Новости

20.05.2015 22:00
Рубрика: Культура

Какое небо голубое

Джордж Клуни - о фильме "Земля будущего", который сегодня выходит в прокат
Мало у кого из киноактеров между экранными образами и собственной личностью такой небольшой разрыв.

Говорят, что еще Кери Грант был по жизни таким же обаятельным, говорят, что Боб Хоуп был остроумнейшим человеком, но оба они - титаны прошлого. А Джордж Клуни - вот он: мечется между светскими тусовками и Дарфуром, между покупкой особняка на берегу Темзы и лагерем беженцев. Плейбой, красавец - не зря же тысячи бракоспособных девиц горько вздохнули, узнав о его женитьбе. Самые драматические роли он умеет оттенить легкой обаятельной иронией. И в разговоре точно такой же: стремится подо все подвести серьезную базу, но оправляет ее в изящную рамку легкой усмешки.

Я встретилась с ним в связи с выходом на экраны фантастического фильма "Земля будущего".

Джордж, сперва "Гравитация", теперь "Земля будущего"... Вы всерьез увлеклись фантастикой?

Джордж Клуни: Чистая случайность! Жестокая судьба актера, который не может планировать будущее, а вынужден брать, что ему предлагают (улыбается). Хорошо еще, что у этих двух картин, кроме жанра, нет ничего общего. "Гравитация" - это техника плюс психология, а "Земля будущего" это... в одной фразе я, пожалуй, не сумею определить.

Определите в двух, хоть и в трех.

Джордж Клуни: С одной стороны, это утопия. Чистый Жюль Верн: где-то есть место, где уже реализовано счастье. Там живут только творческие люди, которые осуществляют свою мечту. Там нет места политике, закулисным играм, напрочь отсутствуют интриги, и поэтому талантливые изобретатели без помех могут улучшать жизнь. Единственное, что от них требуется: не быть паразитом и действительно ежедневно работать над улучшением жизни. Очень красивое место: небо голубое, воздух чистый, люди привлекательны, здания захватывающие, машины - вообще, сказка.

И где же ложка дегтя?

Джордж Клуни: Вот! Есть, оказывается, место и для нее. Она там, где проверяют пропуска в эту землю: вход открыт не всем, а только талантам. А кто определит, талантлив ты или нет? На этом крючке и висят приключения героев.

Что больше привлекло актера Джорджа Клуни: утопия или приключения?

Джордж Клуни: После того, как мне стукнул полтинник, я решил отказаться от работы в приключенческих картинах: в этом возрасте уже не ты бьешь, а тебя бьют. Кому охота, чтобы зрители при виде вчерашнего любимца вспоминали: здорово ему настукали в последней ленте! Так ведь всех поклонниц можно растерять. Есть, конечно, у нас парни пенсионного возраста, обвешанные мускулами, которые до сих пор колотят мужчин среднего возраста, но я к ним точно не отношусь. В общем, когда мне позвонили Бред Бирд и Дэмон Линделоф (режиссер и сценарист - М.О.), то я воспринял их предложение достаточно кисло. Они, однако, эту кислоту уловить не захотели и прислали сценарий, а когда я его прочел, то понял: это подарок судьбы. У моего героя Фрэнка Уолкера такой набор черт характера и комплексов, который почти идеально совпадает с моим, а мир будущего почти идеально совпадает с моим видением такого мира. Понятно, что я с восторгом согласился.

У победительного Клуни и закомплексованного Уолкера много общего?! С трудом верится.

Джордж Клуни: А вы уж поверьте, поверьте. Во-первых, да будет вам известно, я - несостоявшийся изобретатель. Как Фрэнк. А что вы улыбаетесь? Я в детстве смастерил такую цветную светогирлянду вокруг динамика, которая включалась и выключалась хлопком ладони. Помните, какие тогда танцы были - с прихлопами? Танцуешь - раз! - включилось, танцуем в световых пятнах, хлоп! - танцуем в темноте. Потом робота сделал - простенького, но очень симпатичного. А потом в голове что-то щелкнуло - и пошел в актеры. И маленькая язвочка в душе осталась - вдруг мог бы стать вторым Эдисоном. И болезням мира мы с Фрэнком одинаково ужасаемся. Вот только он запирается от них, а я так не могу. Там где он ужасается телевизионной картинке, я беру билет на самолет и лечу туда. Африка, Сирия, Гаити - если уж бог дал такую судьбу, что тебя узнают и слушают, то грех не использовать эту ситуацию для добра. А поскольку эта картина даже не о том, сколь прекрасна цель, к которой устремляются герои, а о тяжелой дороге к этой цели, то не только герой, но сама идея мне близка.

Вы полагаете, что, преодолев тяжелую дорогу, человечество действительно окажется в блистающем завтра? Мы ведь столько раз слышали о том, что стоит немного потерпеть, и все будет замечательно.

Джордж Клуни: Терпеть иногда полезно, терпеливые люди, как правило, выигрывают, вот только: ожидает ли нас в конце пути такой уж блеск и такое уж счастье без конца - сомневаюсь. О чем мечталось полвека назад? Вот, мол, электроника развивается неслыханными темпами, роботы скоро заменят людей, у всех появится время, чтобы поднять себя духовно... А что получилось?

Замечательный русский писатель Илья Ильф в 20-е годы написал: "В фантастических романах главное - это было радио. При нем ожидалось счастье человечества. Вот радио есть, а счастья нет".

Джордж Клуни: Абсолютно точно! Кто мог в дурном сне представить, что мечта технических романтиков: компьютерная сеть - будет использоваться для шантажа, как это произошло, когда хакеры взломали систему киностудии "Сони"? Кто мог представить, что выросшие в свободном мире люди испугаются шантажистов и начнут отказываться от своих неотъемлемых прав на свободу слова. И роботы давно трудятся на заводах, но общество духовнее не стало. Поэтому мечта и остается мечтой, хотя без нее и нельзя.

Может, в следующей картине вам удастся подсказать, как на самом деле нужно строить счастье.

Джордж Клуни: Ох, боюсь, что с этим будет сложновато. Следующая картина "Аве, Цезарь" - комедия о нравах Голливуда. Вряд ли это та географическая точка, где царит бесконечное счастье.

То есть, сделав несколько шагов в сторону научной фантастики, вы, в конце концов, возвращаетесь к любимому жанру комедии?

Джордж Клуни: Я возвращаюсь к своему любимому жанру умной комедии. Я учился комедии у таких титанов как братья Коэны, Дэвид Рассел и Стивен Содерберг, так что меня на дешевку не соблазнишь.

Что значит - на дешевку? На комедию положений?

Джордж Клуни: Нет-нет, я не о жанре, я - о качестве юмора, о том, что самый немыслимый гэг должен быть достоверен. Когда я снимался у братьев Коэнов в картине "О, где же ты, брат?", то играл натурального идиота, и в одной из сцен решил выразить идиотию героя физически. Но был остановлен Этаном Коэном, и было мне объяснено, что да: мой герой, конечно, дурак, но его подельники - еще глупее, и поэтому рядом с ними он - умник, а посему нечего хлопотать лицом. И Дэвид Рассел мне объяснил, что мой Оушен - лидер, потому что внутренне он сильнее любого из своей команды, и не надо показывать и доказывать свое лидерство какими-то специальными жестами или гримасами. А в "Невыносимой жестокости" Джоэль Коэн, наоборот, велел не сдерживать себя в игре лицом, потому что... в общем, потому что именно этого требовал образ. Вот такая комедия мне по душе, и надеюсь, что "Аве, Цезарь" тоже отнесется к ее ряду.

Вы собираетесь в ближайшее время что-то ставить?

Джордж Клуни: Только если мой друг Грант Хеслов (продюсер и сценарист, среди работ которого "Арго", "Мартовские Иды", "Охотники за сокровищами", лауреат "Оскара" - М.О.) найдет что-нибудь захватывающе. Он гораздо интеллигентнее меня, и без него я ни на что не решусь (говорит совершенно серьезно, и лишь уголок рта предательски подрагивает).

Культура Кино и ТВ Мировое кино Звездные интервью "РГ"
Добавьте RG.RU 
в избранные источники