Новости

29.10.2015 17:56
Рубрика: Культура

Адюльтер со зрителем

Ренат Давлетьяров о своем новом фильме и вкусах публики
26 ноября выходит в прокат фильм "Зеленая карета" - новый проект Рената Давлетьярова, одного из самых успешных кинопродюсеров нашей страны, в фильмографии которого можно найти и комедию "Любовь-Морковь", и триллер "Стальная бабочка", и ремейк советской классики "А зори здесь тихие".

У "Кареты" феноменально громкий актерский состав (Андрей Мерзликин, Анна Чиповская, Виктория Исакова) и интригующая зрителя завязка - семейная трагедия в семье известных кинематографистов становится причиной смешения горькой правды и утешительной фантазии, реальности и вымысла, иллюзий кинематографа и суровой действительности.

О том, почему "Зеленую карету" не стоит считать очередным коммерческим проектом, почему квоты на российское кино в прокате - это хорошо, а снижение гонораров российским актерам - неизбежно, Ренат Давлетьяров рассказал в интервью "Российской газете".

Жанр "Зеленой кареты" называют по-разному - в диапазоне от мистического триллера до фантастической мелодрамы. Вы как его для себя определяете?

Ренат Давлетьяров: Когда я прочел сценарий, эта картина показалась мне тяжелой социальной драмой. Чем еще, казалось бы, может быть фильм, начинающийся смертью ребенка главного героя? И у меня возникла масса сомнений. Сразу же были очевидны трудности с поиском актеров. Артисты - люди суеверные, многие из них отказываются играть в кино те вещи, которые могут спроецироваться на их судьбу. Поэтому мы придумали некую развилку с альтернативной историей - какая судьба могла бы ждать героев, если бы все сложилось иначе? Это, конечно, уловка, но таким образом конструкцию мы немного облегчили. Но главным для меня стал тот фактор, что "Зеленая карета" - это кино про кино. Не могу сказать, что этот жанр пользуется какой-то невероятной популярностью, и я даже, кажется, знаю причину. Кино - это всегда фокус. И тут мне вспоминается фокусник, который приезжал к нам в школу много лет назад, когда я еще был ребенком. Сначала он показывал фокус, а затем его разоблачал. И я помню, какое это было разочарование. Так и с кино про кино, каких-то сверхуспешных проектов в этом жанре не существует, потому что зрители не хотят терять веру в экранное волшебство. Но сам я при этом безумно люблю смотреть такие картины.

То есть "Зеленая карета" - это отчасти закрытие вашего личного гештальта?

Ренат Давлетьяров: Можно и так сказать, но, наверное, почти каждый мой продюсерский проект связан с чем-то личным. Почему-то многие думают, что люди снимают кино исключительно для того, чтобы заработать денег. В самом зарабатывании денег на выпуске фильмов в прокат ничего плохого нет - это такой же бизнес, ничем не хуже, чем все остальные коммерческие предприятия. Но я никогда не сидел и не высчитывал линейкой коммерческую привлекательность того или иного проекта. Главный критерий для меня - хочется ли мне немедленно взяться за эту историю, или она вообще никогда не вызовет у меня никаких эмоций. Вот "Зеленая карета" меня захватила - и уже было не так важно, что этот проект вообще не про деньги. Я когда запускаю такие картины, собираю группу и говорю: "Друзья, на прокат мы вообще не должны рассчитывать". Потому что я вижу фатальное изменение вкусов публики и не строю никаких иллюзий насчет широкого проката. Но с "Каретой" я, к своему удивлению, ошибся: 300-400 копий для такого фильма, это довольно много. Плюс уже есть договор с крупным телеканалом на показ фильма - это тоже стало неожиданностью. То есть мы рисковали, но этот риск отчасти оправдался.

Сейчас многие в киноиндустрии настроены пессимистично относительно таких вот рискованных проектов, не преследующих откровенно коммерческие цели - из-за кризиса и будущего сокращения госфинансирования вкладывать в них деньги решится далеко не каждый продюсер. Глава "СТВ" Сергей Сельянов, например, заявил, что закрыл половину проектов, которые при иных обстоятельствах запустил бы, не задумываясь. Вы эти настроения разделяете?

Ренат Давлетьяров: Здесь я с Сережей не совсем согласен. Прежде всего в той части, что все это происходит из-за сокращения госфинансирования. На самом деле суммы остаются прежними, но возрастает процент возвратных денег. Но я , откровенно говоря, не вижу в этом ничего совсем уж страшного - это все равно "длинные" деньги, которые можно вложить в проект. Куда больше меня волнует тот факт, что с наступлением кризиса крупные корпорации, которые раньше охотно вкладывались в кинопроизводство, теперь практически полностью прекратили это делать. Я знаю много картин, которые были остановлены на полном ходу из-за ухода такого инвестора. Такое и с нами произошло на картине "Маленькие люди" - к счастью, там все было не фатально, и мы успели ее закончить. Но так повезло далеко не всем.

Так или иначе - правила игры сегодня, очевидно, изменились. Как на это нужно реагировать тем, кто делает кино?

Ренат Давлетьяров: Приспосабливаться. Работать в условиях маленьких бюджетов. Никто ведь не обещал, что это будет прямая столбовая дорога, освещенная солнцем.

Массовое кино стало синонимом чего-то постыдного. Вот публика и отвечает взаимной нелюбовью

Маленький бюджет - это сколько?

Ренат Давлетьяров: Кино не может быть совсем дешевым, но я считаю, что в 40-50 миллионов рублей за картину уложиться можно. Та же "Зеленая карета", в которой снялись много известных артистов, показала, что ничего невозможного нет и в меньших суммах - бюджет этого фильма весьма небольшой.

Кстати, об известных артистах. Когда сокращаются бюджеты фильмов очевидным образом снижаются и их гонорары. Все ли с пониманием относятся к этому?

Ренат Давлетьяров: Не происходит так, что я вызываю к себе артиста Васю и говорю ему: "Вася, теперь ты стоишь в два раза меньше". Так ничего не получится. А если актеру все внятно объяснить, то он обычно со всеми аргументами соглашается. С артистами есть другая проблема - это периодически возникающая странная идея наделить их авторскими правами на сыгранных ими персонажей. Нигде в мире такого нет, нигде! Актер не может быть субъектом авторского права в фильме. В фильме снимается, допустим, десять профессиональных артистов, еще сто человек из "групповки" и триста из "массовки". И что, все они должны владеть правами и получать процент от проката? Это бомба, которую пытаются подложить под киноиндустрию. Один артист как-то заявил мне - мол, пора уже нам получать авторские отчисления. Я ему ответил: "Да хоть сейчас. Только сниматься ты будешь без гонорара, а по итогам мы разделим либо прибыль, либо убытки". Все вопросы тут же отпали. Те актеры, которые будут настаивать на введении этого правила, перестанут сниматься в кино и на телевидении. Пусть утешаются театром и рекламой, а на их место придут другие артисты. Позиция продюсеров на этот счет единая и жесткая.

А как вам другая инициатива - "картельное соглашение" Министерства культуры с десятью киносетями о введении 20-процентных репертуарных квот на показ российского кино?

Ренат Давлетьяров: С одной стороны, нельзя запретить прокат западного кино в России. Хотя бы из-за того, что мы просто не сможем заполнить освободившуюся нишу. Также мы не можем допустить, чтобы разорялись кинотеатры, количество которых с большим трудом росло в последние 20 лет - а они будут разоряться, когда публика не найдет в репертуаре привычного американского блокбастера. Но и не замечать существующих проблем с дисбалансом российского и американского кино в прокате тоже невозможно. Речь не идет о больших голливудских релизах. Я не большой поклонник американских аттракционов, но понимаю, что бессмысленно идти против "Трансформеров", в которые вложено 150 миллионов долларов. Но помимо них существует "балласт" - фильмы, которые западная студия дает российскому прокатчику в довесок к большому хиту. Никаких кассовых перспектив у такого фильма нет, заинтересованности в нем у нашего дистрибьютера также не наблюдается, но он вынужден выпустить этот фильм в прокат определенным числом копий, если хочет прокатывать 150-миллионный блокбастер. И вот такие фильмы как раз нам мешают- они создают непрекращающийся поток шлака, из-за которого российская картина не может сначала найти нормальную дату выхода, затем выходит на меньшем количестве копий и живет в кинотеатрах короткий срок. В "картельном соглашении" минкульта я вижу поиск решения этой проблемы. И хотя все киносети у нас частные, но есть один нюанс. Все они пользуются теми преимуществами, которые созданы для нашей киноиндустрии. Например, не платят 18-процентный НДС, осуществляют беспошлинный ввоз кинотеатрального оборудования. Все это, в том числе, лоббирует Гильдия продюсеров России. Но пока основную выгоду из этого извлекает Голливуд. А так быть не должно, если мы хотим сохранить работающую киноиндустрию. Если вдруг завтра все российские фильмы исчезнут из кинотеатров, никакой катастрофы с экономической точки зрения не произойдет - все будут смотреть американское кино, а кинотеатры подсчитывать прибыль. Но мы не та страна, которая может себе позволить остаться без национального кинематографа. Поэтому искать какие-то решения нужно.

Какие же?

Ренат Давлетьяров: Тут я боюсь говорить о готовых рецептах и раскидываться какими-то конкретными цифрами, потому что нужно сесть и высчитывать - какое количество наших картин в год может смотреть человек в здравом уме и твердой памяти? Рассуждая об этом, нужно всегда помнить о качественном уровне российского мейнстрима - фильмов, которые делаются для всех. Именно такому кино нужно помогать - квотами, финансированием - в первую очередь. Потому что экспериментальное, фестивальное кино - это надстройка над базисом. В любой здоровой киноиндустрии есть мейнстрим, который кормит все остальное. Если не будет мейнстрима, серьезная кинематография исчезнет вообще. В этом смысле показателен пример Италии. Кто бы мог подумать, что после великой эпохи 60-70 годов итальянское кино как феномен окажется таким беспомощным. Да, там есть несколько режиссеров, которые при международном посредничестве делают интересные фильмы и получают награды - но на этом все. Никакой национальной индустрии нет, на "Чинечитте" либо тишина, либо снимают в основном иностранные проекты. Если вы посмотрите на афишу среднестатистического итальянского кинотеатра, то увидите, что там почти никогда широким экраном не идут итальянские проекты. Все это произошло из-за снобистского игнорирования вкусов публики. Все захотели быть новыми Феллини и Антониони, а массовое кино стало синонимом чего-то некачественного и постыдного. Публика закономерно отвечает таким авторам взаимной нелюбовью. Симптомы этой же болезни есть и у нашей индустрии - и с ними нужно бороться, поддерживая кино для широкой аудитории.

Следующий год объявлен Годом российского кино. Вы каких-то положительных подвижек в связи с этим ожидаете?

Ренат Давлетьяров: Мне кажется, что это уже само по себе прекрасно, что указ об объявлении такого года подписывает президент. У нас страна так устроена, что теперь к этому событию будет приковано повышенное внимание и исполнять все будут с повышенным рвением - и это хорошо. Если начнут реализовываться какие-то программы, то никто против не будет. Другое дело, что нужно быть реалистами и понимать, что 2016 год будет своего рода пиковым годом - в прокат выйдут фильмы, которые были запущены еще до кризиса. А потом уже с большими проектами дела будут обстоять несколько иначе. Это все должно быть понятно: не может российское кино быть в шоколаде, когда экономика испытывает трудности, это вещи взаимосвязанные.

Ваш прогноз на то, в какую сторону будет двигаться российская индустрия в ближайшие годы? Какие жанры и форматы "выстрелят" в условиях небольших бюджетов?

Ренат Давлетьяров: Есть замечательный фильм "Горько". Вот кто мог подумать, что эта картина, снятая в документальной манере, предельно жесткая, сатирическая, не щадящая вообще никого, будет пользоваться такой бешеной популярностью? Я когда ее смотрел одновременно и смеялся, и ужасался, и узнавал себя, и стыдился увиденного. Если бы это кино предложили снимать мне, я бы отказался - ну обидится же публика.А наша публика не просто не обиделась, но и радостно принесла деньги. Этот пример замечательно иллюстрирует, что до конца просчитать такую тонкую вещь как адюльтер со зрителем никогда нельзя. Будет ли что-то подобное после 2016-го? Что-то однозначно будет. Одно знаю наверняка - мы не потонем.

Культура Кино и ТВ Наше кино Гид-парк Лучшие интервью РГ-Видео РГ-Фото