Новости

04.06.2015 00:07
Рубрика: Культура

Зияющие пустоты

Почему детские книги сегодня иллюстрируются столь убого?
Почему художники стали рисовать не сказки, а ужастики, а созданный ими мир порой откровенная халтура? Об этом корреспондент "РГ" побеседовал на Чеховском книжном фестивале с известным иллюстратором Евгением Антоненковым.

На фестивале в Таганроге я, увы, не смогла подобрать ни одной хорошо оформленной детской книги. Издания яркие, пестрые и одинаковые. Хотя в России всегда была отличная школа художников-иллюстраторов. Почему нет выбора?

Евгений Антоненков: Продать книжку сейчас достаточно сложно. Резко упали тиражи. 7 лет назад напечатать 10 тыс. экземпляров считалось хорошо, сейчас речь о пяти, трех тысячах, и сейчас на первом плане не воспитание вкуса, а экономика. Дешевые краски, дешевые художники... Чтобы не ошибиться, печатают проверенную классику - Пушкин, Маршак, Чуковский, сказки Андерсена. Но и Пушкина можно так проиллюстрировать, что без слез не взглянешь. Подход к оформлению детской книги очень упростился. Рисуют что для 3-летнего, что для 15-летнего одинаково. А когда нет выбора, покупают что есть. Какой у ребенка вырабатывается вкус? Дурной.

Вы успешно сотрудничаете с зарубежными издателями. Чем их подход к иллюстративному ряду отличается от требований к художнику наших "книжников"?

Евгений Антоненков: Хорошие западные издательства подробно расписывают макет книги. Это, с одной стороны, хорошо, с другой - плохо. Все зависит от степени свободы, которую предоставляет издатель. Я, например, не смог проиллюстрировать сказку Андерсена "Стойкий оловянный солдатик" по заказу одного канадского издательства. К техзаданию они подошли дотошно - расписали все страницы с точным указанием, где, в каком углу и что должно быть нарисовано. Как в армии. Я промучился и отказался. В чем прелесть иллюстрирования? Перед тобой белое пространство и можно подобрать свою стилистику. Однажды была сложность с издательством из Японии. Я иллюстрировал русский текст, а потом его перевели, и картинки перестали гармонировать с иероглифами. В той книге я иллюстрировал историю, которую сам сочинил. Это было условие издателя. Мне предложили придумать персонаж, который бы понравился детям. Я описал приключения ослика, у которого была мечта - научиться летать.

В крупных издательствах выпуск книг поставлен на поток. Перед художником на выполнение иллюстраций ставятся жесткие сроки, но рисование процесс неспешный. А когда идет стандартизация процесса, начинается халтура. По картинкам сразу видно: этот художник текст читал невнимательно.

Как вы это определяете?

Евгений Антоненков: Например, в описании сказано, что герой одет в красную кофту, а на картинке он в зеленой. Или где-то промелькнуло всего одно предложение: дед встряхнул бородой. И все, больше про нее ни слова. А художник, читающий по диагонали, этого высказывания может не заметить и нарисует деда без бороды. А ребенок увидит несоответствие.

Художник Беломлинский, иллюстрировавший книгу "Хоббит, или Туда и обратно" для издательства "Детская литература", хоббита Бильбо Бэггинса срисовал со своего любимого актера Евгения Леонова. А вы как работаете над образом?

Евгений Антоненков: Я долго не мог придумать царя Дадона в "Сказке о Золотом Петушке". И вдруг на рынке увидел мрачного человека - борода лопатой и нос крючком. То, что мне нужно! Образ Гвидона из "Сказки о царе Салтане" я угадал в случайном прохожем. Это был субтильный юноша с белыми прямыми волосами, тонким длинным носом. Вспомните, ведь Гвидон достаточно безволен - ходит грустный к морю и выпрашивает у царевны Лебеди то 33 богатыря, то белку с золотыми орехами и прочее. Когда образ придумываешь из головы, он получается не слишком живым. Поэтому моя формула - реальность плюс фантазия.

Какую литературу иллюстрировать проще, а какую труднее?

Евгений Антоненков: Проще придумывать рисунки к литературе описательной. Например, у Корнея Чуковского все очень конкретно. Сложно было работать над иллюстрациями к книге Сергея Козлова "Ежик и медвежонок". Там нет действия. Ежик все время сидит, он ежик-философ. Здесь надо было показать душу персонажа.

У вас почему-то не сложилась история с "Алисой в Стране чудес". Хотя эту книгу издавали множество раз.

Евгений Антоненков: Первый раз мне заказали "Алису" 10 лет назад. Рисунки показались издателю мрачными, я переделал. Одобрили, а вскоре проект заморозили. Потом было еще много вариантов. Не так давно иллюстрировал "Алису" для издательства Южной Кореи. Но оно закрылось. Но я мечтаю дорисовать наконец "Алису в Стране чудес".

И каждый раз вы изображали Алису по-разному?

Евгений Антоненков: Сам текст позволяет это делать. Алиса - она ведь многовариантная, с намеками.

Приходилось ли вам иллюстрировать книгу, которая вам категорически не нравилась?

Евгений Антоненков: Мне везло в этом отношении. Я иллюстрировал классику. Хотя сейчас появилось немало интересных российских авторов, с которыми я бы с удовольствием сотрудничал. Другое дело, что издатели, которые сильно зависят от конъюнктуры рынка, не хотят рисковать. Делают ставку на проверенных, топовых поэтов и писателей. Иногда авторы сами ищут спонсоров на издание своей книги. У меня однажды был такой заказ. Сказка была плохая, к тому же спонсор поставил условие - принцесса должна быть похожа на его дочь. А у меня персонажи, как правило, острохарактерные. Красивых героев мне рисовать скучно. В общем, отказался от заказа.

Сейчас в детской индустрии активно эксплуатируется тема смерти. В мультиках - монстры, в магазинах - куклы в гробах. Детей просят нарисовать любимых героев, и они изображают мертвецов на кладбище...

Евгений Антоненков: Во многих сказках присутствует тема смерти. Вспомните "Сказку о мертвой царевне", сказки Андерсена. Но, как правило, все заканчивается хорошо. Ребенок иначе относится к смерти. Плохо, когда на этом спекулируют, переходят тонкую грань, делают это неталантливо, и сказка превращается в ужастик. Мне кажется, в огромном информационном потоке, свалившемся сегодня на ребенка, отделить зерна от плевел способна только семья.

Справка "РГ"

Евгений Антоненков сотрудничает с издательствами Германии, Франции, Бельгии, США, Кореи, Японии, постоянный участник престижных международных выставок, в т.ч. Биеннале иллюстрации в Братиславе, Словакии (BIB 1999, 2000, 2005, 2011) и Биеннале европейской иллюстрации в Японии (BEIJ 2000 и 2001), лауреат конкурса "Белая ворона" (Болонья, 2004), обладатель диплома "Книга года" (2008).

Иллюстрации к сказке Уильяма Теккерея "Кольцо и роза" были отобраны для участия во Всемирной выставке иллюстраторов детской книги в Болонье (2002 год), а к книге "Двигайте ушами" Юнны Мориц номинированы на премию Bologna Ragazzi Award. В 2009 и 2010 годах номинирован на международную премию им. Астрид Линдгрен.

Культура Литература