Новости

25.06.2015 17:13
Рубрика: "Родина"

Евразийцы и операция "Трест"

Текст: Александра Матвеева (кандидат исторических наук)
Евразийское движение является одним из самых ярких явлений в истории русского зарубежья первой трети ХХ века. "Научно-идеологическое" движение евразийцев было создано в 1921 г. в Праге. Отцами-основателями его стали экономист, географ П.Н. Савицкий; лингвист и этнолог Н.С. Трубецкой; теоретик музыки, искусствовед П.П. Сувчинский; религиозный философ Г.В. Флоровский.

Движение было весьма разнородным, однако, по мнению П.Н. Савицкого, была важная "скрепа", связывающая таких разных авторов в евразийстве, - попытка найти преодоление большевизма "в духе": "Мировая религиозная и затем русская национальная проблема является стержнем рассуждений, проблема, в пределах которой вопросы, вроде того, нужно ли или не нужно вооруженно бороться с большевиками или делать против них революцию, не встает вовсе"1.

Как отмечал Савицкий, перед евразийством были две альтернативные возможности: первая - "укрепиться в образе немноголюдного общения избранных", разрабатывать "новые ценности русской культуры" и "добиться личного влияния на тех или иных деятелей современной России"; второй путь - превращение евразийства в мощную организованную группу, став основой широкого социального движения2. Савицкий как политический лидер евразийства избрал последний вариант. Во многом этому способствовали контакты с "Трестом" - легендированной мощной военной организацией, с которой евразийцы стали связывать надежду на возможность захвата власти в СССР.

Связь с "Трестом" повлияла на изменение не только собственно политических установок Савицкого, но и его исторического мировоззрения. Он захотел принять участие в "пластическом процессе истории". А для этого необходимо познать ее закономерности. Не случайно Савицкий подчеркивал, что "проблема русской революции есть тот основной стержень, около которого движется их (евразийцев. - А.М.) мысль"3.

Анализируя события 1917-1922 гг., Савицкий выявил "основные закономерности революции": "Процесс осуществившейся революции связан со сменой правящего строя. В первой фазе революции происходит эта смена, во второй - протекают перегруппировки в пределах уже сложившегося слоя"4. Но при этом своеобразная "эволюция" революции должна была получить импульс извне, от внешней силы, которая должна проникнуть в ряды правящих верхов.

Такая историческая конструкция имела вполне очевидную идейно-политическую заданность. В письме Н.С. Трубецкому (сентябрь 1925 г.) П.Н. Савицкий обозначил следующую политическую установку евразийства: "Конечный результат произведенной коммунистами "революции" евразийцы признают подлежащим ниспровержению"5.

В 1925 г. Совет евразийства, куда входил Савицкий, выработал новую концепцию тактических действий и стратегию по захвату власти в СССР. Согласно ей евразийство позиционировалось как "движение революционное, культурные задания которого могут быть выполнены лишь промышленным (политическим. - А.М.) путем", и брало установку не на борьбу с революцией, а на "использование ее для своих целей" при условии устранения коммунистической верхушки"6.

Борьба с коммунизмом в русских условиях, по мнению Савицкого, должна была носить не силовой, а идеологический характер. Но для этого необходимо было противопоставить ему систему идей не меньшего размаха. Такой альтернативой, по его убеждению, была именно евразийская - как "единственная возможная для любого течения, которое желает оказывать влияние на ход русских событий"7. Такая "избранность" обосновывалась в политической программе евразийцев 1927 г. тем, что тезисно можно выразить в трех положениях: современный коммунизм перерождается в "капитало-коммунизм"; капитализм как основа западных политических форм и коммунизм как "порождение романо-германской культуры чужды русской традиции", в этой связи возможен только "третий путь" - евразийство, "выходящее на путь широкой социальности", "сознающее евразийское своеобразие в форме понимания России-Евразии как особого мира и отвергающее господствовавшее доселе западнопоклонничество"8.

Вопрос об идейной базе политического действия и политической власти в евразийской концепции был связан с разработкой новых политологических понятий, которые подчеркивали уникальность движения "третьего пути". Подобные движения "третьего пути" появились в послевоенной Европе 1920-х гг.

Генерал П.Н. Врангель и митрополит Антоний (Храповицкий) в Югославии. 1927 г.

Евразийский политический идеал связывался с представлением об идеократии. В основе теории идеократии лежало религиозно-философское представление Савицкого об историческом процессе как о "творимом" не по причине изменений "объективной обстановки", а в силу неких идей "народного духа"9. Определяющим началом в исторической жизни провозглашалась надгосударственная вечная идея-правительница, которая усваивается интеллигентами как "духовно-интеллектуальными предстоятелями народа" ("ведущим слоем", "правящим отбором") и через некоторое время "доходит" до народа10. Лишь та часть интеллигенции становится политической элитой, которая осознает смысл идеи, цементирующей все общество и государство. Переход от одного "правящего отбора" к другому объяснялся утратой им значения "лиги действия", которое брал на себя новый ведущий слой. В этой связи новым этапом должен был стать, по мнению Савицкого, евразийский правящий отбор, в состав которого могли входить люди всех социальных слоев и классов как "служители идее национального призвания России-Евразии"11.

Относительно организации политической системы идеократии Савицкий не изобретал каких-то особых принципов, считая, как и в начале 1920х гг., что советский строй "несомненно можно и должно рассматривать как особенную, приспособленную к российско-евразийским условиям форму представительства и управления"12. Евразийский рецепт власти был прост: прийти к власти в Советском Союзе можно, "заменив идею диктатуры одного класса на идею господства одного народа, то есть подменить классовый субстрат государственности субстратом национальным"13. Эта идея основывалась на предположении, что "националистические инстинкты" у "биологических особей", то есть у рабочих и крестьян, выражены сильнее, чем классовая солидарность14. Главное - это смена верхушки как носителей определенной идеологии ("идея - в верхушке"), которая повлечет за собой смену в содержании всего строя15. Таким образом, сущность "второй фазы" революции сводилась к вопросу о персональном укомплектовании верхушки.

Так, уже с 1924 г. евразийцы взяли курс на идеологический захват "Треста"16. Роль этой организации в реализации политической цели евразийцев - власть в СССР - была решающей: "эта организация проникает в поры советского аппарата, невидимо контролирует инстанции коммунистического действия, является осведомленной о важнейшем, что происходит в стране"17. А позже эта же организация должна была проводить отбор будущей правящей элиты - ведущего евразийского слоя18.

Принятая по отношению к "Тресту" тактика "обволакивания" власти, которая также распространялась и на захват власти в Советском Союзе, была заимствована по предложению П.С. Арапова у масонов19, хотя среди евразийцев в масонских ложах никто не состоял.

Важно отметить, что такая же тактика, по мнению Савицкого, применима и по отношению к СССР: "Влить новое вино евразийства в старые мехи марксизма", - смысл его евразийской пропаганды20. В письме к коллеге от 3 декабря 1926 г. Савицкий конкретизировал смысл такой формулы: Евразийская партия "как двойник коммунистической партии, который в удобный момент сменил бы последнюю, инкорпорировав в себя ее определенные элементы"21.

Савицкий рассматривал "Трест" не более, как "орудие производства с вполне ограниченной целью", причем как одно из возможных орудий22. При этом он полагал, что военное руководство, проникнутое евразийскими идеями, должно подчиняться кому-нибудь из основоположников евразийства (намекая на себя)23. Но дело было не только в проявлении "диктаторских замашек". Савицкий был, пожалуй, первым из евразийцев, кто еще в 1925 г. начал догадываться об истинной сущности "Треста". Он стал замечать, что именно "Трест" контролирует евразийцев, а не наоборот, при этом истинные политические цели его неясны24. А уже в 1933 г. Савицкий был уверен, что евразийцев пытаются превратить в советскую агентуру25.

Помимо надежд на "Трест" евразийцы пытались реализовать свое идеологическое влияние, действуя непосредственно в самом СССР. В секретной программе евразийцев (июнь 1925 г.), предназначенной только для руководства, говорилось, что задача евразийства состоит в установлении связей с советскими людьми, "заведомо непригодными для "Треста" и поэтому для "Треста" совершенно неинтересными"26. Здесь имелись в виду представители интеллигенции, ученые, прежде всего советские экономисты, и писатели, а также "враги коммунистов"27. С этой целью предполагалось переселить в СССР на постоянное местожительство своих людей и совершать регулярные поездки. В протоколе допроса от 27 августа 1945 г. Савицкий показал, что "белогвардейская организация "Евразийское движение" вела широкую подрывную работу против Советского Союза, перебрасывая в СССР своих членов для создания антисоветских ячеек и распространения антисоветской литературы"28.

В 1927 г. в СССР поехал сам Савицкий. Цель его поездки была изложена в письме, написанном им от третьего лица. В нем говорилось: "Надо, чтобы Эсдерс (Савицкий. - А.М.) имел возможность войти в широкий круг общения с аргентинскими нефтяниками (советскими евразийцами. - А.М.), чем тот, в который вошел Шмидт (П.С. Арапов. - А.М.) (...) Надо узнать народные нужды, не учтенные или поставленные под угрозу коммунистическим режимом"29. Причем эта "укорененность в народные нужды" требовалась не для идеологического влияния на массы, что, сообразно евразийской стратегии, было неосуществимо и ненужно, а для "критики в верхах"30.

Эта нелегальная поездка проходила под контролем советских спецслужб. В интервью радиостанции "Свобода" от 22 августа 2005 г. сын Савицкого Иван рассказал, что его отец "знал, что за ним в Москве следили, но ему казалось, что ему удалось уйти от слежки. Но он пришел на собрание, которое организовывалось соответствующими органами", и до конца верил в то, что на его Родине есть мощная евразийская ячейка31. По возвращении Савицкий уверял своих однопартийцев в существовании в СССР евразийской группы. Так, несколько позже в письме Н.Н. Алексееву он заявлял, что влияние евразийской идеологии в СССР "велико, но подпольно... В СССР евразийство имеет и последователей, и врагов. Политическое влияние евразийства было особенно велико в СССР в эпоху "правой оппозиции". Затем оно уменьшилось ввиду разгрома ячеек"32.

Попытки превратить "Трест" в евразийский орган провалились. Со второй половины 1920х гг. среди евразийцев кламарской группы во главе с П.П. Сувчинским, которым было поручено налаживать отношения с прибывающими в Париж советскими людьми и "агентами коммунистической власти", стала наблюдаться тенденция к "большевизации"33. По мнению Савицкого, все началось с "некритической" публикации в 1928 г. "Информационного бюллетеня", основанного на подборке из "всем доступной" советской прессы для сведения евразийцев о процессах, происходящих в СССР34. Таким образом, евразийцы знакомились с данными коммунистической пропаганды. Савицкий сразу же после выхода "Бюллетеня" высказался против дальнейшей его публикации без "евразийского отбирающего отношения к действительности", то есть без соответствующих комментариев. Сувчинский, заведовавший евразийским книгоиздательством в Кламаре под Парижем, отнесся к критике Савицкого прохладно. Процесс был запущен, и кламарское евразийство превратилось в "особый вид марксизма-ревизионизма"35. Попытки "главного евразийца" указать истинный путь отступившим не увенчались успехом.

Савицкий был достаточно прагматичным политиком и не мог не замечать рост авторитета в евразийской среде П.П. Сувчинского и его "коммуноидальных идей". Последний, в свою очередь, боролся с "савицкизмом" и разочаровался в той вселенской роли евразийской идеи, которую ей пророчил "главный евразиец". Сувчинский считал, что "либо мы (евразийцы. - А.М.) сами дурачим себя, либо одурачиваем людей"36. Кламарское евразийство стремительно левело, приходя к выводам: "марксизм необходим", "Покровский и его школа есть лучшая русская история"37. В итоге в конце 1928-го - начале 1929 г. произошел раскол движения. После этого размежевания Савицкий стал председателем распорядительного комитета Евразийской партии и возглавил группу "истинных евразийцев" в Праге. Но движение стало затухать. Савицкий объяснял это провалом в СССР антисоветской организации и последовавшим за расколом выходом из "Евразийского движения" Н.С. Трубецкого и П.П. Сувчинского, а вместе с ними и большей части членов38. На наш взгляд, во многом это объяснялось утратой связи с одним из важнейших источников финансирования данного движения - англичанином Ольдом (он же Сполдинг, он же Гольдшмидт)39, осуществлявшейся через П.Н. Малевич-Малевского (уже "левого" евразийца). Ольд финансировал кламарскую группу40.

Несмотря на попытки Савицкого вывести движение из кризиса, взяв на себя руководство "антисоветской белогвардейской организацией", "Евразийское движение" стало затухать и в 1938 г. после смерти Н.С. Трубецкого перестало существовать.

Прекращение деятельности эмигрантского евразийства - результат блестящей операции, проведенной ОГПУ. Данное движение, финансированное из английских источников, представляло собой угрозу не столько для советской власти, сколько для населения СССР.


1 ГА РФ. Ф. Р-5912. Оп. 1. Д. 100. Л. 19.
2 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 105. Л. 1.
3 Савицкий П.Н. Евразийство как исторический замысел // Основы евразийства. М., 2002. С. 281.
4 Евразийство (формулировка 1927 года) // Основы евразийства. М., 2002. С. 170.
5 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 362. Л. 36.
6 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 497. Л. 1.
7 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 44. Л. 5.
8 Евразийство (формулировка 1927 года). С. 169-170.
9 Савицкий П.Н. Два мира // Континент Евразия. М., 1997. С. 119-120.
10 Савицкий П.Н. Подданство идеи // Континент Евразия. М., 1997. С. 128.
11 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 362. Л. 33.
12 Там же Л. 35.
13 Там же Л. 23.
14 Трубецкой Н.С. Общеевразийский национализм // Основы евразийства. М., 2002. С. 203.
15 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 331. Л. 1.
16 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 105. Л. 2.
17 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 362. Л. 31.
18 Там же. Л. 33.
19 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 406. Л. 28.
20 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 310. Л. 2.
21 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 335. Л. 92 а.
22 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 485 Л. 44, 45.
23 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп 1. Д. 359. Л. 112.
24 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 485 Л. 45.
25 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 367. Л. 243.
26 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 454. Л. 12.
27 Там же. Л. 12-14.
28 Центральный архив Федеральной службы безопасности России (ЦА ФСБ). Д. Р-39592. Л. 74.
29 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 340. Л.77, 79; Д. 360. Л. 1-3.
30 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 340. Л. 77, 79.
31 Евразиец Петр Савицкий и историк Иван Савицкий (интервью И. Савицкого от 22.08.2005) // URL: http://www.svobodanews.ru/Article/2005/08/22/20050822160035990.html
32 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 367. Л.153.
33 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 310. Л. 24.
34 Там же. Л. 1.
35 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 310. Л. 3.
36 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 359. Л. 169.
37 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 310. Л. 8.
38 ЦА ФСБ. Д. Р-39592. Л. 99.
39 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 355. Л 21;
40 ГА РФ. Ф. Р-5783. Оп. 1. Д. 346. Л 158.