Новости

15.07.2015 20:40
Рубрика: Власть

Право на русских

Константин Долгов: В мире нет идеальных стран, лишенных проблем в области демократии
О том, какая страна может называться демократической, почему волна беженцев захлестнула Европу и почему уполномоченный МИД РФ по вопросам прав человека, демократии и верховенства права Константин Долгов обзавелся страницей в Твиттере, он рассказал в эксклюзивном интервью "РГ".

Первый вопрос к вам как к уполномоченному МИД РФ по вопросам прав человека, демократии и верховенства права. Есть ли в мире хотя бы одна по-настоящему демократическая страна?

Константин Долгов: Россия. На полном серьезе говорю это не только как уполномоченный МИД России, но и как гражданин нашей страны, в которой живу с удовольствием. Конечно, в мире нет ни одного государства, где не было бы проблем в сфере прав человека и верховенства права. Нет идеальных, "стерильных" стран, лишенных каких бы то ни было проблем в области демократии. Такие проблемы есть и в России. Но нельзя не учитывать тот огромный прогресс, который за последние годы в беспрецедентно короткий срок достигнут в нашей стране в сфере демократического развития. То, что пытаются делать некоторые наши западные коллеги - замалчивать этот прогресс, толковать превратно, порой крайне неблагожелательно по отношению к России. Как человек, много лет работавший на дипломатической службе в США, бывающий регулярно в других западных странах, которые с большим или меньшим основанием относят себя к разряду демократических, я должен сказать, что мерилом является не количество проблем в области прав человека, хотя это тоже важный показатель. Давайте говорить объективно: в больших государствах чисто математически трудностей может оказаться больше, чем в маленьких. К примеру, Швейцария - страна небольшая и по территории, и по населению, с давними демократическими традициями. Сравнивать трудно. Так что основным критерием должна быть линия государственных властей на решение и предотвращение возникновения проблем, а также реальная степень развития гражданского общества. Если объективно оценивать ситуацию в нашей стране по этим параметрам, безусловно, Россия сегодня смотрится очень передовой и динамично развивающейся страной. При этом не стоит забывать, что мы свое демократическое развитие в классическом понимании этого термина начали буквально пару десятилетий назад. По историческим меркам это колоссальный прогресс. Можно сравнить: один год российского развития - это десятки лет развития демократии в европейских странах и тех же США.

Но ведь именно США принято считать форпостом демократии?

Константин Долгов: Если рассуждать объективно, на сегодняшний день таких форпостов на Западе фактически нет. "Маяк" американской демократии здорово потускнел за последнее время, и тому есть масса примеров. Мы видели, как прорываются в США мощнейшие межрасовые противоречия, подтверждением чему являются беспорядки в Фергюсоне, прошедшие летом прошлого года. Фактически президент США заговорил, наконец, публично о том, что в стране, по сути, существует расовая дискриминация. Несмотря на то, что Америка формировалась как котел, переплавляющий людей разных национальностей, расовые предрассудки в американском обществе настолько глубоко укоренены, что когда-то это должно было прорваться наружу. А серьезнейшие скандалы, связанные с незаконным прослушиванием граждан, как в США, так и за их пределами, которые сотрясают и Америку, и трансатлантические отношения? Скандалы с Германией, Францией, Бразилией... И я уверен, что это не конец, будут и новые разоблачения - они уже обещаны "Викиликсом".

Великий писатель Джордж Оруэлл как в воду смотрел: все, что он писал насчет "Большого брата" и его "всевидящего ока", реализуется в США по полной программе. И никакие ссылки на необходимость борьбы с терроризмом, с экстремизмом, конечно, не могут оправдать столь массовых нарушений прав человека, в том числе самих американцев. А мы принципиально действуем в соответствии с международным правом, несмотря на то, что существуют многочисленные угрозы национальной безопасности России. Возможно, этот принцип в чем-то усложняет нашу работу, но он нацелен на долгую перспективу и укрепляет авторитет страны на международной арене - мы не суетимся. Большинство зарубежных государств, за исключением некоторых западных, угрозы со стороны России не ощущают. И саммиты БРИКС и ШОС в Уфе, важнейшие решения, которые там приняты, - яркое тому подтверждение.

А вот обоснованную угрозу со стороны США сегодня чувствуют многие страны и уже вынуждены публично об этом говорить. Особенно на фоне того бесцеремонного и эгоцентричного внешнеполитического курса, который проводят Соединенные Штаты, в частности, через попытки "псевдодемократизаторства", в том числе, силового, в обход Совета Безопасности ООН. Примеров очень много: от Югославии, разбомбленной НАТО, до Ирака и Ливии, которая в результате превратилась в то, что американцы называют "зоной отчуждения". Один из результатов, кстати, "ИГ". Эти террористы с самым современным оружием в руках, "бюджетом", во многом сформированы и подпитываются за счет хаоса, к которому привела политика силового свержения неугодных режимов, привнесения демократии извне. Перечисленные беды - главные свидетельства того, что политика, основанная на пресловутой и исторически обреченной концепции pax americanа, не отвечает современным мировым реалиям, многополюсному миру c многочисленными центрами влияния. Россия, ОДКБ, БРИКС и ШОС - мощнейшие центры силы и позитивного влияния в современном мире, которые нельзя игнорировать.

В прошлом году в американском сенате был представлен доклад о секретных тюрьмах ЦРУ, в том числе в европейских странах…

Константин Долгов: Вопрос с секретными тюрьмами далеко не решен. Эта проблема властями США и некоторых восточно-европейских стран заметается под ковер. В результате имело место вопиющее нарушение международного права, но никто не наказан. Кстати, и в самих Соединенных Штатах никто не понес ответственность за эти пытки, да и тюрьма в Гуантанамо, между прочим, не закрыта. И хотя прогнозы в дипломатии дело неблагодарное, я буду очень сильно удивлен, если администрации Барака Обамы удастся сдержать свое обещание и до конца его президентского срока закрыть Гуантанамо. Они создали монстра, с которым уже и сами не могут справиться. Мы будем внимательно следить за ситуацией, в том числе и потому, что там до сих пор содержится гражданин России Равиль Мингазов. Он уже более десяти лет сидит в тюрьме без каких-либо официальных обвинений. Это серьезнейшее нарушение прав российского гражданина.


В Латвии, как и в Эстонии, до сих пор существует позорный институт безгражданства. Фото:Тимур Субханкулов / ТАСС

Россия предпринимает какие-то шаги в этом направлении?

Константин Долгов: Мы добиваемся от американских властей выполнения их обещания, данного во время посещения Мингазова нашей делегацией в начале 2014 года. Тогда мы поставили вопрос таким образом: если вы не предъявляете ему официальное обвинение, вы обязаны его освободить. И американцы обещали решить этот вопрос в течение нескольких месяцев. Но воз и поныне там - никаких сигналов, что его досье рассматривалось, нет. Мы постоянно поднимаем эту тему, в том числе, на достаточно высоком уровне, с американской администрацией. Нам периодически обещают одно и то же: "мы разберемся". Хотя для того, чтобы разобраться и с Гуантанамо в целом, и с Мингазовым в частности, у них было очень много времени. Видимо, не хватает политической воли. Или же у администрации президента Обамы, которая по американским меркам находится на излете, просто уже не хватает влияния для того, чтобы решить многие вопросы. Время упущено.

Вообще, таких раздражителей гуманитарно-правочеловеческого характера в двусторонних отношениях с США огромное количество. Это и проблемы усыновления американцами в России детей, и наши граждане, за которыми американцами, по сути, объявлена охота по всему миру. Их цель, в основном, IT-специалисты, что тоже наталкивает на определенные мысли. Политизированные сфабрикованные судебные дела на Виктора Бута и Константина Ярошенко - в числе очень серьезных проблем, в решении которых, к сожалению, пока нет особых просветов. Мы добиваемся их возвращения на родину, но, к сожалению, сталкиваемся с пристрастной позицией не только американских властей, но и местных судебных инстанций. Даже высококвалифицированные американские адвокаты ничего не могут поделать - наталкиваются на стену предвзятого отношения.

А есть ли у нашей страны какие-то рычаги, механизмы влияния на западных партнеров?

Константин Долгов: Конечно, механизмы всегда существуют. Но, к сожалению, диалоговые механизмы, в частности, в области прав человека, были фактически заморожены США и рядом других западных стран…

Когда?

Константин Долгов: В основном, после исторического воссоединения Крыма с Россией и начала внутриукраинского конфликта - по политизированным, в том числе, русофобским причинам и мотивам. Но некоторые форматы были заморожены еще раньше.

Например, в российско-американской двусторонней президентской комиссии была группа по содействию развитию гражданского общества, деятельность которой была направлена на обеспечение диалога гражданских обществ России и США. Американцы в одностороннем порядке заморозили деятельность этой группы задолго до событий на Украине, почти сразу после принятия Закона Димы Яковлева. Они мотивировали это тем, что так озабочены, как они выражаются, "зажимом" гражданского общества в России, что не могут вести с нами диалог в рамках этой группы. Я бы сказал, что это по-детски абсурдная позиция. Если бы международная дипломатия действовала в соответствии с этим принципом, то в мире бы уже давно никто ни с кем не разговаривал. Причем это касается и западных стран, между которыми существует много противоречий. Если бы они не старались урегулировать спорные вопросы за столом переговоров, я думаю, вся современная мировая политическая конфигурация выглядела бы совершенно иначе. Но, тем не менее, таков выбор американских властей. Мы им прямо сказали, что этого не понимаем, не одобряем, но однозначно переживем. И пережили: российское гражданское общество развивается, контакты с американцами так или иначе все равно идут, если только они не нарушают российское законодательство.

Ну а попытки оплатить вмешательство во внутренние дела страны, к примеру, через НПО, мы, естественно, будем пресекать. Правовыми, политическими средствами, но жестко и без колебаний. И мы говорим об этом прямо, поскольку, принимая соответствующие законы, Россия ни на йоту не отступила от своих обязательств в области прав человека и верховенства права, не нарушила, в отличие от ряда западных стран, международное право.

Как в такой ситуации бороться с общими вызовами, такими, как "ИГ"?

Константин Долгов: Нам фактически дают понять, что, пока Россия не перестанет быть Россией, Запад с ней сотрудничать не будет. Эта позиция напоминает методичное и самозабвенное отпиливание бензопилой сука, на котором сидят западные страны и, в частности, США. Что касается "ИГ", мы ведем диалог по этой теме и с Соединенными Штатами, и с другими государствами. Проблема борьбы с терроризмом, активизации работы на этом направлении - это общая проблема. Но, к сожалению, иногда в подходах западных стран политика, ложно трактуемые интересы по принципу "своя рубашка ближе к телу", все-таки превалируют над здравым смыслом. Я имею в виду политику в самом негативном и, я бы сказал, однобоком понимании. Будем надеяться, что ситуация будет меняться, и это случится до того, как проблемы в области борьбы с терроризмом выйдут из-под контроля.

С начала 2015 года в Европу по Средиземному морю прибыли 89,5 тысяч беженцев - это почти в два раза больше, чем за аналогичный период прошлого года. Как вы оцениваете с точки зрения демократии и прав человека политику ЕС по отношению к беженцам?

Константин Долгов: Эти потоки беженцев - еще одно следствие пресловутого "демократизаторства" в регионе Ближнего Востока и Северной Африки. Эти несчастные люди из охваченной уже полноценной гражданской войной Ливии и других стран пытаются спастись в Европе. Это очень серьезная проблема не только в контексте прав человека, но и политическая, экономическая, социальная, гуманитарная, и морально-нравственная. Евросоюз начал реализовывать свою стратегию в этой сфере, которая предусматривает и определенные силовые меры. Кстати, она не получила одобрения в Совете Безопасности ООН. Мы понимаем, что надо бороться с теми, кто наживается на проблемах несчастных мигрантов, кто организует этот незаконный бизнес. Но бороться-то надо на основе международного права, в том числе соблюдая обязательства в области предоставления убежища!

Мы об этом постоянно напоминаем нашим западноевропейским коллегам - членам ЕС. Любые внеправовые действия будут только загонять эту проблему вглубь и еще больше осложнят имидж Запада в глазах людей в регионе. Отношение к незаконным мигрантам в целом ряде стран Европейского союза - это большой знак вопроса, колоссальная проблема с точки зрения прав человека, в том числе, и в таких относительно благополучных странах, как Германия, Швеция. В миграционных центрах нарушаются основные права и свободы, об этом говорят правозащитники в этих странах и за их пределами. Отношение к мигрантам очень жесткое, многих сейчас отправляют обратно без выяснения всех обстоятельств. А очень часто на Родине их ждет крайне неблагополучная судьба. Сейчас в ЕС об этом много говорят, пытаются нащупать какие-то механизмы. Идет разговор о квотах на прием мигрантов в каждом государстве Евросоюза, но договориться никак не могут: никто не хочет платить больше, принимать больше. Это понятно. Сейчас беженцев в основном принимают Франция, Греция, Италия. Для Греции в ее нынешнем тяжелом экономическом положении это, конечно, очень тяжелое бремя.

Революция на Украине подразумевала проведение реформ, в частности, искоренение коррупции, защиту прав человека. Как вы оцениваете ситуацию на сегодняшний день?

Константин Долгов: Все громкие лозунги майдана в отношении европейского будущего Украины, наведения порядка с правами человека, выхода страны на демократический путь развития остались пустым звуком. Ни один из этих лозунгов, даже если они были продиктованы искренними убеждениями части людей, которые стояли на майдане и не имели отношения к радикальным националистическим, неонацистским элементам, не реализован. Сегодня Украина, с точки зрения прав человека, представляет собой "дикое поле". Они не соблюдаются. И украинские власти, видимо, решили, что пора назвать вещи своими именами, и прибегли к процедуре дерогации, то есть отступили от целого ряда положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод на части территории своей страны - в ряде районов Донбасса. Сделали они это с грубейшими нарушениями Европейской конвенции. То есть и в этом они нарушают права человека и верховенство права. Мы привлекаем к этому внимание и в Совете Европы, и в других соответствующих международных инстанциях. Непонятно только полное отсутствие реакции Запада. Как будто ничего и не случилось. Если бы какая-то другая страна, например, Россия или Китай, заявили о задействовании процедуры дерогации, можно представить, какой трезвон поднялся бы в западных СМИ.

Но применительно к Украине ничего подобного не происходит. А безнаказанность порождает новые нарушения прав человека. Отсутствие расследования и наказания виновных за нарушение гуманитарного права во время карательной операции украинских силовиков против Донбасса развязывает руки экстремистам. И все красивые декларации Запада о недопустимости безнаказанности преступлений против человечности, военных преступлений просто провисли на фоне их откровенно пассивной и пособнической позиции в отношении противоправных действий украинских властей. А также тех националистических, неонацистских батальонов, которые фактически являются частью военной машины Киева, хотя далеко не всегда подчиняются украинскому Генштабу. Поэтому мы и дальше будем продолжать свою работу в этом направлении.

У нас уже есть целый ряд "Белых книг", обнародованных МИДом России. Мы поддерживаем соответствующие оценки и изыскания украинских и российских правозащитников, которые работают на Украине, хотя им очень непросто это делать. Все время появляются новые свидетельства грубейших нарушений, и это не только Одесса, Мариуполь. В эту минуту жилые кварталы Донецка, Горловки и других районов по-прежнему обстреливаются, под ударами украинских силовиков гибнут мирные люди, граждане Украины. После достижения договоренностей в Минске, конечно, меньше, чем раньше, но ценность каждой человеческой жизни уникальна. И бесконечные обстрелы, и блокада Донбасса, где украинские власти препятствуют гуманитарному доступу, завозу продуктов, поставкам электроэнергии, подаче питьевой воды и вообще воды, в частности, в Луганскую область - лишнее свидетельство того, что Киев идет по пути нарушений Минских договоренностей. Параллельно методично зачищается информационное поле. Киев продолжает уже фактически объявленную войну с журналистами. Недавно появились сообщения о последних изысканиях "Кибер-Беркута" о том, что они получили доступ к памятке для украинских силовиков, как не пускать в страну журналистов и как создавать всяческие препятствия в их деятельности, если уж они въехали. Посмотрите, что происходит с российскими журналистами - не только с теми, кто в "черном списке", который позорен сам по себе, но и с теми, кто грубейшим образом выдворяется из страны, как было с корреспондентом Первого канала Александрой Черепниной, а до нее со многими другими. Я уже не говорю о четверых погибших наших журналистах. Мы что-нибудь слышим о расследовании этих убийств? Нет. Эта политическая линия, к сожалению, поощряется из некоторых западных столиц, в частности, из Вашингтона. Дискриминация российских СМИ характерна не только для Украины, но и для стран Прибалтики или Молдавии.

Но ведь существуют международные организации, которые этим занимаются…

Константин Долгов: Должны заниматься! Представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ Дунья Миятович, с которой мы недавно встречались на полях конференции по безопасности журналистов и свободе СМИ в Вене, заверяла и публично, и в нашей с ней беседе, что она все делает для того, чтобы на любые нарушения прав журналистов везде, включая Украину, незамедлительно реагировать, доводить до властей. Конкретный пример: когда Александру Черепнину выдворили с Украины, мы, разумеется, потребовали реакции госпожи Миятович. И что мы получили в ответ? По-моему, даже не она, а кто-то из ее офиса сказал буквально следующее: "Мы наблюдаем за ситуацией". А что тут наблюдать? Все же было на экранах телевизоров! Тут не наблюдать, а реагировать надо. У представителя ОБСЕ есть конкретный мандат, в рамках которого она должна вести жесткий предметный диалог с украинскими властями. Я считаю, что если международный чиновник, тем более чиновник такого уровня, не может выполнять свой мандат, он должен в этом расписаться. И не обижаться потом на российские власти, что они не понимают его деятельность. Прекрасно понимают и деятельность, и бездеятельность, а точнее бездействие представителя ОБСЕ по свободе СМИ. Подобное бездействие со стороны представителей международных организаций только поощряет украинские власти и власти прибалтийских и ряда других стран к проведению дискриминационной политики, прямому нарушению международных обязательств этих стран в сфере свободы слова и плюрализма мнений в СМИ.

Говоря о бездеятельности международных организаций, нельзя не вспомнить о правах нацменьшинств в странах Прибалтики. Национальные, например, русские и польские школы в Литве, оказались под угрозой исчезновения из-за реформы образования. Складывается впечатление, что литовские власти принципиально не хотят пойти навстречу нацменьшинствам. Как Россия отстаивает права русских в Прибалтике, есть ли какие-то успехи в этой области?

Константин Долгов: Ситуация со школами - это очень важный пример, но проблема гораздо глубже и в Литве, и в Латвии, и в Эстонии. Это один из показателей наступления на законные права и свободы наших соотечественников, которые ведут все три правительства, в том числе, литовские власти. В Литве идет процесс сокращения количества русскоязычных общеобразовательных учреждений - с 85 в 1991 году их число сократилось до 33 в 2015-м. Причем власти мотивируют такую "оптимизацию" уменьшением набора учащихся в школы. Однако статистика говорит о том, что набор первоклассников в русские школы Вильнюса и других городов в последнее время только увеличивается. Так что это отговорка, не заслуживающая никакого доверия. В Литве происходит сужение русскоязычного образовательного культурно-информационного пространства в связи с принятием еще в 2011 году поправок к законодательству в образовательной сфере, которые устанавливают требования по преподаванию гуманитарных наук исключительно на литовском языке и унификации экзаменов по государственному языку для представителей всех национальностей. Решения подобной направленности принимались и в других прибалтийских странах. И это нарушение всех обязательств этих стран, которые, между прочим, присоединились к рамочной Конвенции о правах национальных меньшинств с очень серьезными оговорками.

В частности, Латвия и Эстония не рассматривают русскоязычное население в качестве национального меньшинства. Тогда возникает вопрос: если это не меньшинство, то кто? В Латвии каждый третий житель говорит по-русски, в Эстонии от 10 до 15 процентов. И в этих странах существует позорный институт безгражданства! А для натурализации, как они говорят, нужно сдать не только языковой экзамен, но и экзамен по истории, на котором от русскоязычных жителей, в частности, от пожилых людей, которые жили в единой стране - в Советском Союзе, требуют публично признать СССР оккупантом. Для многих из них это абсолютно неприемлемое условие. Тем временем ООН объявляет Международный год борьбы с безгражданством, и это активно приветствуют и в Вашингтоне, и в Брюсселе, но почему-то забывают о том, что сотни тысяч не граждан живут под боком - в Европейском союзе. Но это, конечно, не забывчивость, а порочная и близорукая политика.

У нас есть союзники в этом вопросе?

Константин Долгов: Союзники у нас есть и будут всегда. В том числе, и многие жители прибалтийских стран. В ходе референдума о статусе русского языка в Латвии в 2012 году многие латыши проголосовали за то, чтобы он стал государственным, прекрасно понимая, что пора кончать с этим разделением общества. Подавляющее большинство не граждан являются законопослушными жителями, которые исправно платят налоги и способствуют благосостоянию этих государств, при этом они вообще лишены избирательных прав. Что мешает дать им гражданство? Что мешает автоматически давать гражданство Латвии и Эстонии их детям? В ЕСПЧ и ООН поступает масса подобных обращений. В Латвии только начали рассматривать такую возможность. А эстонцы считают, что достигли колоссального прогресса, который заключается в том, что не гражданам дали возможность голосовать за эстонских граждан на муниципальных выборах. При этом сами они быть избранными не могут.

Я настаиваю на том, что это беспрецедентный случай в мировой электоральной практике. Такого нет ни в одной стране мира. И, при этом, красноречивая пассивность западного сообщества, целого ряда международных институтов, хотя к данной проблеме неоднократно привлекалось внимание, например, комиссаром Совета Европы по правам человека Нилсом Муйжниексом, кстати, этническим латышом. Не выполняются рекомендации в рамках универсального периодического обзора СПЧ ООН. А вот верховный комиссар ОБСЕ по национальным меньшинствам Астрид Торс, представительница Финляндии, похоже, забыла о существовании этой проблемы. Ее интересует ситуация в российском Крыму, с точки зрения национально-этнического фактора, а все попытки напомнить, что в ее мандат входят реальные вызовы и угрозы, которые существуют в Прибалтике, пока, к сожалению, успеха не имеют. Но мы, разумеется, не позволим этой проблеме уйти в тень, поскольку речь идет о сотнях тысяч наших соотечественников, которые поражены в своих основных правах. Мы будем продолжать действовать в международно-правовом русле, что вызывает раздражение у некоторых наших западных коллег-оппонентов. Украинские политики рассуждают о российской военной угрозе, и на Западе некоторые поют вместе с ними эту арию.

У Самюэля Беккета есть замечательное произведение "В ожидании Годо". Вот они и ждут Годо, а он, к их удивлению, никак не приходит. И не дождутся, потому что угрозы для них идут с совершенно иных направлений. Самая большая опасность для Украины сегодня - это угроза, которая связана с политикой украинских властей во многих областях. Страна фактически на грани финансово-экономического коллапса в результате бездарных действий нынешних властей, захвативших власть неконституционным путем. Они исходят из того, что все, что связано с Россией, - плохо. А для властей страны, которая была частью единого государства, которая органически связана с Россией экономическими и гуманитарными нитями, миллионами человеческих контактов, это просто глупая позиция. Будем надеяться, что правда все-таки пробьет себе дорогу. Украинские граждане, в основном, люди с уровнем образования, позволяющим разобраться, что к чему. И у них, наверняка, есть предел терпению.

Вы правами человека и верховенством демократии занимаетесь только на работе или дома тоже "держите руку на пульсе"?

Константин Долгов: К сожалению, ситуация во многих странах мира, с точки зрения прав человека и верховенства права, постоянно дает поводы для беспокойства и для нашего оперативного реагирования. Поэтому мы сейчас достаточно активно работаем в соцсетях. И, в частности, я как уполномоченный по вопросам прав человека, демократии и верховенства права очень часто пишу в Твиттер, также и из дома. Просто потому, что события развиваются очень быстро и порой такое реагирование оказывается более эффективным, чем традиционная офисная работа, хотя и она тоже очень важна. Скажу так: очень хотелось бы иметь немного больше свободного времени и смотреть не только политические новости, но и, например, фильмы. Я люблю добротный кинематограф. Но информационная война, которая навязана России, накладывает на нас всех дополнительные обязательства. Я рад, что мне довелось работать в такой профессиональной команде единомышленников. Ну а досуга, надеюсь, когда-нибудь, когда Россия выиграет и эту войну, будет побольше.

Власть Работа власти Внешняя политика Правительство МИД Россия и США Политический кризис на Украине Россия и Евросоюз Обстановка на востоке Украины Отношения России и Украины