1 мая 2015 г. 17:40
Текст: Олег Ащеулов (кандидат исторических наук)

"Русское орудие, метающее ракетообразные снаряды..."

Развитие гвардейских минометных частей в первый период Великой Отечественной войны (июнь 1941 - ноябрь 1942 г.)
Одним из самых известных символов оружия Победы Советского Союза в Великой Отечественной войне являются реактивные системы залпового огня БМ-8 и БМ-13, получившие в народе ласковое прозвище "Катюша" и ставшие основным вооружением гвардейских минометных частей в 1941-1945 гг. Обстановка повышенной секретности, в которой создавался новый тип оружия и формировался новый род войск, привела к тому, что реальная история советской реактивной артиллерии периода войны оказалась малоисследованной и мало доступной для широкого читателя. Большинство публикаций о гвардейских минометных частях написано более 40 лет назад и отличаются отсутствием точных данных о формировании, организации и численности гвардейских минометных частей в первый период войны, а также преувеличением их результатов. В связи с этим необходимо вновь рассмотреть процесс формирования гвардейских минометных частей в 1941-1942 гг. и оценить их роль в Московской и Сталинградской битвах.

Кратко напомним историю создания реактивных систем залпового огня БМ-8 и БМ-13. С начала 1930-х гг. в СССР велись разработки и рассматривались возможности залпового пуска реактивных снарядов. Для реализации этих целей в 1933 г. был создан РНИИ - Реактивный научно-исследовательский институт. Главное артиллерийское управление (ГАУ) в 1937-1938 гг. поставило институту задачу разработать многозарядную пусковую установку для ведения залпового огня 132-мм реактивными снарядами. Первоначально установку планировалось использовать для стрельбы реактивными снарядами в целях ведения химической войны.

В апреле 1939 г. была спроектирована многозарядная пусковая установка по принципиально новой схеме с продольным расположением направляющих. Эта установка первоначально получила наименование механизированная установка (МУ-2), после доработки специальным конструкторским бюро завода "Компрессор" и принятия на вооружение в 1941 г. ей было присвоено название "боевая машина БМ-13". Сама реактивная установка представляла собой 16 направляющих для реактивных снарядов желобкового типа, которые располагались вдоль оси машины. Расположение направляющих вдоль шасси автомашины и установка домкратов увеличивали устойчивость пусковой установки и повышали кучность стрельбы. Заряжание производилось с заднего конца направляющих, что позволяло значительно ускорить процесс перезарядки. Все 16 снарядов можно было выпустить за 7-10 секунд.

Началом формирования гвардейских минометных частей послужило постановление ЦК ВКП(б) от 21 июня 1941 г. о развертывании серийного производства снарядов М-13, пусковых установок М-13 и начала формирования частей реактивной артиллерии. Первой отдельной батареей, получившей семь установок БМ-13, командовал капитан И.А. Флеров.

Успешные действия батарей реактивной артиллерии способствовали бурному росту этого молодого вида оружия. Уже 8 августа 1941 г. по приказу Верховного главнокомандующего И.В. Сталина началось формирование первых восьми полков реактивной артиллерии, которое было закончено к 12 сентября того же года. Затем до конца сентября был сформирован еще один полк.

Элитарный характер и значимость батарей дивизионов и полков реактивной артиллерии Красной армии подчеркивались тем обстоятельством, что непосредственно при формировании им присваивалось почетное наименование гвардейских. По данной причине, а также в целях соблюдения секретности советская реактивная артиллерия и получила свое официальное наименование - "гвардейские минометные части". Специальным приказом Ставки Верховного Главнокомандования для офицерского состава полагался полуторный, а для бойцов двойной оклад содержания, как это устанавливалось для всех гвардейских частей1. В массовом сознании за установками полевой реактивной артиллерии М8 и М13 закрепилось название "Катюша".

Советское военное руководство по достоинству оценило перспективы нового оружия. Уже 8 сентября 1941 г. вышло постановление Государственного Комитета Обороны (ГКО) N 642, которое стало важной вехой в истории советской полевой реактивной артиллерии. Согласно данному постановлению гвардейские минометные части были выделены из состава ГАУ. Вводилась должность командующего гвардейскими минометными частями, который должен был подчиняться непосредственно Ставке2. Первым командующим стал военинженер 1го ранга В.В. Аборенков, бывший до этого заместителем начальника ГАУ. При командующем был сформирован штаб, главное управление вооружений минометных частей М-8 и М-13, а также оперативные группы на основных направлениях.

Основной тактической единицей гвардейских минометных частей стал гвардейский минометный полк. Организационно он состоял из трех дивизионов реактивных установок М-8 или М-13, зенитного дивизиона, а также подразделений обслуживания. Всего в полку числилось 1414 человек, 36 боевых машин, двенадцать 37миллиметровых зенитных пушек, 9 зенитных пулеметов ДШК и 18 ручных пулеметов. Однако тяжелое положение на фронтах и снижение выпуска зенитных орудий привели к тому, что в 1941 г. некоторые части реактивной артиллерии в реальности не имели зенитного артиллерийского дивизиона. Переход к штатной организации на базе полка обеспечило повышение плотности огня по сравнению со структурой на базе отдельных батарей или дивизионов. Залп одного полка реактивных установок М-13 состоял из 576, а полка реактивных установок М-8 - из 1296 реактивных снарядов3.

Анализ постановлений ГКО позволяет сделать вывод о стремительном развитии гвардейских минометных частей. Постановлением ГКО N 1152 от 15 января 1942 г. на командующего гвардейскими минометными частями возлагалось формирование в Москве 20 полков М-13 в период с 15 января по 5 марта 1942 г.4 Полки формировались по новому штату, утвержденному наркоматом обороны СССР 13 января 1942 г. 9 марта того же года вышло постановление ГКО N 1413, в котором приказывалось сформировать до 25 апреля 20 новых полков М-8 и М-135. Вновь создаваемые полки оснащались установками реактивных снарядов, смонтированными на автомобилях иностранного производства "Форд Мармон" и "Остин".

Вскоре у "Катюши" объявился "младший брат". В мае 1942 г. группа офицеров Главного управления вооружений разработала снаряд М-30, в котором к ракетному двигателю от М-13 присоединялась мощная надкалиберная головная часть, выполненная в форме эллипсоида с максимальным диаметром 300 мм. После успешных полигонных испытаний 4 июня 1942 г. ГКО издал постановление N 1867 о принятии на вооружение М-30 и начале его серийного производства6. По аналогии с "Катюшей" реактивные установки М-30 получили неофициальное название "Андрюша".

В течение июня и первой половины июля 1942 г. было сформировано 20 отдельных гвардейских минометных дивизионов М-30. Каждый дивизион состоял из трех батарей по 32 рамы в батарее. Дивизион М-30 (96 рам) в течение двух-пяти минут мог выпустить 384 снаряда на дальности 2600 метров. Семь дивизионов М-30 в порядке опыта были объединены в два полка и направлены на Западный фронт. К концу августа уже имелось более 70 дивизионов М-30, из них основная масса была сосредоточена в войсках Волховского, Калининского, Западного и Сталинградского фронтов.

Первое применение "Катюш" состоялось 14 июля 1941 г. Батарея капитана И.А. Флерова произвела из семи пусковых установок два залпа по железнодорожной станции Орша, на которой скопилось большое количество немецких эшелонов с войсками, техникой, боеприпасами, горючим. В результате железнодорожный узел был стерт с лица земли, противник понес тяжелые потери в живой силе и технике.

8 августа 1941 г. "Катюши" были применены на киевском направлении. Об этом свидетельствуют следующие строки секретного донесения члену ЦК ВКП(б) Г.М. Маленкову: "Сегодня на рассвете на киевском УРе были использованы известные Вам новые средства. Били по противнику на глубину до 8 километров. Установка чрезвычайно эффективная. Командование участка, где стояла установка, доложило, что после нескольких поворотов круга противник совершенно прекратил нажим на участок, откуда действовала установка. Наша пехота смело и уверенно пошла вперед"7. В том же документе указывалось, что применение нового оружия вызвало первоначально неоднозначную реакцию советских солдат, ранее не видавших ничего подобного: "Передаю так, как рассказывали красноармейцы: Слышим рокот, потом пронзительный вой и большой огненный след. Среди некоторых наших красноармейцев поднялась паника - пронзительный вой и большая огненная полоса, а потом командиры разъяснили, откуда и куда бьют... Когда красноармейцам разъяснили, куда бьет установка, то это вызвало в буквальном смысле ликование бойцов. Очень хороший отзыв дают артиллеристы..."8.

Появление "Катюши" явилось полной неожиданностью для руководства Вермахта. Первоначально применение советских реактивных установок БМ-8 и БМ-13 воспринималось немцами как сосредоточение огня большого количества артиллерии. Например, Главное командование сухопутных войск Германии 14 августа 1941 г. отметило: "Русские имеют автоматическую многоствольную огнеметную пушку... Выстрел производится электричеством. Во время выстрела образуется дым... При захвате таких пушек немедленно сообщать". Через две недели появилась директива, озаглавленная "Русское орудие, метающее ракетообразные снаряды". В ней говорилось: "Войска доносят о применении русскими нового вида оружия, стреляющего реактивными снарядами. Из одной установки в течение 3-5 секунд может быть произведено большое число выстрелов... О каждом появлении этих орудий надлежит донести генералу, командующему химическими войсками при верховном командовании, в тот же день".

Важную роль сыграли гвардейские минометные части в обороне Москвы. К осени 1941 г. основная часть реактивной артиллерии была сосредоточена в войсках Западного фронта и Московской зоны обороны. Под Москвой находились 33 дивизиона из 59, имевшихся на тот период в Красной армии. Для сравнения: Ленинградский фронт имел 5 дивизионов, Юго-Западный - 9, Южный - 6, а остальные - по 1-2 дивизиона. В битве под Москвой все армии усиливались 3-4 дивизионами, и только 16я армия располагала 7 дивизионами.

Советское руководство придавало большое значение применению "Катюш". В вышедшей 1 октября 1941 г. директиве Ставки ВГК "Командующим войсками фронтов и армиями о порядке использования реактивной артиллерии" отмечалось: "Части действующей Красной армии за последнее время получили новое мощное оружие в виде боевых машин М-8 и М-13, являющихся лучшим средством уничтожения (подавления) живой силы противника, его танков, моточастей и огневых средств. Внезапный, массированный и хорошо подготовленный огонь дивизионов М-8 и М-13 обеспечивает исключительно хорошее поражение противника и одновременно оказывает сильнейшее моральное потрясение его живой силы, приводящее к потере боеспособности. Это особенно верно в данный момент, когда пехота противника имеет гораздо больше танков, чем мы, когда наша пехота более всего нуждается в мощной поддержке со стороны М-8 и М-13, могущих быть с успехом противопоставленными против танков противника"9.

После залпов "Катюш" противник нес значительные потери в живой силе, но еще более значительным было моральное потрясение попавших под огонь солдат и офицеров Вермахта. Об эффективности этого секретного новейшего оружия свидетельствует ряд фактов. Яркий след в обороне Москвы оставил дивизион реактивной артиллерии под командованием капитана К.Д. Карсанова. 11 ноября 1941 г. этот дивизион поддерживал атаку своей пехоты на населенный пункт Скирманово. После залпов дивизиона населенный пункт был взят почти без сопротивления. При осмотре района, куда были даны залпы, было обнаружено 17 подбитых танков, более 20 минометов и несколько орудий, брошенных противником в панике. В течение 22 и 23 ноября 1941 г. этот же дивизион, не имея пехотного прикрытия, отражал многократные атаки противника. Несмотря на огонь автоматчиков, дивизион капитана К.Д. Карсанова не отошел назад до тех пор, пока не выполнил боевую задачу.

Однако эффективность снижалась по причине недостаточного количества снарядов для реактивных установок М-8 и М-13. В ходе переговоров Маршала Советского Союза Б.М. Шапошникова с генералом армии Г.К. Жуковым последний заявил: "Залпов для Р.С. (реактивных снарядов. - О.А.) требуется не менее 20, чтобы хватило на два дня боя, а сейчас даем ничтожно мало. Если бы было их побольше, я ручаюсь, что можно было бы одними РСами расстрелять противника"10.

Такая переоценка реактивной артиллерии наблюдалась и у других военачальников. Однако реактивная артиллерия могла эффективно использоваться только при решении конкретных, свойственных ей задач и имела некоторые недостатки. Об одном из них указывалось в письме члену ГКО Г.М. Маленкову: "Серьезным боевым недостатком машин М-8 является большое мертвое пространство, не позволяющее вести огонь на дистанции ближе трех километров"11. Особенно ярко этот недостаток выявился в период отступления наших войск, когда из-за угрозы захвата этой новейшей секретной техники экипажи "Катюш" вынуждены были взрывать свои реактивные установки.

В начале контрнаступления под Москвой советские войска располагали 45 дивизионами реактивной артиллерии, что составляло 68% всех имеющихся на тот момент в действующей армии гвардейских минометных частей. Обладавшие большой подвижностью части реактивной артиллерии неотступно преследовали врага, нанося ему большой физический и моральный урон. Перед гвардейскими минометными частями встали новые задачи. Теперь объектами их огня оказались не только пехота и боевая техника противника, но и укрепленные рубежи обороны. Реактивные установки БМ-8 и БМ-13 полностью оправдали себя и в этих новых условиях. Например, 31-й отдельный минометный дивизион под командованием политрука Орехова израсходовал 2,5 дивизионного залпа для уничтожения немецкого гарнизона в деревне Попково. В этот же день деревня была взята практически без сопротивления. В протоколе допроса немецких военнопленных было отмечено, "что взятые в плен два солдата в деревне Попково сошли с ума от огня реактивных установок, а пленный ефрейтор заявил: "Случаев сумасшествия в деревне Попково было много от артиллерийской канонады советских войск"12.

Гвардейские минометные части внесли весомый вклад в отражение атак противника под Сталинградом. В общей сложности Сталинградский фронт на 18 июля 1942 г. имел в своем распоряжении 9 полков и один отдельный дивизион реактивной артиллерии. В них насчитывалось 67 установок М-8 и 156 установок М-1313. Внезапные залпы реактивных минометных установок опустошали ряды наступавших немецких войск, сжигали их боевую технику. В разгар ожесточенных боев многие гвардейские минометные полки производили по 20-30 залпов в день. Впечатляющий пример боевой работы показал 19-й гвардейский минометный полк, который только за один день боя произвел 30 залпов. Боевые реактивные установки полка находились вместе с передовыми подразделениями нашей пехоты и уничтожили большое число немецких и румынских солдат и офицеров. Реактивная артиллерия пользовалась огромной популярностью у защитников Сталинграда. Боевая слава полков Воробьева, Парновского, Черняка и Ерохина гремела на весь фронт.

Командующий 62-й армией генерал В.И. Чуйков в своих воспоминаниях писал, что "он никогда не забудет полк "Катюш" во главе с полковником Ерохиным"14. Этот полк часто выручал В.И. Чуйкова. 26 июля на правом берегу Дона полк Ерохина участвовал в отражении наступления 51-го армейского корпуса фашистов. В начале августа полк вошел в южную оперативную группу войск. В первых числах сентября во время немецких танковых атак на реке Червленная в районе деревни Цибенко полк опять на самом опасном месте дал залп 82-миллиметровых "Катюш" по основным силам врага. Когда 62-я армия вела уличные бои с 14 сентября до конца января 1943 г., полк "Катюш" полковника Ерохина постоянно получал боевые задачи от командующего артиллерией армии генерала Н.М. Пожарского. В этом полку направляющие рамы (рельсы) для снарядов были смонтированы на гусеничной базе Т-60, которая давала этим установкам хорошую маневренность на любой местности. Находясь в самом Сталинграде, выбрав позиции за крутым берегом Волги, этот полк был неуязвим для артиллерийского обстрела противника. Свои боевые установки Ерохин быстро выводил на огневые позиции, давал залп и с такой же быстротой уходил в укрытие.

По подсчетам с советской стороны, за время оборонительных боев под Сталинградом полком Ерохина было отбито свыше 40 атак, сожжено и подбито более 50 танков, уничтожено 160 автомашин и 14 минометных батарей, а также большое количество живой силы противника. Эти данные выглядят завышенными, но они дают представление о той напряженной работе, которая выпала на долю советской реактивной артиллерии. Согласно официальным данным, в общей сложности за период оборонительных боев под Сталинградом было произведено 45 полковых, 1400 дивизионных, 1120 батарейных залпов и сотни залпов отдельными боевыми машинами реактивной артиллерии. Всего по немецким войскам за оборонительный период Сталинградской битвы было выпущено свыше сотни тысяч реактивных снарядов.

Для первого периода Великой Отечественной характерно бурное развитие реактивной артиллерии. На 1 января 1942 г. на фронтах и в резерве Ставки насчитывалось 87 дивизионов "Катюш": 31 дивизион М-8 и 43 дивизиона М-13 были отдельными, а остальные дивизионы входили в состав трех полков реактивных установок М-8 и двух полков реактивных установок М-13. По состоянию на 4 июля 1942 г. Красная армия располагала 216 дивизионами реактивной артиллерии. Часть дивизионов организационно вошла в состав 10 отдельных полков М-8 и 44 отдельных полков М-13, остальные дивизионы использовались самостоятельно. Таким образом, помимо вышеуказанных гвардейских минометных полков Красная армия на 4 июля 1942 г. также имела 23 отдельных дивизиона М-8, 19 отдельных дивизионов М-13 и 12 отдельных дивизионов М-30.

К 19 ноября 1942 г. в общей сложности на фронтах и резерве Ставки числилось уже 365 дивизионов реактивной артиллерии. Анализ их организационной и материальной части позволил прийти к следующим выводам. Из имевшихся к началу контрнаступления советских войск под Сталинградом 365 дивизионов "Катюш" 204 (56%) составляли дивизионы М-13 и 76 (21%) дивизионы М-8. На долю тяжелых реактивных установок М-30 приходилось 85 (23%) дивизионов. При этом 186 дивизионов М-13, 57 дивизионов М-8 и 16 дивизионов М-30 входили в состав полков, а остальные 106 дивизионов (30%) были отдельными.

Точные потери реактивной артиллерии в первый период войны неизвестны. Можно судить лишь о приблизительных цифрах. Простые расчеты, основанные на ходе формирования, переформирования гвардейских минометных частей, описании боевых действий убеждают, что эти потери только в битве под Москвой достигли 200-300 пусковых установок. Большинство реактивных установок М-8 и М-13 взрывалось своими же экипажами из-за угрозы окружения, чтобы новейшая военная техника не попала в руки врага. Например, по приказу командующего 50-й армией М.Н. Петрова в боях в районе Мценск - Тула командиром полка В.А. Шмаковым была взорвана матчасть двух дивизионов. Гвардейские минометные части несли потери и от авиации противника.

Гвардейские минометные части внесли существенный вклад в победу советских войск под Москвой и Сталинградом, нанося противнику большие потери в живой силе и технике. Однако помимо материального ущерба огонь реактивных установок оказывал на врага и сильное морально-психологическое воздействие. "Катюши" и "Андрюши" успешно применялись до самого окончания войны, заслужив любовь и уважение советских солдат и офицеров - с одной стороны, страх и ненависть военнослужащих Вермахта - с другой. Реактивная артиллерия за время войны прочно заняла свое место в Красной армии и по праву стала одним из символов Победы.


Примечания
1 РГВА. Ф. 4. Оп. 11. Д. 69. Л. 193.
2 РГАСПИ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 8. Л.188-189.
3 Там же. Л. 191-198.
4 Там же. Д. 19. Л. 95-100.
5 Там же. Д. 24. Л. 1-14.
6 Там же. Д. 38. Л. 89-91.
7 РГАСПИ. Ф. 83. Оп. 1. Д. 26. Л. 14.
8 Там же.
9 ЦАМО РФ. Ф. 148а. Оп. 3763. Д. 90. Л. 88-90.
10 РГАСПИ. Ф. 83. Оп. 1. Д. 26. Л. 7.
11 Там же. Л. 29.
12 Там же. Л. 45.
13Там же. Л. 76.
14 Чуйков В.И. Сражение века. М., 1975. С. 181.