Новости

Ученые Санкт-Петербургского университета в каждом третьем документе Северо-Западного округа нашли лазейки для коррупции
Для кого и каким языком пишутся законы и постановления, объем которых с годами удваивается? Кто и когда их читает? Многие считают, что всерьез - только в суде. Ученые и эксперты Санкт-Петербургского госуниверситета проделали уникальную работу, проштудировав 36 тысяч законодательных актов Северо-Западного округа, и пришли к выводу: не соблюдая школьные правила русского языка, чиновники и законодатели нарушают закон. Об этом наш разговор с одним из руководителей проекта Сергеем Беловым.

Сергей Александрович, есть классический пример, когда запятая решает жить человеку или нет: "Казнить нельзя помиловать". Вы с такими ситуациями сталкивались, когда читали законы, постановления, справки, выпущенные в девяти регионах РФ?

Сергей Белов: Может быть, смертельных случаев и не было, но языковые ошибки серьезно отравляют людям жизнь. Если нормативный акт написан неопределенно, его применение зависит от конкретного чиновника. Именно он решает, например, какой случай исключительный (и предоставляет социальное пособие в 2,5 раза больше обычного - есть такой нормативный акт в городе Апатиты).

А гражданин, который с большим правом может претендовать на повышенное пособие, его не добьется, чиновник волен решить, что этот его случай "исключительный". Или: гражданина могут оштрафовать, а он даже не поймет, за что. Например, в Карелии наказывают за стоянку транспортных средств на "не относящихся к дорогам территориях общего пользования населенных пунктов в нарушение правил использования данных территорий, установленных муниципальными нормативными актами". Далеко не каждый юрист вообще поймет, о чем здесь идет речь.

- А уж простому гражданину в этом точно не разобраться.

Сергей Белов: Вот еще пример. В одном из муниципальных образований Калининградской области решением муниципального совета установлено, что мусорные контейнеры можно ставить не менее чем в восьми метрах от жилых домов, но в "исключительных случаях" - можно и ближе. И как вы думаете, многим ли придет в голову идти в суд и требовать признания такого акта недействующим, даже если мусорный контейнер поставят прямо под окнами его дома?

- Так никто и не судился с "русским языком в законах"?

Сергей Белов: За последние годы в России около 100 документов были обжалованы и отменены на основании нарушения правовых требований к языку.

- В чем, по мнению экспертов Санкт-Петербургского университета, причины таких массовых нарушений?

Сергей Белов: Одна из причин - несоблюдение установленных государством норм и правил использования русского языка в качестве государственного. В 2009 году Министерство образования и науки (уполномоченное правительством) утвердило перечень словарей, содержащих нормы русского языка. Именно они обязательны в официальных сферах, в делопроизводстве, в общении с государственными органами, при издании нормативных правовых актов. Большинство про существование этой официальной нормы - стандарта русского языка - просто не знают! А из тех, кто знает, многие не придают ей особого значения, считая, что это лишь рекомендации, примерный ориентир, а не императивные требования.

- И какие словари входят в утвержденный Минобрнауки перечень?

Сергей Белов: Орфографический словарь русского языка - Букчина Б.З., Сазонова И.К., Чельцова Л.К., Грамматический словарь русского языка: Словоизменение - Зализняк А.А., Словарь ударений русского языка - Резниченко И. Л. и Большой фразеологический словарь русского языка - Телия В.Н. Как видите, в списке нет толкового словаря. Получается, у нас нет единого представления о толковании тех или иных понятий, использовании различных терминов. Именно так появляются "лазейки".

- Приведете пример?

Сергей Белов: Суд рассматривал дело о защите чести и достоинства. Истец обиделся на фразу "Наши "трубочисты" решили промышлять именно в этой отрасли". Он считал, что использование в газетной публикации слова "промышлял" было оскорбительным. И суд с ним согласился, сославшись на один из современных толковых словарей. Но в другом словаре, причем более распространенном, этому слову не придается негативного значения. Получается, исход дела зависел от того, по какому словарю судил суд. В таких случаях словарь становится нормативным источником, практически - законом.

- Перечень нормативных словарей, о котором Вы говорите, взбудоражил общество. Именно там было разрешено пить "черное кофе" и йогурт с ударением на последнем слоге... И на них ориентируются, к примеру, въедливые корректоры...

Сергей Белов: Эксперты-юристы СПбГУ обнаружили удивительную коллизию. Кроме этих норм сегодня действуют и другие, зафиксированные в "Правилах русской орфографии и пунктуации", принятые еще в Советском Союзе в 1956 году. Их никто формально не отменял! При этом во время судебных разбирательств часто возникают случаи, когда те или иные юристы используют любые словари, выигрышно доказывающие их позицию.

- А чем на практике пользуется наш законодатель?

Сергей Белов: В основном знаниями, полученными в школе, а также автоматической проверкой орфографии, встроенной в обычные текстовые редакторы - например, Microsoft Word. И даже Википедией.

- Исследуя состояние русского языка в законах, вы проштудировали 185 миллионов страниц. Как это возможно?

Сергей Белов: Использовали специальные компьютерные программы, которые позволили нам найти в этом огромном массиве текстов те характерные слова - "маркеры", которые могут указывать на нарушение закона. Найденные примеры (их оказалось около 120 тысяч) мы затем анализировали "вручную", стараясь определить, в любом ли контексте использованное нами как "маркер" слово или словосочетание порождает неопределенность смысла или широкую свободу усмотрения.

- Вам помогали разные эксперты, а среди них ветеринары, кулинары, экологи и даже специалисты по садово-парковому хозяйству...

Сергей Белов: Посудите сами, в Мурманской области установлен штраф до 2,5 тысячи рублей за "превышение оленеемкости пастбищ". Без специалиста оценить такую норму довольно сложно - может быть, это устоявшийся специальный термин, толкование которого не вызывает особых трудностей на практике. В Республике Коми можно лишиться до 1,5 тысячи рублей за нарушение требований к пляжам. Казалось бы, требования предъявляются к пляжам, а не к гражданам, и как граждане могут их нарушить? Но чтобы делать какие-то выводы, нужно оценить эти самые требования к пляжам. Вот зачем нужны и ветеринары, и экологи.

- Насколько наши правовые акты удобны для использования обычными гражданами?

Сергей Белов: Анализ показал, что тексты нормативных актов пишутся языком сложных научных текстов и чтобы их понять, нужно не только иметь ученую степень, но и быть готовым к тому, что чтение легким не будет.

Мало того, что в законах встречаются специальные термины, часто предложения состоят из большого количества слов (больше 15), имеют сложную грамматическую конструкцию (например, отягощены несколькими причастными и деепричастными оборотами).

- В Конституции есть требование к языку законов: он должен быть ясным, понятным и недвусмысленным. Другой документ, Федеральный закон "О государственном языке РФ" конкретизирует: писать только на русском литературном, использовать иностранные слова в исключительных случаях, только когда нет "общеупотребительного аналога в русском языке"... И словом "аналог" сам себя нарушает... Может быть, это слишком строгое требование - заменять все иностранные слова русскими?

Сергей Белов: А вы можете придумать русское слово - синоним слову "аналог"?

- "Соответствие", "подобие"? Не то?

Сергей Белов: В современных словарях для этого слова нет синонимов, есть только описание его смысла. Значит, слово уже вошло в состав современного русского языка. "Аналог" явно не противоречит требованию не использовать слова, которые пока еще малопонятны большинству граждан и смогут вызывать затруднения в понимании текста закона.

- А что такое птичий язык юристов?

Сергей Белов: Можно на примере? Утверждается форма согласия на обработку персональных данных. Обычному человеку нужно сделать над собой некоторое усилие, чтобы понять, что он назван в этом документе не иначе как "субъект персональных данных". Но если согласие дается от первого лица, почему не написать по-человечески: за дополнительными разрешениями обращаться "ко мне", а не к "субъекту персональных данных". Впрочем, бывают и обратные примеры - стремление быть "ближе к народу". Например, закон Республики Карелия карает штрафом до тысячи рублей "отправление естественных надобностей на улицах, площадях, стадионах, парках". Что имели в виду, понятно. Но юристы могут сказать: разве прогулка на свежем воздухе в парке - это не естественная надобность? Использование разговорного оборота в данном случае явно приводит к юридической ущербности текста.

Последние новости