Новости

Людмила Штерн приоткрыла тайны своей дружбы с литераторами
Четырехсерийный документальный фильм "Людмила Штерн. Жизнь наградила меня" только что прошел на телеканале "Россия К". Русскую писательницу, переводчицу и яркую мемуаристку режиссер Владимир Макарихин снимал в американском штате Северная Каролина в прошлом году. Собственно, от героини фильма не требовалось что-то особенное. Особенны - сами по себе ее воспоминания.

Людмила Яковлевна рассказывает о своей семье и друзьях - известных и не очень. Изредка мелькают фотографии, автографы, кадры документальной хроники. Совсем чуть-чуть. Завораживают ее рассказы, заслушаешься - больше ничего и не надо. Штерн вспоминает: "Я была в юности знакома с двумя гениями: первым поэтом России - Иосифом Бродским и первым прозаиком Росси - Сергеем Довлатовым". Она говорит не только об их творчестве, но и о том, какими их знали в кругу близких. И зритель может почувствовать их, словно приятелей: нелепых, смешных, растерянных, обиженных, разозленных. Недосягаемые литературные величины - а будто бы такие же, как мы.

С самого первого кадра Людмила Яковлевна вспоминает и многих других: "Я не устаю благодарить Бога за то счастье и богатство, которое мне привалило, которое я определяю интересностью и яркостью окружающих тебя людей. Мне в этом смысле необычайно повезло. Я обязана Николаю Павловичу Акимову своим существованием. Со мной рядом на кровати спал Миша Козаков, и у нас был на двоих один горшок. Академик Виталий Лазаревич Гинзбург, нобелевский лауреат, объяснял мне детали физики низких температур... Алекс Либерман - один из самых ярких людей, которых я встретила..."

Мама Людмилы Штерн, Надежда Фридланд, сбежавшая из эмиграции от своих родителей обратно в Петроград, дружила с Гумилевым, Зощенко, Шкловским, Якобсоном, терпеть не могла Маяковского... В этих кругах и росла юная Людмила Штерн. Об этом в первом выпуске.

Вторая серия посвящена Довлатову. Не только его жизни и творчеству, но и его отношениям с Бродским. Как-то студент спросил у Штерн, чья судьба ей кажется трагичнее: Довлатова или Бродского? Штерн, автор книг "Довлатов, добрый мой приятель" и "Бродский: Ося, Иосиф, Joseph", объясняет: "Мне представляется, что, несмотря на то, что они абсолютно несравнимы не по уровню таланта, не по выбранному жанру, тем не менее между ними довольно много общего. Что касается трагичности жизни, то Бродский сумел Россию "преодолеть". Его постигла неслыханная слава при жизни. Что касается Сергея Довлатова, он всеми фибрами своей души был связан с Россией, Америку не полюбил, более того - не знал, хотя с юных лет обожал... Но так и не вышел за пределы так называемого эмигрантского гетто. Несмотря на то, что он абсолютно состоялся как писатель: его публиковали в самом престижном журнале, американском The New Yorker. Известный писатель Курт Воннегут написал Довлатову письмо: "Я вас ненавижу. Я защищал эту страну с оружием в руках. Я неплохой писатель. И меня никогда не напечатали. А вы, только что приехавший, заняли страницы New Yorker a. Я вас ненавижу". Замечательный писатель и, кстати, близкий приятель Довлатова".

Знакомство с Бродским началось с того, что Штерн очутилась на коленях у поэта...

Продолжая сравнения, Штерн рассуждает: "Бродский писал стихи величайшего духовного накала и высочайшего трагизма, но в жизни был человеком веселым. Довлатов писал смешную абсурдистскую прозу, но нравом обладал пессимистическим. Бродский никого не пускал в свою литературную кухню, никому не рассказывал и никогда не писал о своих мытарствах. Довлатов из своих хождений по мукам - в литературном смысле - сделал большую литературу. Из своих мытарств, унизительных, уничижительных писем, которые он получал из редакций, услышанных и подслушанных реприз, реплик, анекдотов, телефонных разговоров создал новый литературный жанр".

Штерн, кстати, едва познакомившись с Довлатовым, тут же едва "не перегрызлась" с ним. И уходила с мыслью: "Ну, погоди, Довлатов!" Потом они дружили более 20 лет, до самой его смерти.

Знакомство ее с Бродским началось с того, что Штерн в буквальном смысле очутилась на коленях у поэта. Они общались много лет, хотя и языки точили друг о друга, и бранились, доходило и до оскорблений. Это она, Штерн, однажды написала: "Это что за вид сиротский? То идет к нам Ося Бродский"... Бродский, сердясь, называл ее не иначе как змеей. В рассказах Людмилы Яковлевны все эти сложные, яркие личности кажутся такими простыми. Но как большие поэты любят свои мифы, так и зрителям приятны свои иллюзии... Как Бродскому пришлось пригласить в гости Андрея Вознесенского (о котором он слова доброго никогда не сказал) и насколько по-разному поэты описали после эту встречу? Как Иосиф Александрович отреагировал на роман Василия Аксенова "Ожог" (после чего они и разругались вдрызг)? Не поленитесь найти этот документальный фильм на сайте канала "Россия К". Если хотите, чтобы знаменитости стали чуточку ближе к вам. Ну, или вы к ним.