Новости

30.11.2015 10:52
Рубрика: Власть

Политика по-сталеварски

Как президентские песочницы и думские светофоры заменить на муниципальные

Для решения большинства насущных проблем многого не надо. Важно, чтобы люди были активными, не стеснялись задавать вопросы и не боялись последствий, считает член центрального штаба Общероссийского народного фронта, депутат Госдумы, почетный металлург Валерий Якушев.

Российская газета: Валерий Васильевич, за четыре года вашей работы в Госдуме вы инициировали 21 законопроект, восемь раз выступали на заседаниях. А ведь до этого больше полувека стояли у мартеновской печи: подручный сталевара, сталевар…

Валерий Якушев: Я должен сказать, что в Думе работают очень грамотные люди: профессоры, доктора наук, сильные юристы. А я участвую в обсуждениях, смотрю на законопроекты с позиции простого мужика: подходит мне этот закон или нет? Если чувствую - что-то не так, высказываю свое мнение, не хитря и не мудря.

РГ: В СМИ можно найти сообщения о реальных результатах работы активистов ОНФ: в Курганской области отремонтировали дома для детей-сирот, которые были первоначально построены некачественно, в поселке Белоярском Свердловской области "фронтовики" сохранили вечернюю школу, которую планировалось закрыть, на Южном Урале развернули борьбу с незаконными вырубками леса, в Югре добиваются признания аварийным дома в поселке Алябьевском. И примеров становится все больше.

ВЯ: Знаете, инициатива людей очень много значит. Но мне однажды пришлось… "заступаться" за президента. В Ростове-на-Дону на встрече с Владимиром Владимировичем одна пожилая женщина из Омска задала вопрос, почему у них в квартале нет детской песочницы. И я не выдержал: уважаемые люди, что же мы делаем с президентом?! Спрашиваем, почему в сибирском городе нет песочницы! А где мэр города, где губернатор, где хозяин района?

Но иногда кажется, что другого выхода и вправду нет. Например, жители одного из микрорайонов Нижнего Тагила прислали мне жалобу на то, что уже несколько лет не могут добиться установки светофора, без которого трудно перейти оживленную трассу. Заместитель главы города в 2012 году ответил жителям, что установка светофора запланирована на 2013-й, в 2013-м - что светофор в планах на следующий год, а в 2014-м он написал в ответ на обращение: "Хватит вам заниматься глупой перепиской". Я побывал у начальника ГИБДД, у главы города Сергея Носова и светофор в итоге появился. Но до сих пор не понимаю, почему некоторые посты с высокими зарплатами занимают люди, безразличные к заявлениям граждан.

И в то же время в другом районе два депутата городской думы объединили свои "депутатские миллионы" - средства, предусмотренные на решение проблем избирателей, - и установили светофор там, где просили жители. Вот такое разное отношение к нуждам простых людей.

Но все же пассивность иногда просто удивляет. Подходит ко мне один тагильчанин и говорит: у нас к коллективному саду не проехать - ГИБДД перед мостом поставила знак "Проезд запрещен", и теперь приходится вкруговую объезжать лишние девять километров. Спрашиваю: "А ты где-нибудь этот вопрос поднял?" - "А где я его подниму?". Но ведь раз коллективный сад, там минимум человек пятьсот мучаются, есть в саду председатель, правление. Надо официально, от коллектива, обратиться к начальнику ГИБДД: кто поставил знак, на какое время, зачем? Вот если не дадут ответа или дадут не устраивающий вас - тогда можно и к депутатам, и к главе района, и к кому угодно. Но чего вы хотите, если сами пальцем не пошевелили?!

РГ: Валерий Васильевич, что вы думаете о нравственном уровне нашего общества, изменился ли он за последние 20-30 лет?

ВЯ: Выше он не стал, и вот вам примеры. Не так давно в одном из магазинов Москвы моя жена попыталась оплатить покупки банковской картой. Кассир ей сказала, что операция почему-то не получается, и она рассчиталась картой другого банка, хотя и возникли сомнения. Мы заехали в банки и узнали, что оплата прошла в обоих. Но вот вернуть деньги нам удалось далеко не сразу. Персонал разговаривал поначалу грубовато, о возврате и слышать не хотели. Зато отношение кардинально изменилось, когда я достал депутатское удостоверение. Только и оставалось спросить директора: "Не стыдно вам обманывать пенсионерку, ведь вы ей в дочки годитесь?!" Обидно, что стали обманывать часто и в разных масштабах: то вместо дешевой морковки на кассе отобьют дорогие огурцы, то при ремонте чердачных помещений учебного заведения укажут вместо девяти реально замененных окон одиннадцать.

РГ: А как формировалась ваша активная жизненная позиция?

ВЯ: Все мое окружение с детства было таким. Прежде всего на меня повлияла мама. Она вырастила нас, шестерых, при этом в молодости была активной комсомолкой и всегда - очень неравнодушным человеком. Добивалась правды, задерживалась допоздна на партийных собраниях, нередко люди приходили к нам домой, чтобы что-то важное обсудить, посоветоваться.

Да и голодное детство (а я родился в 1941 году и с ранних лет знаю, что такое по весне на поле выискивать перезимовавшую картошку) - само по себе хорошая школа.

Поэтому, когда мне говорят: "Не боишься так резко выступать? У тебя что, язык за зубами не держится?" Я отвечаю: "А язык не для того, чтобы его за зубами держать, а для того чтобы правду говорить".

В декабре 2011 года, когда я впервые встретился с президентом на форуме ОНФ, я ему сказал: "Владимир Владимирович, вот мои сталеварские руки и моя совесть. Они чисты. Мне не надо ни карьеры, ни благ. Я с вами во всем согласен и буду полностью поддерживать ваш курс". И, думаю, мой долг - говорить ему правду о жизни народа. О том, что нужно поднимать зарплаты бюджетникам, врачам и учителям, о плохой работе жилищно-коммунального хозяйства, о нерадивости или равнодушии чиновников. Мы должны называть фамилии, контролировать сроки и исполнение постановлений, а иначе, как в народе говорят, собака лает - ветер носит.

За четыре года мне довелось встречаться с президентом десять раз. Некоторые удивляются, почему он давал мне слово на многих встречах. Я отвечаю: вокруг много богатых, миллионеров, и они преподносят все, как им надо, а я говорю, как есть. Возможно, он чего-то не знает и потому с интересом слушает.

РГ: На что вы тратите больше усилий? На законотворческую деятельность или на помощь в конкретных делах?

ВЯ: Сосредоточиться только на одном не получается. Однажды был форум ОНФ, накануне которого ко мне обратились тагильчане из микрорайона Рудника имени III Интернационала: там хотели закрыть поликлинику. Я написал несколько запросов высокопоставленным чиновникам области, федерального округа, но ответов ни от кого не получил. Поэтому на форуме был вынужден донести эту проблему до лидера Общероссийского народного фронта. Через день-два - звонок из резиденции губернатора: мол, не надо было на всю страну рассказывать об этой "мелкой" проблеме. Я ответил по-сталеварски, что за неправедные указания могу и лопатой погонять... Зато недели через две позвонили жители Рудника. Поблагодарили, сказали, что их проблема решена. То есть обращение к главе государства оказалось результативным. Но, конечно, я далеко не всегда могу что-то изменить.

На любом уровне не устану повторять: "Слушайте народ, услышьте народ!" Как бы кто ни оценивал, но тридцать лет назад можно было обратиться в комсомольские, партийные, профсоюзные, депутатские органы, где руководителей все же выбирали, а не назначали. И среди подобных структур в государстве была одна очень полезная и действенная - народный контроль. Его представители боролись с недобросовестными услугами, нарушениями в торговле, ленью бюрократов, нерадивым расходованием ресурсов. На мой взгляд, Общероссийский народный фронт сегодня - это и есть народный контроль. И польза от него обязательно будет, важно только, чтобы люди были активными, не стеснялись задавать вопросы и ничего не боялись.

Власть Работа власти Регионы Филиалы РГ Урал и Западная Сибирь УрФО Курганская область УрФО Свердловская область УрФО Тюменская область УрФО ХМАО УрФО Челябинская область Общероссийский народный фронт