Новости

10.06.2015 23:00
Рубрика: Культура

"Как же мира мучительно хочется"

Вышел в свет сборник гражданской поэзии Донбасса 2014-2015 годов
"Как я выжил, будем знать / Только мы с тобой, - / Просто ты умела ждать, / Как никто другой"... "Жди меня" - лучшее стихотворение, написанное в годы войны К.М. Симоновым, которому в этом году исполняется 100 лет. Но оно не о войне, о любви.

Вот стихи, созданные Юрием Юрченко незадолго до того, как он попал в плен под Иловайском в июле 2014 года, тоже о любви: "...И плачет женщина моя, / Ночами Господа моля, / Чтоб - хоть изранен, но - живой / С войны вернулся я домой". Они напечатаны в сборнике гражданской поэзии Донбасса "Час мужества", который вышел в свет и был представлен вниманию читателей накануне Дня русского языка, 6 июня. В нем - стихи 33 авторов. Название "Час мужества" - это цитата из стихотворения Анны Ахматовой, в котором звучат также известные всем нам строки: "И мы сохраним тебя, русская речь, / Великое русское слово".

Так уже бывало не раз - война рождает подлинных поэтов. Пережитое ими вызывает к жизни поэтические строки высокого эмоционального накала, от которых перехватывает горло и тесно в груди.

Но не только с войной и бедой связано творчество донецких и луганских поэтов. Вокруг рвутся снаряды, а они думают о мире: "Отскребем зеркала, отчистим. / И посадим кусты жасмина, / И построим мосты и башни, / Автобаны, заводы, парки" (журналист Ирина Белоколос).

И просто рассказывают - о чем-то, уже ставшем привычным, даже обыденным: "На линию фронта ходили трамваи, / За линию фронта маршрутки ходили. / Дончане тем летом так много узнали / О людях, о жизни, о Боге, о мире..." (журналист Марина Бережнева).

И конечно, мечтают: "Как же мира мучительно хочется! / Утра тихого, легкого платьица, / Чтобы в небе стрижи и ласточки / Да в пыли воробьев сумятица" (учитель, медсестра, народная поэтесса Донбасса Ирина Быковская (Вязовая).

Конечно, хотелось бы, чтобы в российский Год литературы для донбасских поэтов существовали бы иные мотивы для творческого вдохновенья. Но в первую очередь скажем им искренние слова благодарности за эти поэтические строки и пожелаем долгожданного мира на родной земле.

Михаил Сеславинский, глава Роcпечати

Из книги

Как же мира мучительно

хочется!

Утра тихого, легкого

платьица,

Чтобы в небе стрижки

и ласточки

Да в пыли воробьев сумятица.

У икон молитва да свечечки,

Травы пахнут, Святая Троица,

И чтоб кто-то шепнул -

"Все наладится.

Только к лучшему все устроится".

Как же хочется жизни, Господи!

Паучка в паутине-качелях,

Чтоб рассвет не во взрывах

и выстрелах

И закат в соловьиных трелях.

Тихой старости для родителей,

Сыновьям чтоб невесты

в локонах,

Чтоб младенцы задорно агукали

В кружевных разноцветных

коконах.

Как же хочется правды,

честности!

Пусть нароют ее старатели.

Справедливости, словно чуда -

Чтоб с Донбасса ушли каратели.

Чтоб от скверны неверья

очистились

Наши души, сквозь пламень

прошедшие,

Чтобы дети опять

улыбались нам

И вернулись друзья ушедшие.

Ирина Быковская (Вязовая), сентябрь 2014 г.

Молитва

Услышь нас, Господи, мы - живы,

пошли на землю свой конвой

гуманитарный. Тянет жилы

сирены вой и ветра вой...

Поверь нам, Господи, мы - люди.

В братоубийственной войне

за всех солдат молиться будем,

на той и этой стороне.

Прости нас, Господи, мы серы

и сиры в глупости своей.

В родной земле греша без меры,

мы просим процветанья ей...

Спаси нас, Господи, мы слабы -

от минометного огня,

стрельбы и ненасытных

"Градов",

мы сами не спасем себя...

Людмила Гонтарева,

сентябрь 2014 г.

* * *

затишье... в оцеплении минут,

когда ничто не рвется

и не жалит,

ты слушаешь живую тишину

везде: в дому, на улице, в подвале,

ты слушаешь ее до немоты,

до хруста пальцев, до умного звона

и чувствуешь: меняются черты

и тишина становится иконной.

Александр Савенков,

февраль 2015 г.

* * *

Унижен и изувечен.

Но не расчеловечен.

Голоден и обезвожен.

Но не обезбожен.

Топится адская печка.

Горячий от солнца и горя,

Мой город горит, как свечка,

У Господа на престоле.

Алиса Федорова, февраль 2015 г.

* * *

Мой город охрип от молитв,

Мой город оглох от бомбежек,

Мой город сегодня безлик...

Прошу: защити его, Боже!

Голодный, как брошенный пес,

И часто дрожит от озноба.

Мой город, уставший от слез,

Еще уповает на Бога...

Калека, бессильный на вид,

Но тлеет в нем дух поколений.

Мой город стоит на крови...

За то, что не стал на колени.

Екатерина Ромащук,

20 ноября 2014 г.

* * *

А "скорая" меня не довезла,

напрасно била об асфальт колеса.

В единый миг я стала безголоса

среди руин и битого стекла.

Подумайте: молчать!

Я так смогла?!

Не видеть мир, не трогать

и не слышать,

как бисер-дождь рассыпался

по крышам...

Опять не повезло -

Я умерла.

Анна Вечкасова,

октябрь 2014 г.

"Ватник"

Зачем иду я воевать? -

Чтоб самому себе не врать.

Чтоб не поддакивать родне:

"Ты здесь нужней, чем на войне!

Найдется кто-нибудь другой,

кто встанет в строй,

кто примет бой..."

За это "неуменье жить"

Не грех и голову сложить.

Юрий Юрченко,

11 июня 2014 г. Донецк

Мой черный грач...

Мой черный грач, -

простимся, брат:

Я - ополченец, я - солдат,

И может жизнь - в момент

любой

Позвать меня на смертный бой.

...И мать опять не спит моя,

Ночами Господа моля

О том, чтоб сын ее родной

Живым с войны пришел домой...

Скажи мне, грач, какой же толк

В словах про память и про долг,

Когда не сможем мы сберечь

Ни нашу честь, ни нашу речь?!

...И плачет женщина моя,

Ночами Господа моля,

Чтоб - хоть изранен, но - живой

С войны вернулся я домой.

Мой грач, о, как бы я хотел,

Устав от скорбных ратных дел,

Прижать к груди жену и мать...

И просто - жить. Не воевать.

Но плачет Родина моя,

Меня о помощи моля,

И я иду опять, мой грач,

На этот зов, на этот плач.

Юрий Юрченко,

10 августа 2014 г. Донецк