"Разлом Сан-Андреас": штампы, спецэффекты, "Скала" и снова штампы

Кино и ТВ
    27.05.2015, 17:03
В дружной семье фильмов-катастроф случилось пополнение. Новорожденному дали имя "Разлом Сан-Андреас", а еще при зачатии в пробирке причислили его к ордену Штампа и Клише. Благодарное чадо ни на секунду не забывает следовать заповедям, передающимся из поколение в поколение, от Роланда Эммериха и Майкла Бэя к Антону Мегердичеву и теперь - к Брэду Пейтону.

Первая из заповедей касается центрального персонажа. Здесь его зовут Рэй (в миру - Дуэйн "Скала" Джонсон), и он олицетворяет собой настоящего Героя Америки. Мускулистый, загорелый, в первой же сцене он, сидя за штурвалом вертолета, нехотя ведет беседу с телерепортершей. Улыбнувшись безупречной улыбкой, Рэй отвечает на стандартный вопрос: "Это моя работа". Сразу после интервью он самоотверженно вызволит из лап смертельной опасности глупую блондинку за рулем, попавшую в анекдотичное ДТП.

Важная деталь: помимо того, что центральный персонаж строго положительный, он обязательно должен испытывать семейные проблемы. Таков закон. Брак, находящийся на грани распада, подходит тут как нельзя лучше. А если почти бывшая жена Эмма (Карла Гуджино), не успев еще толком развестись, сходится с каким-то богатеньким скользким типом (Йоан Гриффит), то вопрос об отрицательном персонаже можно считать решенным.

Вторая заповедь фильмов-катастроф - присутствие как минимум одного попавшего в беду отпрыска Героя обеспечивает Герою главную сюжетную миссию. Блэйк (Александра Даддарио) - абитуриентка, комсомолка, красавица и папина дочка. Она вынуждена лететь с новоявленным отчимом в Сан-Франциско, где встретится со своей любовной линией в лице голубоглазого очаровашки Джоби (Колтон Хэйнс). К последнему прилагается комедийный персонаж, отвечающий за юмористические one-liner'ы, в лице младшего брата Джоби, такого же очаровашки Олли (Арт Паркинсон).

Согласно третьей заповеди, фильму о природном или каком-либо ином катаклизме жизненно необходим Ученый, которого вовремя не услышали. В роли оного на сей раз засветился хороший актер Пол Джиаматти. Однако все его реплики - это либо "Я же говорил, а мне не верили" в различных вариациях, либо нагромождение научных терминов с непременным рисованием на карте географических масштабов бедствия. В нагрузку к ученому идет сюжетный костыль в виде телерепортерши. Той самой, из первой сцены. Видимо, в США острая нехватка кадров в сфере журналистики.

Наконец, главная, четвертая заповедь, звучит примерно так: "Если в угоду зрелищности требуется пожертвовать логикой, законами физики или чем угодно еще, не сметь даже задумываться. Зрелищность превыше всего".

Гонки на катерах навстречу цунами? Отличная идея. Зависший посреди узкой пропасти вертолет удерживает на хлипкой электролебедке внедорожник и трех (с учетом веса гороподобного Джонсона - четырех) человек? Конечно, легко. Классический штамп "первый попавшийся студент может взломать сколь угодно сложную компьютерную сеть, если посулить ему за это хорошую оценку" - в комплекте. Вишенкой на торте - поезда, как ни в чем не бывало продолжающие бороздить тоннели метрополитена во время сильнейшего землетрясения в истории.

Имеются в изобилии и прочие обязательные атрибуты фильмов-катастроф. Мир разрушается со скоростью, равной скорости движения героя (притом неважно, бежит герой на своих двоих или летит на винтокрылой машине). Звездно-полосатый флаг показывается крупным планом в финале. Хороший парень - простой работяга-спасатель, в то время как его антагонист - эгоистичный трусливый миллиардер (к вопросу о победившей капиталистической пропаганде). Все, абсолютно все в этом генетическом монстре, жертве киносмешения по имени "Разлом Сан-Андреас"- клонировано, скопировано, одним словом, вторично.

Единственное на все 107 минут светлое пятно (оно там правда есть) возникает где-то в начале второго акта, после экспозиции. Посреди творящегося хаоса камера вдруг решает, что в прошлой жизни она работала у Мартина Скорсезе. Она летит над живописно рушащимся городом в разбивающееся окно небоскреба, находит внутри героиню и следует за ней, пока та пытается спастись, уворачиваясь от падающих предметов и носящихся в панике людей. И все это - якобы без единой монтажной склейки. Несмотря на "якобы", выглядит весьма неплохо, но и вместе с тем очень недолго.

Как ни печально, в 2015-м году не перевелись еще киноделы, считающие, что нарисовать дорогие красивые спецэффекты и пригласить на оставшиеся деньги какую-нибудь звезду - вполне достаточно для того, чтобы обернуть этот сырой полуфабрикат в 3D-обертку и выдать за высокобюджетный продукт. Кстати, о какой-нибудь звезде. Дуэйн Джонсон - плохой выбор на роль, подразумевающую игру не только мускулами, но и лицом. Больше о Дуэйне Джонсоне сказать нечего.

В "Разломе Сан-Андреас" нет вообще ничего своего. В каждом кадре угадываются обведенные, как в фильме "Двенадцать стульев", тени предков. "Армагеддон", "Послезавтра", "2012", "Война миров", "Явление", "Вулкан" и так далее. "Разлом Сан-Андреас" до зуда в мозге предсказуем, смехотворен, глуп и попросту скучен. Остается надеяться, что творение Бреда Пейтона с треском провалится в прокате, и Голливуд извлечет из горького опыта правильный урок.

2.5