Новости

Как избежать допинговых скандалов в спорте?
Употребление мельдония может стоить олимпийскому чемпиону по шорт-треку Семену Елистратову карьеры. Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС
Употребление мельдония может стоить олимпийскому чемпиону по шорт-треку Семену Елистратову карьеры. Фото:
В списке российских спортсменов, уличенных в приеме запрещенного вещества мельдоний случилось пополнение. К Марии Шараповой, Семену Елистратову, Павлу Кулижникову, Екатерине Бобровой добавился биатлонист Эдуард Латыпов.

О том, что делать нашим спортсменам и как выходить из ситуации мы побеседовали с к.м.н., экс-начальником медицинского центра Континентальной хоккейной лиги, членом комиссии Паралимпийского комитета России по медицине, антидопингу и функциональной классификации спортсменов Борисом Тарасовым.

Правомерно ли мельдоний, который широко применяется в лечебных целях, отнесен к допинг-препаратам?

Борис Тарасов: Пожалуй, спорить о "правомерности" включения мельдония в запрещенный список в данный момент уже поздно. Когда какой-то препарат запрещают, остается только неукоснительно соблюдать запрет. Но выводы из этой очень неприятной истории делать надо. Запрещенный список для спортсменов формируется ВАДА с учетом интересов кого угодно, но интересы самих спортсменов и их здоровья учитываются в последнюю очередь. Разбивка на группы внутри списка условная и не выдерживает критики с точки зрения науки и фармакологии. Чем больше позиций включено в список, тем дороже стоимость допинг-пробы. И эту мировую гонку "фармакологических вооружений" не остановить нынешним отношением ВАДА к проблеме: нужно кардинально изменить принципы формирования запрещенного списка.

То есть, по вашему мнению, нужно пытаться влиять на решения ВАДА заранее? Каким образом?

Борис Тарасов: ВАДА - не закрытая организация. Она регулярно проводит конгрессы, где предлагаются и обсуждаются изменения Всемирного антидопингового кодекса. На его основании в каждой стране формируют собственные антидопинговые правила. Поэтому чем активнее представители России будут участвовать в таких мероприятиях, тем легче будет отстаивать интересы страны. Кроме того, есть и другие постоянно работающие антидопинговые структуры - комиссии, комитеты в международных федерациях, олимпийском комитете. Это, к слову, проблема не только России. Это касается всех стран.

Но пока мы не научимся это делать, постоянно будем в зоне риска. У нас есть много обычных лекарственных средств, которые применяются только в нашей стране. В любую минуту любой такой препарат может быть внесен в запрещенный список.

Получается, что совсем без фармпрепаратов в большом спорте "выжить" невозможно?

Борис Тарасов: Если препарат не запрещен - пожалуйста, применяйте. Если запрещен, но нужен для лечения, то необходимо специальное разрешение от РУСАДА. Поясню на примере хоккея, поскольку знаю ситуацию там изнутри. В КХЛ мы разрабатывали программу "Чистый лед" по борьбе с допингом и наркотиками. Пару лет назад в СМИ я заявил, что допинга в хоккее мало. Действительно, 1% положительных допинг-проб - это немного. Хоккей считается видом спорта с низким риском употребления допинга. Но предположу, что эта статистика в мировом хоккее могла бы измениться, если бы проводилось полномасштабное целевое тестирование. И вводить его нужно не только в хоккее, но и в других видах спорта.

Вы считаете такое тестирование одним из вариантов эффективной антидопинговой борьбы?

Борис Тарасов: Да, поясню почему. Целевое тестирование - это отбор спортсменов для тестирования неслучайным образом в специально выбранное время. Выбор спортсменов производится на основе специальной методики РУСАДА, учитывающей много факторов. Такой подход выявляет 15-25% положительных допинг-проб. Внедрение целевого тестирования - это общемировая тенденция. В 2014 году РУСАДА в России взяло 9,1% целевых проб (от общего количества проб), и в результате удалось выявить вдвое больше положительных допинг-проб по сравнению с предыдущим годом: 2,2% в 2013 году, 4,2% в 2014. Еще одна мера: создание стероидного паспорта спортсмена на основе обычного анализа мочи.

Что еще необходимо сделать помимо увеличения количества допинг-проб и введения целевого тестирования?

Борис Тарасов: Объемы тестирования важны, а также организация забора крови. Кровь берется на анализ конкретных субстанций и методов в основном в подготовительный период, а не в соревновательный. То есть можно взять кровь во время проведения предсезонных сборов, когда могут применяться запрещенные препараты, но можно и по ходу сезона. Важно, что сама возможность забора крови производит сильное психологическое воздействие на потенциальных нарушителей антидопинговых правил. Еще один метод - введение расширенного анализа мочи. В плане ужесточения допинг-контроля внедрение расширенного анализа мочи и в хоккее, и других видах - это был бы просто прорыв. Конечно, необходимо и усиление просветительской деятельности среди спортсменов. Не надо забывать, что хотя у спортсменов нет медицинского образования, они несут личную ответственность в случае попадания в их организм запрещенных препаратов. В программе КХЛ "Чистый лед" мы предусматривали такую работу с клубами и спортсменами.

Подписка на первое полугодие 2017 года
Спроси на своем избирательном участке