Урсуляк машет шашкой

Первый показ сериала "Тихий Дон" состоялся на фестивале "Окно в Европу"

Наше кино
    10.08.2015, 22:00
Кино и сериалы в наше время перестают быть произведениями из двух разных миров не только на Западе, который переживает "золотой век" телевидения. На российских кинофестивалях уже несколько лет устраивают премьерные показы фрагментов некоторых телесериалов. В Выборге, где проходит "Окно в Европу", режиссер Сергей Урсуляк представил две серии "Тихого Дона" по роману Михаила Шолохова - самой, пожалуй, ожидаемой премьеры нового телесезона.

Серии (показаны вторая и десятая) пока представляют собой довольно сырой вариант, но уже понятно, что творческая манера Урсуляка здесь проявлена в полной мере. Это вполне узнаваемый "большой стиль", в котором сделаны все его предыдущие громкие работы для телеканала "Россия" - от "Ликвидации" до "Жизни и судьбы". В "Тихом Доне" Урсуляк впервые за полтора десятилетия возвращает в свои работы цвет, который как никогда к месту для фантастических по своей фактурной красоте пейзажей шолоховских мест. Сериал снят в Вешенской и ее окрестностях при непосредственном участии местных жителей - у любителей искать нестыковки и анахронизмы, похоже, не будет повода для возмущения.

После показа Сергей Урсуляк рассказал "РГ" о том, зачем для съемок "Тихого Дона" ему пришлось выращивать быков и почему расхожее представление о пышногрудой казачке - не более чем миф.

Когда Герасимов снимал "Юность Петра", он жаловался, что никогда еще ему не было так трудно с костюмами и реквизитом, - не то что с "Тихим Доном", на съемках которого жители с удовольствием делились бабушкиными костюмами. Вы приехали туда спустя 60 лет. Осталось что-то в сундуках?

Сергей Урсуляк: Все забрал Герасимов. (Улыбается.) На самом деле Сергею Аполлинариевичу было легче не только с реквизитом, но и с ландшафтом - он сегодня в тех местах изменился до неузнаваемости. Все, что вы увидели и увидите в сериале - это рукотворные декорации. Там ничего такого не осталось.

Быт изменился абсолютно - почти никто не занимается сельским хозяйством, все покупают продукты в тех же сетевых магазинах, что и мы с вами. Из-за этого коров и овец мы везли откуда-то очень издалека. А быков, приученных к плугу, мы и вовсе выращивали для съемок сами - их нет вообще нигде.

Более того - сейчас там нет кавалерийского полка, который раньше всегда давал лошадей для съемок. Поэтому лошадей донской породы тоже пришлось искать и привозить по одной. Подходила только эта порода, потому что в противном случае консультанты обещали нас выпороть.

Жители Вешенской наверняка относились к вам не без подозрения, учитывая почти религиозный культ вокруг "Тихого Дона", который там существует.

Сергей Урсуляк: Люди нам помогали как могли, но подозрения, конечно, были. Вешенская - это же уникальный край, где все живут историей. Каждый знает, под каким именно кустом лежали Аксинья с Григорием, для них это не литературные персонажи, а живые люди. И к нашим артистам там приглядывались зорко и ревностно.

Конечно, вместо Полины Чернышовой, которая играет Аксинью, они ожидали увидеть пусть немолодую, но Элину Быстрицкую. Исполнитель роли Мелехова Женя Ткачук тоже вызывал вопросы. Он же не отличается огромными габаритами, а среди нынешних казаков много ортодоксов, которые считают, что казак - это обязательно рост два метра и косая сажень в плечах.

Это миф - казаки были разные. Так же, кстати, как и то, что казачки все были полногрудыми и широкобедрыми. Это все ерунда. Мы сверялись по историческим костюмам, которые сохранились в музеях - наши худенькие девочки вполне могли быть казачками.

Что касается Евгения Ткачука, который уже пару лет ходит в статусе восходящей звезды нашего кино - вы сразу определились с его кандидатурой на роль Мелехова?

Сергей Урсуляк: Женя - замечательный артист. В чем-то я вижу в нем сходство с Володей Машковым. У Вовы ведь тоже нет какой-то особой стати, но он всегда кажется крупнее, чем он есть, потому что в нем есть совершенно замечательное мужское обаяние и эмоциональная открытость.

С Ткачуком абсолютно похожая история. Но не было такого, что я сидел перед съемками и заранее знал, что отдам ему роль Григория. Я пробовал на роль Мелехова очень многих артистов - и известных, и неизвестных. Но только Ткачук не вызвал у меня никаких сомнений относительно его уместности в "Тихом Доне".

В маленькой роли в сериале мелькает ваша супруга. А вот у младшей дочери Дарьи, которая дебютирует как актриса, - крупная роль жены Мелехова Натальи. Как появилась идея снять ее в "Тихом Доне"?

Сергей Урсуляк: Это чистая семейственность. У меня две дочери. Одна, Александра, уже состоявшаяся актриса, играет в кино, работает в театре имени Пушкина. Младшая, Дарья, только-только закончила Щукинское училище. Изначально им было объявлено - спасибо, девочки, все свободны, для вас в "Тихом Доне" ролей нет. Я начал проводить кастинги, перепробовал 54 Натальи. Никто не подходил. Был момент, когда девочка, которую я вызвал на пробы, не пришла. А Даша в это же время была в соседнем павильоне на другом кастинге. Я попросил ее подойти и просто подыграть партнеру. Она, видимо, так хотела эту роль, что сделала все очень хорошо. Я вызвал ее на пробы еще раз - тот же результат. И я подумал - ну чего я сам от себя буду бегать? Ну дочь, и что теперь - пускай будет. Она хорошо сыграла, я ей очень доволен. Хотя я вообще не могу ни про одного артиста из "Тихого Дона" сказать, что он меня подвел.

При этом в сериале масса начинающих, пока никому не известных, артистов. Что не очень привычно для ваших работ - обычно ведь в ваших сериалах весьма звездные актерские составы.

Сергей Урсуляк: Да, многие из тех, кого вы увидите в сериале - дебютанты. Это не было изначальной концепцией, но чем дальше шли кастинги, тем больше я понимал, что мне не хочется видеть в экранизации Шолохова лица, за которыми тянется шлейф их предыдущих неудачных ролей. Ну или даже удачных - не суть.

Вы не в первый раз беретесь за экранизацию масштабного литературного произведения. Очень часто режиссера таких экранизаций поджидает коварная ловушка - кино или сериал становятся аккуратной иллюстрацией романа, совершенно не заслуживающей обсуждения вне контекста литературного произведения. У вашего "Тихого Дона" есть какая-то сверхидея, которая лежит за пределами шолоховской эстетики?

Сергей Урсуляк: Мне кажется, вся философия существует внутри авторского произведения. Тут я совершенно согласен с Товстоноговым, который считал, что решение спектакля находятся внутри пьесы. И у Шолохова все ответы имеются, нужно только внимательно читать. Самое очевидное решение - это экстраполяция частных проблем хутора на всю страну, их философское обобщение. Конечно, и Герасимов, и Бондарчук (чьей картины я, правда, не видел) хотели выйти за пределы сюжета, который рассказывали.

Я ведь не рассказываю о том, как пострадали казаки - я рассказываю о том, как пострадали мы все. И как страшно, что в любой момент мы можем также снова пострадать. Атмосфера нынешней жизни говорит нам о том, что мы способны все повторить просто по щелчку пальцев.

Но вообще я вам скажу страшную вещь про то, что режиссер думает о философском замысле произведения. Как только ты ввязываешься в сложнейший съемочный процесс, тут же все общефилософские моменты, которые занимали тебя еще вчера, прекращают существовать. Потому что ты начинаешь заниматься поиском реквизита, составлением расписания работы быков... На тебя обрушивается такое количество глупейших и ничтожных, казалось бы, проблем, что ты в конечном счете начинаешь забывать, про что вообще ты начал снимать фильм. Здесь самое главное взять себя в руки и вспомнить, ради чего все здесь собрались. Наша работа дает возможность пристально вглядеться в человеческие лица и тем самым улучшить атмосферу вокруг хотя бы на те 14 часов, что будет идти мой "Тихий Дон". Все, это самая важная сверхзадача.

Сейчас в России режиссеры большого кино начали понемногу делать телевизионные сериалы - тенденция общемировая, но для нас относительно новая...

Сергей Урсуляк: ...Ну как новая - я первым ушел из режиссера большого кино, переквалифицировался в режиссера телевизионных сериалов.

Обратно не хочется?

Сергей Урсуляк: Знаете, нет. То есть я не говорю о том, что мне никогда не захочется делать кино для большого экрана. Но на данный момент меня полностью устраивает, что я делаю - телевидение дает лично мне куда больше возможностей для реализации.