Новости

Предлагается дать адвокатам исключительное право на защиту граждан в судах
Президент Федеральной палаты адвокатов России Юрий Пилипенко рассказал в эксклюзивном интервью "РГ", почему правовое сообщество настаивает на введении так называемой адвокатской монополии: когда представлять интересы граждан в суде сможет только адвокат.

Слово "монополия" в массовом сознании ассоциируется, как правило, с отсутствием конкуренции, повышением цен и снижением качества. Поэтому у многих возникает мнение, что это выгодно только адвокатам.

Юрий Пилипенко: Такое понимание, основанное на реалиях сферы потребления, нельзя экстраполировать на те области практической деятельности, где требуются специальные квалификация и правила.

А какая разница?

Юрий Пилипенко: Проиллюстрировать различия можно на простом примере, который я всегда привожу: ни у кого не вызывает сомнений необходимость монополии врачей - специалистов, получивших квалификацию в особо установленном порядке и подчиняющихся строгим профессиональным и этическим стандартам, - на оказание профессиональной медицинской помощи. Никто не рассматривает это как неоправданное ограничение рынка медицинских услуг и права граждан на получение медицинской помощи. Да и сами граждане ничуть не протестуют против такой монополии. Тем не менее монополия адвокатов на оказание профессиональной юридической помощи зачастую почему-то воспринимается у нас как способ узурпировать рынок юридических услуг, убить здоровую конкуренцию, лишить граждан возможности свободно выбирать представителя, ограничить их право на судебную защиту и т.д.

Рискну предположить, что это прямое следствие недостатка правовой культуры, который мы не можем преодолеть уже в течение четверти века.

В других странах - какие порядки на этот счет?

Юрий Пилипенко: Отмечу, что везде, где развиты правовая культура и правовая система, установлена адвокатская монополия в широком смысле, то есть как исключительное право не только на судебное представительство, но и на деятельность в других сферах юридической практики - или во всех, или хотя бы в некоторых.

Бытует представление, даже в профессиональной среде, что адвокатская монополия носит абсолютный характер только в странах англо-саксонской правовой семьи. Однако последние исследования, в том числе в рамках ОЭСР, ВТО и IBA (Международной ассоциации юристов), свидетельствуют о том, что в большинстве развитых стран на практике установлены не только монополия адвокатов на судебное представительство, но и запрет на оказание юридической помощи лицами, не имеющими адвокатского статуса.

Адвокатская монополия распространяется далеко за пределы представительства в судах в большинстве европейских стран - Дании, Голландии, Греции, Германии, Франции, Испании, Португалии и других, в Республике Корея, Гонконге, Тайване.

В Японии существует даже серьезное противоречие между министерством юстиции и Японской федерацией адвокатских ассоциаций в толковании ст. 72 Закона об адвокатуре Японии, где говорится об адвокатской монополии. Адвокатура распространяет действие этой статьи не только на судебное представительство, но и на сопровождение сделок, и такой подход реализуется на практике.

В некоторых других странах, например в Индии и Пакистане, где прямой законодательный запрет на оказание юридических услуг неадвокатами отсутствует, он вводится на практике.

В исследованиях перечисленных выше международных организаций выделена категория стран среднеазиатского региона с самой узкой сферой действия адвокатской монополии - исключительным правом адвокатов на судебное представительство только в уголовном судопроизводстве.

К этой категории отнесена и Россия, причем следует учесть, что защиту по уголовным делам, рассматриваемым мировыми судьями, в нашей стране вправе вести и лица без адвокатского статуса, то есть исключительное право адвокатов распространяется лишь на уголовное судопроизводство в федеральных судах.

То есть, получается, во всем мире ограничивают обычных юристов в возможности работать с клиентом?

Юрий Пилипенко: Приведенная выше мировая тенденция свидетельствует, что адвокатская монополия означает не ограничение рынка юридических услуг, а нормализацию регулирования и установление единых правил, благодаря которым развитие рынка становится эволюционным и прогнозируемым. Только таким путем возможно ввести единые стандарты оказания правовой помощи и тем самым обеспечить всем равный доступ к юридическим услугам высокого качества, улучшить работу судов и правоохранительной системы, повысить уровень правовой культуры в обществе.

По пути формирования единого рынка юридических услуг, установления общих правил в сфере профессиональной юридической помощи идут все государства мира, исповедующие принцип верховенства права. И в нашей стране переход к введению единых стандартов был инициирован государством.

Когда?

Юрий Пилипенко: Этот процесс начался в 2002 г. с принятием Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", согласно которому впервые была образована адвокатская корпорация в масштабах всей страны. Адвокаты объединены в региональные адвокатские палаты, входящие в Федеральную палату адвокатов РФ. В 2003-м был принят Кодекс профессиональной этики адвоката, установивший обязательные правила профессионального поведения и регламентировавший порядок дисциплинарного производства.

Федеральным законом "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" закреплены сущностные черты адвокатуры как единственного правового института, способного обеспечивать гарантированное каждому ст. 48 Конституции РФ право на получение квалифицированной юридической помощи. Основные из них состоят в следующем.

Адвокатура - независимая от государства самоуправляемая корпорация, члены которой для установления доверительных отношений с клиентами наделены профессиональными иммунитетами, обеспечивающими сохранение адвокатской тайны.

Для того чтобы получить право заниматься адвокатской деятельностью, необходимо приобрести статус адвоката - независимого профессионального советника по правовым вопросам. Претендент на адвокатский статус должен соответствовать квалификационным требованиям (иметь высшее юридическое образование, а также минимум два года стажа работы по юридической специальности) и выдержать квалификационный экзамен.

Адвокат обязан соблюдать профессиональные и этические стандарты деятельности, нести дисциплинарную ответственность за их нарушение (вплоть до лишения статуса) и постоянно повышать свою квалификацию. Все ограничения, которые адвокат принимает, вступая в профессиональную корпорацию, установлены в интересах получателей оказываемой им правовой помощи.

Вы ссылаетесь на мировой опыт. А что говорит отечественный: как обстояли дела, скажем, в советские годы?

Юрий Пилипенко: В советское время у российских адвокатов не было единой организации - они входили в коллегии, действовавшие в регионах, и не имели писаного свода этических норм. Кроме адвокатов профессиональным оказанием юридической помощи могли заниматься только юрисконсульты предприятий.

Двойственная ситуация, при которой параллельно с адвокатурой действует нерегулируемый сектор, сложилась в конце 1980-х - начале 1990-х гг., когда были разрешены частная юридическая практика в качестве индивидуального предпринимателя и оказание юридических услуг хозяйственными обществами. Тогда же на отечественный рынок хлынули иностранные юридические фирмы, в отношении доступа которых к практике в России не было никаких ограничений.

Федеральный закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" не устранил так называемый "дуализм" юридической профессии и рынка, потому что за юристами без адвокатского статуса сохранилось право оказывать юридические услуги, в том числе быть судебными представителями, за исключением уголовного судопроизводства в федеральных судах.

Этот закон установил ограничения в отношении адвокатов иностранных государств: они обязаны регистрироваться в специальном реестре, который ведет минюст, и практиковать только по праву своего государства. Однако, по данным за 2014 год, зарегистрировано немногим более 80 таких адвокатов.

От отсутствия правил на адвокатском рынке страдают в первую очередь люди, получившие неквалифицированную помощь

Качество услуг в нерегулируемом секторе существенно разнится: наряду с высококвалифицированными представителями отечественного юридического консалтинга и иностранных юридических фирм в этой сфере свободно действуют лица, не получившие высшего образования, имеющие непогашенную судимость или психическое заболевание, занимающиеся мошенничеством и т.д.

Таким образом, российский рынок юридических услуг сейчас абсолютно открыт как вовне - для иностранных юридических фирм, так и изнутри - юридические услуги вправе оказывать практически любое лицо. В результате он является свободным настолько, что конституционное право на получение квалифицированной юридической помощи на практике подменяется, по сути, правом каждого на оказание юридической помощи.

Каждый имеет право на ошибку, в том числе клиент. Может, стоит все-таки людям самим решать, к кому из юристов обращаться?

Юрий Пилипенко: В этой связи уместно привести слова заместителя министра юстиции РФ Елены Борисенко на Петербургском международном юридическом форуме в июне 2014 года: "Открытый рынок хорош безграничными возможностями для самореализации, но плох тем, что эти возможности есть и у тех, чья цель - извлечение прибыли любым путем, кому не нужны репутация, стандарты, качество. В то же время это источник нигилистического отношения к закону. Утрачивается культура обращения к юристу, право перестает играть в обществе ту роль, которую должно играть. Открытый рынок, не регулируемый и не имеющий правил и стандартов, опасен не только для юридической профессии - он подрывает стабильность отношений в целом". Страдают в такой ситуации в первую очередь граждане, получившие неквалифицированную помощь или ставшие жертвами мошеннических схем.

Заложником "дуализма" рынка является бизнес, пользующийся услугами юристов без адвокатского статуса: они не наделены профессиональным иммунитетом, поэтому, например, в их офисах могут производиться обыски с изъятием конфиденциальной информации клиентов.

Испытывает трудности национальный юридический бизнес, вынужденный работать в условиях неравной конкуренции с иностранными юридическими фирмами, которые еще в 1990-е гг. заняли доминирующее положение в некоторых сферах отечественной практики.

Не дают должного эффекта меры по самоочищению адвокатуры, потому что любой адвокат, исключенный из корпорации за непрофессионализм или недостойное поведение, может беспрепятственно продолжать практику как свободно практикующий юрист. При этом он оказывается даже в более выгодном положении, чем раньше, потому что не должен платить взносы в адвокатскую палату, подпадает по льготное налогообложение как индивидуальный предприниматель, не несет обязанностей повышать квалификацию и выполнять нормы Кодекса профессиональной этики адвоката, не подлежит дисциплинарной ответственности.

Как относятся органы власти к тому, о чем вы нам рассказываете?

Юрий Пилипенко: О том, что государство в полной мере осознает опасность такой ситуации, говорит включение в Государственную программу "Юстиция" положений, направленных на реформирование сферы оказания профессиональной юридической помощи. Этот документ, подготовленный Министерством юстиции РФ, предусматривает поэтапный план преобразований в области законодательного регулирования. Министр юстиции РФ Александр Коновалов в ряде выступлений подчеркивал необходимость постепенного, эволюционного реформирования и отмечал, что минюст придерживается такой позиции твердо и последовательно.

Первая редакция программы "Юстиция" была утверждена правительством в 2013 году, вторая - в 2014-м, третья - в 2015-м. Согласно этому документу, к концу нынешнего года должен быть подготовлен проект Концепции развития рынка профессиональной юридической помощи. К ее разработке Министерство юстиции РФ, как ответственный исполнитель, привлекло Федеральную палату адвокатов РФ, и Совет палаты в июне 2014 года создал специальную группу, которая подготовила предложения по проекту.

Предлагается ввести исключительное право адвокатов на судебное представительство, сохранив доступ в эту сферу корпоративным юристам и гражданам, решившим представлять в суде свои интересы самостоятельно.

Нельзя ли пойти другим путем: ввести отдельные правила для адвокатов, отдельные для остальных юристов, желающих работать в судах?

Юрий Пилипенко: О том, что введение единого регулирования сферы оказания профессиональной юридической помощи и совершенствование института адвокатуры - взаимосвязанные процессы, закономерным результатом которых является повышение качества правовой помощи, свидетельствует, например, опыт Польши. В этой стране параллельно с адвокатурой существует корпорация юридических консультантов, имеющая практически такую же область деятельности, но регулируемая отдельными законом и кодексом этики.

Это положение, существующее с начала 1980-гг., привело к стагнации обеих профессий. Их доступность для огромного числа выпускников юридических вузов неконтролируемым образом увеличивает число практикующих адвокатов и юрисконсультов. Недостатки системы профессиональной переподготовки порождают некомпетентность, а плохо функционирующая, снисходительная система дисциплинарных судов не ставит надежного заслона для лиц, нарушающих принципы профессиональной этики. В результате обе профессии в восприятии общества - "на одно лицо", и обе в одинаковой степени не пользуются общественным доверием.

Только установление единых стандартов, общих прозрачных правил на рынке юридических услуг может обеспечить доверие к юридической профессии со стороны общества и равный доступ к квалифицированной юридической помощи. Первым шагом к этому везде в мире служит введение исключительного права адвокатов на судебное представительство. Мировой опыт свидетельствует, что расширение адвокатской монополии является логичным этапом эволюции правовой системы и развития рынка юридических услуг.

Для свободно практикующих юристов предлагается одновременно установить переходный период, в течение которого они смогут вступить в адвокатуру.

На каких условиях?

Юрий Пилипенко: Тем из них, кто имеет стаж практики пять лет и более, придется пройти только письменное тестирование на знание Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и Кодекса профессиональной этики адвоката. Остальные должны будут сдать квалификационный экзамен на общих основаниях. Данная мера позволит исключить из сферы оказания юридической помощи людей без юридического образования, с недостаточным практическим стажем, непогашенной судимостью и т.д. В результате общее количество лиц, профессионально занятых оказанием правовой помощи, сократится.

Личный адвокат не подорожает

Подскочат ли цены на юридические услуги?

Юрий Пилипенко

Это сокращение будет, по нашим данным, не настолько значительным, чтобы привести к росту цен на услуги адвокатов. К тому же надо учесть, что по самой своей сути адвокатская профессия конкурентна: адвокат ведет практику совершенно автономно, органы корпоративного самоуправления не вправе вмешиваться в его деятельность. Так что в плане ценообразования рынок адвокатских услуг не менее свободен, чем рынок услуг частнопрактикующих юристов. Это дополнительная гарантия, что после объединения профессии цены сохранятся на прежнем уровне.

В связи с этим высказываемые некоторыми аналитиками опасения, что введение исключительного права адвокатов на судебное представительство ограничит право граждан и организаций на судебную защиту, не имеют реальных оснований.

То же относится и к иностранным юридическим фирмам: распространение единых правил на деятельность иностранных адвокатов, практикующих в России, не будет означать установление каких-либо искусственных ограничений. Плодотворная конкуренция с нашими иностранными коллегами должна быть свободной, потому что во многих областях права их квалификация является эталоном, стремление соответствовать которому побуждает нас к профессиональному росту.

Свободной должна быть и конкуренция с представителями высококвалифицированного российского юридического консалтинга. Совершенствование законодательного регулирования позволит им после вступления в адвокатуру использовать способы организации деятельности, наиболее эффективные в их практике, а приобретение профессиональных адвокатских иммунитетов и гарантий - привлечь новых клиентов.

Конкуренция абсолютно необходима для развития национальной юридической профессии и повышения качества правовой помощи. Но мы хотим добиться установления общих правил игры, создающих равные конкурентные условия для всех ее участников. Только в такой ситуации адвокатура получит возможность эффективно очищать свои ряды, совершенствовать дисциплинарную практику, вводить новые механизмы повышения квалификации.

Подписка на первое полугодие 2017 года
Спроси на своем избирательном участке