Новости

26.05.2015 19:51

Когда б мы досмотрели до конца...

На вопрос: "Верите ли вы в Бога?" она отвечает словами Силуана Афонского "Я не верю, я знаю Бога"
Недавно в московском кафе "Галерея" был вечер памяти философа Померанца. Во время перерыва к его супруге, Зинаиде Александровне Миркиной, подошел молодой человек и попросил подписать книгу ее стихов. Эту книгу он хочет послать в Донецк. Его девушка, оказывается, любит стихи Миркиной и говорит, что они помогают выживать в войне.

Год назад Миркина опубликовала статью "Единственная революция". Пронзительная боль за разрыв Украины с Россией, что и стало, по мнению автора, первопричиной обрушения мирового равновесия. Она писала, что майдан, начинавшийся как "революция достоинства", был заранее обречен на кровопролитие. Октябрем 17-го тоже восхищался Запад: "десять дней, которые потрясли мир"... Так почему же, огорчалась она, мы, знающие по своей трагической истории, что насильственное свержение власти неизбежно приводит к крови, знающие, что "Великий Октябрь" обернулся тьмой, считаем теперь (многие из нас), что майдан - только свет? Она убеждена: люди не могут стать свободными, пока внутренне не готовы к свободе, и вывести общество из тупика способна только "единственная революция". Это путь к Богу, то есть духовное преображение людей.

Кому-то кредо Миркиной покажется "слишком религиозным", кто-то сочтет, что говорить вслух о Боге "прилично только в церкви". Но ведь ее душа настолько переполнена любовью к миру и к людям, что не поделиться этой радостью с другими она не может. Вся ее поэзия, эссе, философские сказки об этом, о самом главном: без осознания, что "царство Божье внутри нас", настоящей жизни у человека просто нет.

"...Когда б вы догадались, сколько зла / Скрывается в одной фальшивой ноте, / Вы бросили бы все свои дела, / И стали помогать моей работе". Ее работа - неустанный разговор с Богом. В отличие от монашеского труда, который совершается обычно втайне, ее работа у всех на виду. Для всех и каждого. Истины, о которых она напоминает нам, вроде бы давно всем знакомы. Но таков уж парадокс: самое известное легче всего забывается. И потому так важно, что рядом с нами все еще живут хранители этих известных (вечных!) истин.

Как одно целое

"...Мои взгляды и взгляды Зинаиды Александровны развивались в постоянном пересечении и могут рассматриваться как одно целое", - писал Померанц, признанный авторитет, мыслитель, мудрец.

Больше полувека они прожили "как одно целое". Два года назад она его потеряла. Ей идет 90-й год. Оставшись одна, выпустила уже семь книг - работы Померанца и свои стихи, ведет семинар в Музее меценатов (они с Григорием Соломоновичем проводили эти духовные беседы около двадцати лет). Она поразительно свежа и деятельна, но все равно надо спешить слушать ее и слушать... Многие, наверное, помнят, как вдохновляюще звучали их непривычные нам суждения, когда эту уникальную пару изредка приглашали на ТВ.

Мне повезло - наша беседа шла много вечеров, я уходила от нее окрыленная. Но переношу теперь диктофонные записи на бумагу - и живая интонация исчезает, все выглядит иначе, чем когда слышишь ее приветливый голос. Но знаете, почему так важно (каждому!) понять Миркину? Несмотря на потерю мужа, без которого она не мыслила и дня прожить, несмотря на тяжелую болезнь, которую она превозмогает с юности, Зинаида Александровна, поверьте, очень счастливый человек.

Справедливость - кровавая добродетель

У Померанца с Миркиной детей не было, зато у них по свету много духовных детей. Одна из таких преданных, поэтесса С., живет в Харькове. После статьи "Единственная революция" С. пишет Зинаиде Александровне возмущенные письма: о каком, мол, духовном преображении можно мечтать, когда в Украине льется кровь?

Вот отрывок из последнего ответа Миркиной:

"Моя дорогая девочка! Я ведь с самого начала говорила тебе, что насильственное свержение власти, какой бы плохой она ни была, всегда поднимает муть со дна и кончается мясорубкой... Теперь Запад решил, что во всех бедах Украины виновата Россия. Некоторые мои московские друзья тоже критикуют статью, говорят, что им стыдно за наш народ. А мне не стыдно. Мне очень больно за наш народ, он просто не в состоянии понять, как это можно разорвать родственные, культурные и человеческие связи, которые доходили до переплетения капиллярных сосудов. Народ наш обескуражен и сильно обижен. "Россия - агрессор" стало общим местом, но назови мне другую страну-агрессора, на территорию которой устремляются сотни тысяч беженцев... Неужели даже ты не понимаешь, что война за справедливость всегда отодвигает Бога в сторону: "Ты, Господи, подожди, без тебя разберемся." Не разберемся!.. Не забывай: я много думаю и волнуюсь о тебе. Эта война бьет по мне так же, как по тебе..."

Она послала С. новую книгу об Александре Мене. Автор А. Тавров (Суздальцев) вспоминает удививший его разговор с о.Александром о распаде Союза. На свое восклицание: "Скорей бы наши республики получили независимость!" - Тавров вдруг услышал: "Не надо скорее." И это говорил Мень, гонимый в Советском Союзе. Как так? Почему? О.Александр ответил: "Не надо скорее. Кровь польется".

- Наша семья была дружна с Менем. Он, духовный реалист, конечно, понимал все несовершенство человеческой природы и знал, что без преображения этой природы насильственные внешние перемены заведут в тупик. Вот первые (истинные) христиане никогда не шли на компромиссы с властью, терпели страшные муки, но... "Вложи меч твой в ножны, ибо не мечом решатся спор сей", - сказал Христос Петру.

Что есть истина

Откликов, одобряющих ее статью в "РГ", конечно, больше. Идут они до сих пор. Люди пишут, звонят ей из разных городов и стран.

- Я ни на чьей стороне в этой борьбе мнений. Мне близка позиция поэта Волошина, он в гражданскую войну прятал в своем коктебельском доме и красных, и белых, спасал людей просто потому, что это люди. В любом конфликте не может быть абсолютной правоты только у одной стороны. Обоюдное признание общей вины - уже начало выхода. Я убеждена: пока мы не научимся жить по тем законам, по которым мы созданы, мира на Земле не будет.

- По каким законам мы созданы, Зинаида Александровна?

- Это нравственные законы, и они столь же непреложны, как и законы физики. Мы не осознаем, насколько страшно отступление от них. Это библейские заповеди. Соблюдать их очень трудно, всю историю человечество их попирало. Но приходит время, когда жить так дальше уже невозможно.

- Христос умер, сказав: "Прости им, Отче, ибо не ведают, что творят". Умер чтобы ведали, а мы все враждуем, воюем... В стихотворении "Все ответы давно готовы..." вы говорите, что если сегодня придет Христос, мы Его не узнаем, и на вопрос Пилата "Варавву помиловать или Христа?" снова выберем Варавву.

- Есть версия, что Варавва был не разбойником, а чуть ли не революционером - поднимал евреев на борьбу с римским владычеством. Людям это было близко, а к чему их звал Христос - непонятно. Христос так самозабвенно исполнял все заповеди Божьи, что его душа превратилась в чистейший сосуд, где не было никакого "эго"... Он показал нам путь, открыл дверь. Дверь выхода из мира, лежащего во зле. Но пойти этим путем должны мы сами. Никто другой, даже сам Бог сделать это за нас не может, Он ведь создал нас свободными, по образу своему и подобию. В этом суть творения.

Преображенная душа

Ей было 19, только что закончилась война. Она мучительно не могла понять, почему в мире столько страданий? Как могут люди убивать друг друга? Зачем вообще человек живет, мечтает, трудится, если все кончается смертью? В юности большинство из нас переживает эти "проклятые вопросы". Ей было особенно трудно из-за свойств характера: чувствовала себя лично виноватой за все, что происходит вокруг. Когда жизнь показалась совсем уж невыносимой, с нею случилось чудо...

- Нет, ничего сверхъестественного. Я выросла в атеистической семье, читала массу книг, но Евангелие мне было чуждо. И вдруг произошло нечто...Чудо - это не то, что поражает воображение, а то, что преображает душу.

Из ее автобиографии (полностью можно прочесть на сайте "Померанц и Миркина"):

"...Это было на даче. Была гроза. А потом взошло солнце, и ель, которая стоит перед балконом, вся в каплях, вдруг вспыхнула тысячью солнц... Свет, небывалый, как будто проколол сердце насквозь... Прежде всего появилась полная уверенность, сверхразумная, вне всякой логики, что Творец этой красоты - совершенен... А затем произошло то, что невозможно передать, хотя я говорю об этом всю жизнь прямым словом... Физически мои глаза не видели НИЧЕГО, кроме ослепительной красоты, а внутренним зрением я увидела Бога... Я почувствовала взгляд на себе, в котором были бесконечная любовь и покой в одно и то же время... В этом взгляде я получила ответ на все мои вопросы и на всю боль. Я поняла, что мы призваны к такой духовной высоте, на которой исчезает все, что меня мучило. Сердце почувствовало вечность так же ясно, как рука - твердые предметы."

Пауза созерцания

- Красной строкой во всех четырех Евангелиях проходит мысль: "Имеющий уши да услышит, имеющий глаза да увидит". Нам надо научиться видеть и слышать мир, который вокруг нас и который больше нас. Вот гуляю я по лесу и вдруг в знакомом дереве вижу такую красоту, что замираю. Прохожие спрашивают: "Что, белку увидели?" Как сказать им, что не белку, а божественность мира?

- Вы с Григорием Соломоновичем часто вспоминали из Достоевского: "Разве можно видеть дерево и не быть счастливым?"

- Да, это князь Мышкин. Увидеть творение Божье, не заслоняя его своими проблемами, - значит увидеть суть мира.

- Вы мне говорили: чтобы реально почувствовать Бога, надо расчистить Ему место в своей душе. Как это?

- Это значит внутренне сосредоточиться. Как говорил Григорий Соломонович,"собрать себя", у него даже книга с таким названием есть . Доглядеться, дослушаться до своей глубины. Наступает пауза. Та самая пауза созерцания, которую так любил Померанц. Кстати, когда Моцарта спросили, что самое главное в его музыке, он сказал: "Пауза". Та пауза, во время которой ты не говоришь, а слушаешь голос Бога.

Первая встреча

Когда прихожу в их уютную, художественно убранную квартиру, первым делом иду поздороваться с Григорием Соломоновичем. На письменном столе его портрет, всего лишь цветное фото. Она говорит " Каждое мое утро начинается с того, что подхожу к этому столу, сажусь у окна и вглядываюсь в небо и в ту полоску леса. Если б кто знал, как много мне это дает. Честно сказать, не было ни одного повторяющегося утра. В такие минуты, а еще когда иду по лесу, ко мне сами собой приходят новые стихи"

- Ваши стихи называют псалмами...

- Григорий Соломонович называл мои стихи "переводом с Божеского на человеческий". Он почувствовал наше родство с первой встречи. Он тогда собирал стихи неизвестных поэтов для "Синтаксиса" Алика Гинзбурга. Его привела к нам на дачу общая знакомая, и он сразу стал слушать стихи. Но как! Собралось человек десять гостей. Всех ждал обед. Но Гриша не дал никого накормить. Хотел только слушать и записывать стихи. Такую властность он проявил только один раз в нашей жизни. Потом говорил, что ему открылся другой взгляд на Бога, особенно в стихотворении "Бог кричал". Он увидел Бога не внешним владыкой, управляющим миром, а почувствовал, что Бог живет у нас внутри...

Живые следы

В 2009-м Миркина с Померанцем ездили в Норвегию получать престижную литературную премию. Давали интервью, выступали на пресс-конференции. Зинаида Александровна была поражена, когда одна респектабельная дама стала их благодарить : "Вы подарили нам надежду..." А в далекой Калифорнии живет их горячий поклонник Марк Туревский. 30 лет назад он уехал из СССР, добился полного комплекта "американского счастья": отличная работа, дом, хорошая семья, путешествия. Но в какой-то момент почувствовал, что "стало нечем жить". Спас Померанц. Марк случайно прочел его "Записки гадкого утенка", и ...сменил работу, стал заниматься волонтерством. В феврале сумел организовать онлайн-конференцию, посвященную Померанцу: разыскал более трехсот человек, которые согласились рассказать о "живом следе" Померанца и Миркиной в их судьбах.

- В СССР мы были отравлены атеизмом, теперь религия стала модой - опять плохо. До чего ж трудно бывшему советскому человеку прийти к Богу.

- Жить с Богом - значит, чувствовать глубинную связь всего со всем, чувствовать чужую боль. Если этого нет, религия превращается в обрядоверие. Бог потому и невидим, что Он внутри нас. Нет Бога вне нас. И только это чувство дает полноту счастья. Верующий человек может быть счастлив даже сквозь страдания. В глазах святых мучеников на иконах всегда - внутренний свет. Христос, будучи побежденным, знал, что Он победитель.

Она попросила закончить статью притчей Померанца, написанной еще в 1966 -м. "Группа людей попала в одну клетку со стадом обезьян. Клетка заперта. Ключи в руках обезьян. Ключи заколдованы. Тот, кто их схватит, сам становится обезьяной. Как выйти из клетки? Тут общего ответа нет. Надо решать эту задачу каждый день, каждый час, всю жизнь".

Добавьте RG.RU 
в избранные источники