Новости

Исполнилось 90 лет митрополиту Питириму Нечаеву
Митрополит Питирим запомнился современникам большой культурой и красотой облика. Фото: "Митрополит Волоколамский и Юрьевский Питирим" В.И. Ниниченко
Митрополит Питирим запомнился современникам большой культурой и красотой облика. Фото:
Завтра в Москве пройдет праздничный вечер памяти митрополита Волоколамского и Юрьевского Питирима (Нечаева). Владыка Питирим, которому в этом году исполнилось бы 90, запомнился и верующим, и атеистам необыкновенной красотой своего облика.

В трагичном XX веке, когда Русская церковь была гонима до смерти и загнана в угол, в унизительный статус "пережитка старой эпохи", сам облик митрополита Питирима очень возвышал образ Церкви. Владыка Питирим, долгое время возглавлявший Издательский отдел Московской патриархии, был человеком хорошего образования, большой культуры, признавал многие положительные стороны социального и технического прогресса, был лоялен к власти и умел если не ладить с властной элитой, то производить на нее огромное впечатление внешней и внутренней красотой своего архипастырского облика.

Сегодня "РГ" предлагает своим читателям отрывки из его телеинтервью Владу Листьеву для программы "Час пик" (31 мая 1994 года).

Скажите, а вам хотелось бы, чтобы Церковь выполняла ту же роль, как до революции, в жизни государства?

Митрополит Питирим: Хотелось - не хотелось, существуют объективные законы развития общества и исторического процесса, и большинство государств все-таки перешло на ту форму, когда Церковь и государство - это два совершенно различных объединения. И в истории нашей Церкви тоже были периоды, когда мы утверждали богоустановленность царской власти, но духовная власть всегда была отделена от царской функции.

Как верующие отнеслись к обвинениям деятелей Церкви в связи с КГБ? Народу в приходе в три раза больше стало

Очень, может быть, неприятный вопрос, можете на него не отвечать: где-то года полтора или два назад была весьма активная волна в прессе по обвинению деятелей Церкви в связи с Комитетом государственной безопасности. В частности, упоминалось и ваше, по-моему, имя. Как отнеслась к этому Церковь и как верующие отнеслись к этому?

Митрополит Питирим: Народу в церкви в моем приходе прибавилось, по крайней мере, в три раза больше.

Я благодарю вас за этот ответ. Скажите, а что входит в понятие "личная жизнь монаха"?

Митрополит Питирим: Это значит, по старой русской пословице: "Недоспи, недообедай, знай крести да исповедуй".

Вы можете в своем издательстве издать светского писателя?

Митрополит Питирим: Если он хороший, то да.

Кого, например?

Митрополит Питирим: Чехова.

Солженицына?

Митрополит Питирим: Ну, это новое совершенно слово, его и так много издают, что у меня просто на него бумаги не хватит.

А Антона Павловича что...

Митрополит Питирим: Антона Павловича я могу даже ночью читать.

Серьезно? А Толстой?

Митрополит Питирим: Нет, Толстой - это противоречивая личность. Чехов более цельный, целомудренный. Как говорят в Церкви и богословии. Толстой противоречив сам по себе... Покойный Патриарх Алексий (Патриарх Алексий I ( Симанский). - Прим. ред.), у которого мне удалось провести двадцать пять лет, вспоминал его по своим лицейским годам. И потом я знал людей из Оптиной Пустыни, людей духовно опытных, которые тоже говорили: у Толстого был один общий, я бы сказал даже, генетический порок - он был слишком горд и не мог переступить самого себя. Познать самого себя и найти в себе самом то, что ты есть, - это высшее, может быть даже, достижение человека.

Интервью цитируется по книге В.И. Ниниченко "Митрополит Волоколамский и Юрьевский Питирим".