострадали. Инициативная группа добилась, чтобы при прохождении стволов шахты не использовались буровзрывные работы. В компании пересмотрели технологию. Далее возник вопрос: что такое эшелон в 100 вагонов, который круглосуточно перемещается по поселку, разрезая его на две части? ООО "Стриктум" озвучило свою позицию: компания запросила в "РЖД" технические условия на строительство новых железнодорожных путей, которые не будут выходить за территорию промплощадки.

Павел Александрович, вам задавали вопрос: "Какие мероприятия по предотвращению загрязнения воды и воздуха будут применяться?" Вы ответили: "Установка фильтровентиляционного оборудования, увлажнение площадок предприятия, асфальтовое покрытие дорог, озеленение территории". Я так понимаю, что если основная единица расчета СЗЗ, скажем, 500 метров, то при представлении оборудования расчетная величина снижается до 300 метров? На слушаниях у нас такого разговора не было, вы утверждали: "У нас шахта абсолютно безопасная, мы производим поваренную соль". И только на вторых слушаниях выяснилось, что это будут еще и калийные удобрения.

Павел Яковлев: Речь шла о руднике. Сейчас мы занимаемся оформлением земли под обогатительную фабрику, где будут производиться в том числе и калийные удобрения. Фабрику поставим на значительном удалении от населенных пунктов. Для этого требуется выкупить участки у собственников, перевести земли сельхозназначения в другую категорию. Хотим, чтобы обогатительная фабрика гарантированно была удалена даже не на расчетную, а на установленную величину СЗЗ.

Александр Краснобаев: Я лично хочу изменить задание на проектирование, по возможности выдвинуть стволы за пределы поселка. Но вы не можете это сделать по площадке размещения, которая выбрана очень удачно для предприятия и крайне неудачно, к сожалению, для нас. Глупыми листовками мы пытались заручиться гарантией областного правительства. От властей должно было прозвучать одно заявление: если будет плохо, вопрос с отселением 50 домов из трехсотметровой зоны будет решен за счет тех 10 процентов налоговых отчислений, которые поступят в бюджет от ООО "Стриктум". И все. И тему бы закрыли.

Михаил Макаров: У Багратионовского района есть возможность выделить под кластер землю. Жителей, чьи дома находятся вблизи будущего рудника, на самом деле немного. Почему бы не перенести стволы метров на 300-400? Это же реально.

Павел Яковлев: Ни технически, ни геологически это невозможно. К сожалению, есть еще геология месторождения, не в каждом месте этого треугольника войдешь. Уникальность производственной базы ООО "К-Поташ Сервис" в том, что здесь сошлись логистические и геологические параметры.

Александр Краснобаев: Начнете бурить, не верю, что будет тихо.

Михаил Макаров: Во Владимирово, когда бурили, весь поселок на дыбы вставал...

Павел Яковлев: Сам комбайн собирается на глубине 30 метров, работает бесшумно, но он электрический. Мы не отказываемся от предложений, все, что в наших силах сделать, чтобы снизить шум, - сделаем. А почему бурим во Владимирово? Потому что хотим перетампонировать все старые скважины тридцатилетней давности, чтобы через них не прошло внешнее затопление. Это гарантия безопасности на 50 лет - время эксплуатации месторождения.

Как погасить страсти

Давайте подытожим. Вопрос ко всем присутствующим: считаете ли вы в принципе возможным комфортное соседство добывающего предприятия и поселка?

Павел Яковлев: Компания ООО "Стриктум" готова изменить жизнь поселка только в лучшую сторону. Мы хотим здесь жить и работать долго. Это моя позиция как человека и как директора предприятия. Более того, собираемся построить рядом рабочий поселок, чтобы из Калининграда не возить людей, я хочу, чтобы люди жили здесь и ходили на предприятие пешком, как я сейчас хожу пять километров до работы.

Владимир Громцев: И это сделать реально. В Солигорске, которым пугают жителей Нивенского, кроме негативных сторон, есть и позитивные. Я летом отдыхал в этом городе, где на руднике работает мой однокашник - горный инженер. Да, там у шахт высятся отвалы, но сегодня наука шагнула далеко вперед: можно обойтись без отвалов, производить закладку той же соли в отработанные пласты, для предотвращения проседания грунта. Что мы и собираемся делать. И в то же время в Солигорске зелено кругом - лес, озеро. Оказалось, что великолепная база отдыха шахтеров появилась искусственно - на месте поляны.

Игорь Бахаровский: Почему не удались первые слушания? Мы друг на друга смотрели с подозрением. Если бы состоялся диалог по правилам и конструктивно, а информация о деятельности предприятия была донесена доступно, как для дилетантов, разговор был бы другой, согласитесь.

Олег Иванин: Сегодня в стране непростая экономическая ситуация. Регионам нужно развивать новую экономическую модель. Думаю, через какое-то время риторика вокруг разработки Нивенского месторождения будет меняться. И мы разрешим возникший конфликт. Мы будем продолжать поиск консенсуса с инвестором. Обращаюсь к своим коллегам и представителям ООО "Стриктум": прошу в ближайшие два месяца, пока идет работа над ошибками и инвестор пересматривает свои проектные документы, установить перемирие в вопросах информационной атаки друг на друга. Это будет самое разумное, иначе заведем ситуацию в тупик.

Михаил Макаров: Великий китайский реформатор Дэн Сяопин сказал, что к великим свершениям нужно идти маленьким шагом. Приятно, что диалог получился, появилось взаимопонимание. В этом направлении и надо двигаться. Хотелось бы, чтобы в ООО "Стриктум" тоже принимали позицию населения.

Павел Яковлев: Мы готовы признавать свои ошибки. Цель нашей компании - улучшить состояние поселка, а не ухудшить его.

Филиалы РГ Северо-Запад СЗФО Калининградская область
Добавьте RG.RU 
в избранные источники