Новости

09.12.2015 12:15
Рубрика: Культура

Воронежцы встретились с "мертвым поэтом"

Текст: (Воронеж)
Популярный поэт Дмитрий Воденников погрузил воронежских зрителей в мрачные бездны творчества. Публика с улыбкой внимала автору, который, по собственному признанию, "уже года четыре как умер". На праздничной ноте прошел, как ни странно, и весь "Мандельштамфест" - названный в честь поэта, который отбывал в Воронеже ссылку и вскоре сгинул в лагере.

Фестиваль посвятили поэзии в широком смысле, не ограничиваясь чтением стихов и воспоминаниями об авторе "Воронежских тетрадей".

В галерее Камерного театра выставили редкие фотографии советских поэтов, художников и режиссеров из фондов Государственного музея Маяковского. Заглянуть в глаза футуристам можно вплоть до Нового года: днем вход свободный, вечером - по билетам на спектакли. На большинстве снимков - сам Маяковский в окружении друзей, его музы. Но есть и серьезный Борис Пастернак, и Казимир Малевич на коленях у коллег-авангардистов. Рядом цитаты из мемуаров - например, о том, как Маяковский писал свои рекламные шедевры (кто не знает, что "лучше сосок не было и нет", а "без галош Европе сидеть и плакать"?).

Народная артистка России Светлана Крючкова приехала с фундаментальной программой к 125-летию Мандельштама, которое будет отмечаться с 15 января в течение года.

- При слове "Мандельштам" представляется лагерная роба, тюремное фото в анфас и профиль и строки "Мы живем, под собою не чуя страны…". А я хочу показать поэта молодого, влюбчивого. Это ведь его "Мастерицу виноватых взоров…" Ахматова назвала лучшим любовным стихотворением ХХ века, - пояснила Крючкова.

Любимцы театральной Москвы - ученики режиссера Дмитрия Брусникина - помучили зал злой пародией на российский конформизм по текстам концептуалиста Дмитрия Пригова. Самые незамутненные зрители улизнули в середине спектакля (вероятно, гуглить, кто такой был этот "маразматик" Пригов), самые стойкие и подготовленные изрядно повеселились.

Известные поэты, помимо стихов, прочли лекции - так, у Ольги Седаковой воронежцы полтора часа разбирались в двух строфах Мандельштама.

- Он вернулся к классике в неклассическое время. В 1930-е в литературу активно вовлекали "низкие" пласты языка (странно, но это считается инновацией до сих пор). А Мандельштам использовал умеренно высокую лексику, - заметила Седакова. - Сегодня время еще менее классическое. И у людей, в том числе поэтов, еще меньше желания ему сопротивляться, плыть против течения…

Воденников, слегка кокетничая, потренировал аудиторию вопросами: "Вы знаете, как Ахматова написала это стихотворение?.. А как там у Бродского, напомните мне…" Размышляя над чужими мощными стихами, рожденными из пустячка, Дмитрий вдруг признался, что сам он как поэт - мертв:

- Так бывает - когда автору надо перевязать какие-то узлы своей судьбы, он вдруг замолкает, и надолго. Вот Мандельштам - он же, по-моему, не писал какое-то время и как раз в Воронеже опять "прорвало"… Но это вряд ли мой случай, у меня в голове все слова "осыпались".

В один из вечеров студенты местной академии искусств забрались на крышу Камерного театра - читали строки Мандельштама на холоде, пытаясь представить, каково ему было в воронежской ссылке: в случайном жилье, среди случайных людей. К концу действа сугроб на кровле превратился в фигуру поэта, похожую на его воронежский памятник.

Гости-рэперы придали ритма и драйва (в своем понимании) классическим строкам. А питерский композитор Александр Маноцков, равно уважаемый и в академической, и в "неформальной" музыкальной среде, устроил со зрителями грузинское застолье в компании Пушкина, Дельвига, Олейникова и Хармса. Их строки легли на мотивы горских и казачьих песен, русских духовных кантов и сонату Баха.

- Меня давно волновало - почему грузины могут часами петь хором, а мы нет. И у нас еще начинаются споры - одним нравится про "Выйду ночью в поле с конем", а другие сразу нос воротят, мол, что за пошлость, им надо что-нибудь такое… ну, этакую Русь… Поэтому мы придумали программу, где каждый может найти песню на свой вкус и без стеснения подстроиться. Это же народное творчество, как споете - так и правильно, - ободрил соседей по столу Маноцков.

Те раскрепостились и затянули киплинговский "Брод на реке Кабул" на донской манер - так, будто только что сняли пыльные папахи после турецкого похода. Гармонией "культурного винегрета" насладились и гости концерта Маноцкова с "Кураж-квартетом". Там звучали песни на стихи обэриутов и Хуана-Рамона Хименеса, едва было не ставшие саундтреком к мультфильму "Сергий Радонежский".

Подписка на первое полугодие 2017 года
Спроси на своем избирательном участке