Новости

29.05.2015 00:51
Рубрика: Общество

Быть адвокатом общества

Элла Памфилова представила - сначала президенту, затем Госдуме - ежегодный доклад об итогах своей деятельности за 2014 год. Это первый ее доклад в качестве уполномоченного по правам человека в России.

Как явствует из доклада, в 2014 году к уполномоченному поступило 59,1 тысячи обращений от граждан, государственных и общественных организаций. На личный прием попросилось около 4 тысяч человек. Более 7,5 тысячи обращений поступило через интернет-приемную, примерно 8,5 тысячи - по телефону.

По сравнению с предыдущим годом число обращений выросло почти в полтора раза. Это говорит о том, что идет все более массированное наступление на социальные, экономические, политические права? Или о том, что граждане стали активнее эти права защищать, отсюда и рост жалоб? Однозначного ответа доклад не дает. В нем лишь приводятся данные исследования, проведенного фондом "Общественное мнение" (ФОМ) по заказу омбудсмена. Большинство россиян (45 процентов) полагают, что "за последние годы ситуация с правами человека улучшилась", 33 процента - что "ничего не изменилось", 14 процентов заметили ухудшение. По словам Эллы Памфиловой, эти цифры "не должны расхолаживать", поскольку они отражают общественный подъем 2014 года, созданный Крымом и Олимпиадой в Сочи. А общая картина такова. Более трети обращений к уполномоченному составляют жалобы на приговоры, постановления, определения судов. На втором месте - защита жилищных прав (18), на третьем - жалобы на условия отбывания наказания в исправительных учреждениях (11). Резко возросло количество обращений общественных организаций, представляющих сферу здравоохранения, отметила Памфилова, поэтому "право на бесплатную медицину остается самым приоритетным".

Судя по докладу, социальные проблемы продолжают оставаться острыми. В чем-то - чуть менее острыми, чем раньше. Например, жилье для военнослужащих было одной из острейших проблем, теперь понемногу эта проблема решается. А, скажем, произвол в правоохранительных органах, пороки судебной системы по-прежнему остаются предметом жалоб. При этом многие граждане в силу правовой непросвещенности ожидают от омбудсмена чуть ли не отмены и пересмотра судебных решений. Тогда как уполномоченный по правам человека не вправе вмешиваться в судебные дела. Согласно закону, "уполномоченный имеет право получать объяснения должностных лиц и государственных служащих, исключая судей, по вопросам, подлежащим выяснению в ходе рассмотрения жалоб". Исключая судей! Единственное, что омбудсмену тут позволено, - это отреагировать на жалобу, что в ходе судебного разбирательства были допущены процессуальные нарушения. Тогда это дело он может направить в вышестоящие инстанции.

Тематика обращений к уполномоченному в целом осталась прежней, но в прошедшем году ее пополнили "долговые проблемы", которые обостряются, как сказала Памфилова, из-за "финансовой неграмотности населения", чем пользуются банки, а также "финансовые коллекторы, деятельность которых следует жестко ввести в законодательные рамки". Кроме того, возникло много проблем в "культурном праве: от спасения разрушающихся памятников до противоречий между свободой творчества и защитой чувств верующих".

Уполномоченному по правам человека, кто бы этот пост ни занимал, неизбежно приходится считаться с российской массовой политической культурой. Эта культура формировалась веками и включила в себя веру людей в "доброго царя" - монарха, генсека, президента, в конечном счете в любого высокопоставленного начальника, которому надо бить челом в поисках милости и справедливости. Институт уполномоченного по правам человека невольно выглядит как еще одно окно для приема челобитных. Но создавался этот институт, чтобы защищать как законные права отдельных граждан, так и ничуть не менее законное право общества в целом стать наконец гражданским, а не патерналистским. Хотя, судя по ежегодным докладам уполномоченного, граждане по-прежнему чаще всего жалуются на ущемление их социальных прав. Доля подобных жалоб в общем потоке самая большая. На ущемление гражданских, политических прав жалоб гораздо меньше. Эти права для большинства населения - никакая не ценность. Существенная часть населения пока что озабочена не тем, введут ли цензуру в Интернете или ужесточат ли порядок проведения уличных акций, а тем, как накормить свою семью, как сохранить школу в деревне, как свести концы с концами при скудной зарплате. Поэтому нет сейчас смысла задаваться вопросом, защита каких прав - политических или гражданских - является для омбудсмена приоритетной. Вероятно, всему свой черед. Но, как бы то ни было, выступая в Госдуме, Элла Памфилова сказала, что придает "большое значение политическим и гражданским правам". И сообщила, что в своей работе учитывает не только общественные настроения, выявленные в ходе соцопросов, но и мнение "традиционного правозащитного сообщества", которое "более негативно оценивает ситуацию".

Российскому омбудсмену наверняка и дальше придется находиться меж двух огней: представители власти будут упрекать в излишней, по их мнению, политизированности, радикальные правозащитники - пенять на недостаточную, с их точки зрения, активность в отстаивании гражданских и политических прав. Недовольны будут и те и другие. Должность такая, что понравиться всем невозможно.

А вообще чем дальше, тем неизбежнее правозащита становится уделом маргиналов. Парадокс в том, что граждане, не перестав нуждаться в защите своих прав, даже, может, нуждаясь в ней еще больше, чем прежде, перестали внимать тем, в ком когда-то искали опору. Правозащита как род политической деятельности в России сходит с подмостков. Что, в идеале, справедливо. Это занятие не политическое.

Валерий Выжутович

Политический обозреватель